Белые и пушистые хлопья снега падали на ее лицо. Она стояла и ждала. Ждала, когда пройдет время, но минуты тянулись бесконечно, и не было просвета. Только свет. Великолепный белый отсвет фонаря, отраженный снегом. Город жил своей жизнью и не было ему дела до нее и ее проблем. У всех нас есть проблемы, у всех, и у нее тоже. Но она о них не думала, она просто стояла и ждала. И смотрела на дикий танец снежинок. А люди шли мимо, с безразличными лицами. Все такие разные. У каждого своя история, своя трагедия. Кто-то счастлив, его лицо светится, глаза горят каким-то лихорадочным блеском. Кто-то глубоко несчастлив и несет свою трагедию вперед, как знамя. Хочет всем показать, что он обижен судьбой. Но никто даже и не думает о том, чтобы ему посочувствовать. Каждый занят собой, и каждый думает, что у него самые неразрешимые проблемы, что он самый обиженный, что только его одного жизнь потрепала, а остальные только притворяются, что у них все плохо, а на самом деле, плохо только у него одного. И относит он это недоверие ко всем, даже самым близким и родным. Она стояла и думала об этом, время бежало вперед. Секунды сменяли минуты, минуты сменяли друг друга. В бесконечном ритме менялись события в жизни людей, вершились судьбы. А она стояла и ждала. Теперь уже даже и не понимала, зачем. Она обещала. Он тоже. Значит должен прийти. Но не шел. Потерялся в пути. Забыл дорогу. А может уже и ее. Ведь ей, как и другим, не было дела до того, насколько трагична его судьба, насколько он несчастлив. И только одно привело его к ней, хоть и с опозданием. Это то, чего мы все боимся больше всего на свете, больше, чем всех катастроф и несчастий. Это боязнь одиночества. Она это знала. Он тоже это знал, но пытался скрыть. Спрятать за букет алых роз, который он принес. Она простила. И скоро забыла. Боязнь одиночества была и ей знакома.
[338x524]