Название: Нин-дог

Пейринг: КакаИру, намеки на ГенмаЭбису или ЭбиГен

Рейтинг: R

Жанр: ангст, романс

Предупреждение: зоофилия ^___^

П.С. События происходят до истории с Наруто. Кака - 23 года, Ру- 21 :)

-          Ты выбрал? - спросил Генма у Какаши. Мальчик с седыми волосами покачал головой и перевел взгляд на двор Академии. 

-          А я выбрал! - похвастался Ширануи и добавил, - а тебе не скажу.

-          Мааа, - протянул Хатаке, - очень надо.

-          Не думай долго. Ты же помнишь, что сказал Хокаге. Выбирай того, к кому почувствуешь что-то. Вон, Асума Куренай в первый же день заметил.

-          Я слышал. Говорят, они уже успели подружиться, - кивнул Какаши.

-          Ладно, я пошел. Завтра у нас миссия, - сказал Генма, - скажешь, если выберешь?

-          Только, если ты сделаешь так же, - прищурил глаза Хатаке.

-          Хм... Договорились.

Какаши вздохнул и отыскал в толпе будущих шиноби того, кого он выбрал. Но об этом он никому не расскажет. Признаться в том, что выбрал мальчика... Нет, не скажу никому! К тому, же Хокаге ясно дал понять, что этот человек не обязан даже знать о том, что избран. Он существует просто для того, чтобы был стимул жить и выживать на миссиях. Какаши удивлял такой метод воздействия на воинов, но отец говорил, что всегда мысль о родственниках могут удержать шиноби от предательства или помочь спастись в минуту опасности. А воспоминание о том, кого ты сам избрал - это совсем другое. Такого человека ты будешь защищать до последнего вздоха.

Тогда Хатаке с просил у отца, кто же был его "избранником"? Сакумо ответил - твоя мама, и его взгляд наполнился особой теплотой. С тех пор как она погибла, у Сакумо остался только Какаши, но его сыну казалось, что единственный человек, которого по-настоящему Хатаке-старший любил, была - она, его госпожа. И без нее жизнь Белого Клыка стало лишь служением деревне и больше ничем.

Мальчик поднялся, в последний раз взглянул на своего "избранника". Темно-каштановые пряди наполовину выбились из высокого хвоста, карие глаза горели весельем. Но больше всего юного гения привлек тонкий шрам. тянущийся через переносицу. Это показалось ему необычным. Ученик Академии играл с друзьями, и ничего не знал о мальчике, который выбрал его смыслом своей жизни.

Шло время. Какаши получил звание дзенина, стал ходит на миссии ранга А и S. Он незаметно налюдал за жизнью мальчика со шрамом. Ирука, Умино Ирука - самое прекрасное имя в мире, закончил Академии, потом сдал Чунинский экзамен и, к удивлению дзенина, захотел стать учителем. Какаши подозревал, что тут не обошлось без Третьего. Хатаке за прошедшие годы так и не посмел даже заговорить с ним. Тайну выбора Генмы он так же не узнал, однако Ширануи не отходил от подающего большего надежды дзенина, который на днях подтвердил этот высокий ранг. Хаяте, его зовут, если не ошибался Хатаке. Может он и есть "избранник" Генмы? Тогда бы Какаши мог спокойно поделиться с другом своей тайной, но...

Все испортила миссия. Несколько шиноби, в том числе Какаши и Ирука, должны были обезвредить банду, орудовавшую в окрестностях небольшого торгового городка. Дзенины брали на себя главную атаку, а чунинам было положено выманить разбойников. Задание прошло почти гладко. Однако, одна из банды оказалась химиком. Распылив в воздухе какую-то гадость, она пыталась помочь своим товарищам уйти. Хатаке нырнул в облако, отыскав беглянку.

-    Ты... Как ты, - удивилась девушка и улыбнулась, - на колени. Немедленно.

Какаши выхватил кунай и метким броском пресек попытку преступницы сбежать.

Но как? Это же афродизиак! Ты должен был подчиниться. Ты долен был бы хотеть... - пролепетала она.

-    На меня это не действует, - ответил ей Хатаке, коснувшись маски, - есть лишь один человек, которого я желаю. И это не ты.

Банду связали и под конвоем доставили в тюрьму. Все, кроме Какаши и Ируки, сразу же отправились в Коноху. Командир группы велел оставшимся воинам еще раз проверить окрестности деревни и следовать за ними. Умино сосредоточенно кивал. Хатаке видел, что он стремиться не подвести более сильных товарищей, и это умиляло дзенина. Ему хотелось заключить краснеющего юношу в объятия. 

Проверка, к счастью, не принесла результатов, и шиноби решили заночевать в лесу. Умино развел костер, приготовил нехитрую еду. Какаши щурил видимый глаз, пьяный от радости быть рядом с "избранником". Хатаке без стеснения рассматривал юношу, вгоняя того в краску. Ирука отводил глаза и побыстрее разобрал спальный мешок.

Дзенин усмехнулся и подобрался к Умино. Склонился к нему и уткнулся лбом в плечо.

-          Хатаке-сан, что Вы.. - пробормотал сбитый с толку Ирука.

-          Я так долго мечтал об этом, - прошептал Копирующий, - так долго. Мой Иру...

-          Что Вы... Вам плохо? - попытался вырваться из объятий дзенина Умино.

-          Мне хорошо. Ты рядом - и мне хорошо, - промурлыкал ему на ухо Хатаке, - ты такой красивый. Я всегда любовался тобой, но не думал, что мы окажемся вместе... наедине... только вдвоем.

-          Хатаке...сан, - выдохнул ошеломленный Ирука, - что Вы делаете? Отпустите меня.

Какаши улыбнулся, но не думал освобождать свою добычу. Он опрокинул чунина на землю, прижал своим телом, развел в сторону руки, чтобы юноша не мог сложить печати.

-    Я мечтал, что ты станешь моим. Я каждый день наблюдал за тобой. Ревновал тебя к друзьям... Хочу, чтобы ты был моим, - говорил дзенин потрясенному Умино.

-    Я не понимаю. Отпустите, - повторил Ирука. В карих глазах появился страх. Хатаке покачал головой и начал целовать его лицо сквозь маску.

-    Я не сделаю тебе ничего плохого. Я хочу быть твоим, - повторил дзенин.

-    Я не хочу! - воскликнул чунин. Он рванулся, и ему удалось освободить одну руку. Умино попытался оттолкнуть Копирующего, но сумел только сбить с него хитай, прежде чем Какаши вновь перехватил его кисть.

-    Ты хочешь, Ру-ру, - ласковым голосом произнес Какаши, - хочешь... Правда?

Глаза чунина расширились от ужаса. Шаринган. Хатаке использовал Шаринган. Умино почувствовал, что его тело стало непривычно легким. Прикосновения Какаши уже не вызывали страх, а наоборот. Копирующий приподнялся на руках, освобождая руки чунина, но тот забыл о своих попытках вырваться. Хатаке неторопливо стянул маску и прильнул к губам юноши.

Внутренне Ирука с недоумением наблюдал, как его тело отзывается на ласки мужчины. Не отталкивает, а тянется за поцелуями, объятиями. Умино не понимал, почему он позволяет дзенину снимать с себя одежду, и почему сам помогает раздеваться Хатаке.

"Я не хочу! Нет! Не надо!" - внутренне кричал юноша, а его руки ласкали чужое тело. Ируке хотелось зажмуриться, но он не мог. Он чувствовал дзенина, остро чувствовал каждое его движение на себе и в себе. И вместо криков у чунина вырывались стоны.

"Зачем? Почему я?" - думал Ирука, когда впервые в жизни испытал наслаждение от слияния с другим человеком. 

Умино содрогнулся от понимания того, что случилось. Юноша выбрался из-под дзенина и стал судорожно собирать свою одежду.

"Он меня изнасиловал. С Шаринганом", - билось в сознании Ируки. Ему было необходимо смыть с себя запах Хатаке. Смыть и забыть, постараться забыть.

-                Ирука, - тихо позвали сзади, Ирука вздрогнул, отпрянул от напарника.

-                Ирука, прости... Я не знаю, что на меня нашло... Я... - начал оправдываться Копирующий.

-                В Коноху. Выходим сейчас же, - сказал Умино. Он поднялся и начал торопливо одеваться.

-                Иру, пожалуйста, прости. Я не хотел причинить тебе боль, - снова заговорил Хатаке, - я... был так очарован тобой...

-                Замолчи, - прошипел чунин, - замолчи. Не хочу ничего слышать. Ты...Ты...

-                Ирука, - прошептал дзенин и попытался дотронуться до юноши.

-                Не смей, - тихо сказал Ирука, обжигая его гневным взглядом, - не смей. Никогда больше касаться меня. После этого...

Умино поднялся, застегнул жилет и начал готовиться к продолжению пути. Какаши молча оделся и помог ему. Хатаке двигался позади чунина и пытался придумать способ вымолить у него прощение. Он не понимал, почему посмел это сделать. Но это было восхитительно.

-                Когда мы вернемся, я приму любое наказание, - произнес Копирующий.

-                Я не собираюсь говорить об... этом позоре... даже Хокаге, - бросил через плечо чунин.

-                Тогда сам накажи меня, - сказал Хатаке.

-                Я не хочу тебя больше видеть. Не смей приближаться ко мне, - ответил Ирука.

Больше до деревни они не разговаривали. По прибытию Хокаге выслушал их отчет и отпустил отдыхать. Ирука поспешил домой, сбросил с себя одежду и встал под душ. Он с остервенением тер кожу.

"Ками, меня изнасиловали", - подумал юноша, и его передернуло от отвращения. Одна мысль о Хатаке взывала у него приступ тошноты. Он непросто воспользовался им, он сделал это с Шаринганом, лишний раз подчеркнув никчемность чунина.

-          Ненавижу, - прошептал Ирука.

Через час Умино все-таки решил покинуть ванную. Не успел он приготовить футон ко сну, как в дверь постучали. Чунин был слишком уставшим, чтобы обратить внимание на знакомую чакру. В коридоре стоял Какаши.

-          Ирука, я хотел попросить у тебя...

Умино захлопнул дверь. Хатаке вновь постучал. Ирука распахнул дверь и прошипел:

-               Уходи. Не желаю тебя видеть.

-               Прошу, я только хочу попросить прощения. Я сделаю все, что скажешь, - быстро проговорил Копирующий.

-               Все, что пожелаю? - прошипел Ирука, - исчезни с моих глаз. Видеть тебя не хочу.

Чунин захлопнул дверь и лег в постель.

"Забыть. Забыть. Это был просто страшный сон", - повторял он себе.

-               Ирука, смотри, твоя собака уже тут, - усмехнулся Мизуки. Умино удивленно оглянулся и увидел неподалеку от двора Академии Хатаке. Копирующий сидел на ветке дерева и читал печально известный порно-роман.

-               Не вижу здесь собак, тем более у меня их нет, - проговорил учитель и отвернулся.

-               Пф! Ты разве не замечаешь? Он каждый день здесь. Уже больше месяца. И, скорее всего, он не на меня любуется, - заметил Мизуки, - настоящая собака, ходит за тобой по пятам.

Ирука промолчал. Он и сам заметил Копирующего, но старался даже не смотреть в его сторону.

С той миссии Какаши стал попадаться ему на каждом шагу. Он предлагал донести продукты из магазина, убрать в квартире, помочь проверить тетради. Копирующий даже приносил в штаб бенто. Но после яростного монолога учителя, прекратил эту практику.

-               Нин-дог, - рассмеялся Мизуки, - твой личный нин-дог. Придумай ему кличку и постели коврик у порога.

-               Нет, спасибо, - скривился Ирука, - пошли обедать. У меня сегодня еще тренировки с кунаями.

Вечером того же дня молодые учителя пошли в бар для очередной встречи с друзьями. Котетцу и Изумо рассказывали смешные истории из жизни штаба. Компания веселилась.

-               О смотри, Ирука, твой нин-дог здесь, - сказал Мизуки. Все обернулись в строну, которую он указывает. Там, за столиком сидели Генма и Какаши.

-               Нин-дог? - удивился Эбису.

-               Ага. Хатаке собакой за Ирукой уже месяц ходит, - сообщил чунин.

-               Хватит об этом, - нахмурился Умино и постарался перевести разговор на другую тему. За чашечками саке друзья быстро забыли о высказывании Миузки.

-               Нин-дог? - улыбнулся Эбису, когда все остальные разбрелись кто-куда.

-               Только не начинай, - вздохнул Ирука.

-               Жаль, хотел поделиться с тобой опытом воспитания нин-догов, - заметил Элитный Учитель. Умино удивленно взглянул на него.

-               Правда, мой песик вечно таскает во рту всякую гадость, - протянул Эбису.

-               Гадость? - переспросил Умино. Он оглянулся на столик дзенинов. Какаши поймал его взгляд и склонил голову в поклоне. Ширануи кивнул и переместил сенбон в другой уголок рта.

-               И давно у тебя... нин-дог? - спросил Ирука.

-               Три года уже

-               Три... Так долго.

-               Ты пускаешь своего в постель? - спросил Эбису.

-               Нет, конечно! - воскликнул Ирука и тише добавил, - а ты?

-               Да, конечно, - в тон ему ответил учитель, - иначе, мой песик становиться очень... раздражительным.

-               Но... Он же мужчина, - шепотом произнес Умино.

-               Не вижу проблемы в этом, если обоим нравится, - сказал Эбису и бросил взгляд в сторону Ширануи, - мне пора. Увидимся.

"Песика в постель..." - подумал Ирука. Ему вспомнилась их ночь с Какаши, и чунин покраснел.

-          Тебе плохо? - спросил Мизуки.

-          Нет, давай еще выпьем, - улыбнулся Умино.

Гулянием затянулось до глубокой ночи. Наконец, за столиком остался один Ирука. Он печально тянул саке и вздыхал.

-               Может, тебе пора? - раздался рядом голос Хатаке.

-               Нин-дог, - сказал Ирука и рассмеялся.

-               Нин-дог? - переспросил Какаши.

-               Ты, как собака, ходишь за мной. Словно ждешь, что я тебе кость брошу.

-               Может, и собака, - согласился Хатаке, - только бы ты не сердился на меня.

-               Я не понимаю, зачем ты это сделал? Хотел унизить меня? - спросил Умино. Какаши оглянулся и подошел вплотную к нему:

-               Пойдем, я отведу тебя домой. Там поговорим, - сказал Хатаке. Ирука кивнул. Он позволил дзенину поднять себя. Копирующий обнял его и сложил печати.

-          Зачем? - спросил Ирука, пока Хатаке помогал ему освободиться от жилета и сандалий.

-          Я хотел, чтобы ты был моим, а та гадость, которую я все-таки вдохнул тогда, заставила меня потерять над собой контроль.

-          Я тебе нравлюсь? - спросил чунин.

-          Я люблю тебя, - признался Какаши.

-          Ты сделал из меня импотента, - вдруг сказал Ирука, - я не могу ни с кем. Сколько не пытался. Даже с мужчиной. Зачем ты это сделал?

-          Не говори глупости, - покачал головой Какаши. Он помог учителю добраться до ванной и теперь раздевал его, - ты очень страстный мужчина.

-          Но я не могу Не могу! - хныкнул Ирука.

-          Ты такой милый сейчас, - улыбнулся Копирующий. Мужчина ласково погладил его по щеке, и чунин потянулся за его прикосновением:

-          А из-за твоих пальцев по моему телу дрожь. Почему так? Это все Шаринган? - спросил Умино. Он отстранился от дзенина и забрался в ванную, включил воду.

-          Нет. Тогда... Я просто хотел, чтобы ты не оттолкнул меня, - сказал Хатаке, - можно мне помочь тебе помыться?

-          Ты будешь ко мне приставать, - нахмурился Ирука.

-          Только если ты этого захочешь, - прищурил глаз дзенин.

-          Может, и позволю, - протянул Умино и махнул рукой в сторону полочки, на которой приютились шампунь, кондиционер, мыло и прочая ванная атрибутика.

Какаши снял жилет, водолазку и занялся волосами Ируки. Он осторожно ополоснул их, нанес шампунь, промыл. Потом намылил губку и велел чунину встать.

-          Не хочу, - закапризничал Умино, - идти сюда сам.

-          Маа, заманчиво, - усмехнулся Копирующий. Мужчина разделся, скинул на одежду маску и хитай.

-          Я не буду открывать глаз, - пообещал он, видя, как подозрительно смотрит на него Ирука.

-          Не верю я тебе. Ты - плохой песик, - пробормотал он.

-          Тебе нельзя пить, - сказал Какаши.

Умино слабо возражал, но послушно обнял Копирующего, чтобы тот мог его намылить.

-          Ты - извращенец, - вдруг выдал Ирука, - давай займемся любовью.

-          Я не против, - отозвался Какаши, - но ты пьян, а завтра будешь сожалеть.

-          Не буду, - замотал головой Ирука, - Эбису сказал, что песика нужно пускать в постель.. чтобы..он...

-          Не был раздражительным? - добавил Хатаке.

-          Точно!

-          Теперь ясно   с кем общается Генма, - улыбнулся Какаши.

-          Чувствую себя зоофилом, - протянул с улыбкой Умино и взглянул на Копирующего, - но мне всегда хотелось завести себе собачку.