Не, ну надо с этим что-то делать!
Двигаться надо.
Вы можете не читать, но мне какое-то идиотское чувство упорно не позволяет пропускать куски.
День нулевой – рывок последний.


Первые два дня путешествия прошли у меня слегка в тумане. Т.е., омрачены были… или наоборот?
Точней, даже целый месяц маялась с глазами. То резь дикая, то светобоязнь. Я даже в учебнике по альпинизму нашла про глазные болезни. Хоть Макс мне и не задавал. Прочитала, что симптом кератита как раз светобоязнь. Но испугаться не успела, там сказано, что, если вовремя помощь не оказать в больнице, то пациент того, ослепнет. Ну, тогда б я уже успела.
А через два дня вот сменила раствор, с Максимы обратно на Рену (купила в дорогу маленький флакон) – и моментально всё прошло. Вот ведь. То ли эта Максима – такая гадость (Разведчик говорит, что нет), то ли я на Рену уже подсела так плотно.
Так что два первых дня, ярких и солнечных, ходила и мучительно щурилась, страдая о козырьке над глазами.
Поезд не запомнился вообще, ну, с вокзалом мы в этот раз не промахнулись.
Доехали, я писала, до Павелецкого, регистрироваться на самолёт. Долго ждали, когда откроется нужное окошко, подойдёт очередь, с третьего раза сдали измученной ночным дежурством девушке свой багаж, и вышли погулять оставшиеся пару часов у Павелецкого. Зашли в торговый павильон мороженого купить – а там продавщица с утра пораньше истошно орёт матом. Ну хоть не на нас – спасибо. В овощном киоске тётка тоже недружественная какая-то попалась, Макс сухофрукты покупал, долго выбирал и заказывал, а она всё кричала: быстрей, быстрей!
Дыня, кстати, потом имела успех, жаль, быстро кончилась – крупными ломтями нарезана. А курагу Макс что-то разлюбил. Как выяснилось. Ещё немного в магазины заглядывали, думая об орехах и сыре, но больше всё-таки, смотрели на окружающую среду. Героически. Несмотря на жару и духоту.
Раньше я там только мимо быстро пробегала – так интересно, есть, что посмотреть. Церковь аккуратненькая, беленькая, и чуть дальше, у набережной, башенки какие-то настроили, и с моста увидели ещё одну церковь, пошли посмотреть – ой, да это целый монастырь! И пруд ещё рядом, купаются собачки и уточки. Всё думала потом глянуть, что это было, но так и не, может, сейчас местные жители подскажут? :)
В конце концов вернулись обратно на вокзал, с облегчением влезли в аэроэкспресс (там прохладно и не ярко), и с запасом поехали в Домодедово. Самолёт тоже помню плохо, но кормили и давали газеты. Красный чайник – кофе, зелёный – чай. Или наоборот :)
А в Барнауле уже время к вечеру. Я свой рюкзак еле узнала на ленте, такой он был запакованный. Там же, пока Макс искал такси, разодрала (э… зубами? Голыми руками?) целлофан, выпустила рюкзак на свободу.
Таксист, по-моему, офигел немножко, когда в багажник его запихивал. А, Макс его не только про продукты спрашивал он ещё про газ. Да, вот и в Марокко газ искали для горелки – и не нашли, и не понадобился, и на Алтае начинается. В самолёте же нельзя везти, надо искать на месте.
Но в Барнауле, говорю, вечереет, так что спортивные и хозяйственные магазины уже закрыты. Так что прямо на автовокзал, ждали недолго, купили воды, а вот и наш автобус.
Ой. Это недоавтобус вообще. Наш, советский, как его? Ещё не микроавтобус, но до взрослого не дорос. У нас такие маршрутки ходят. А напихалось в него… Не, сперва все сели, да какие там места нумерованные – как попало напихались, рюкзаки тут же рядом на полу пристроили. Но на выезде с автовокзала автобус остановился и принял ещё. Пассажиров. И они уже ехали стоя. Это 4 часа до Горно-Алтайска, представляете?
Не, старушку местного, алтайского вида (блин, так и не посмотрела, а что за азиатская народность там) и детей как-то таки посадили, а кто-то ещё на вещах пристроился. И поехали в переполненном автобусе. А на небе - такой роскошный закат, такие розовые краски на полнеба.
Реку Обь ещё было видно, как переехали, а дальше уже стемнело, толком ничего не видно.
И даже самые антикварно-древние недоавтобусы в сибирской глуши нынче снабжены телевизорами. А показывают по этому телевизору – «Нашу Рашу». Так что я, наконец, узнала, что это. Вот все 4 часа тесноты и качки – под «Нашу Рашу». Наверное, я её не полюблю.
Останавливались несколько раз подышать, желающие – купить чего-нибудь. Мы с Максом на вокзале-то стормозили, не взяли ему еды (да там и не особо), спасались сникерсом от голода.
Кое-где народ выходил, так что в конце концов стоящие или высадились, или сели. Впечатлило, что одна девушка попросила остановить и вышла совершенно в пустынном месте, никаких огоньков, один лес неподалёку виднеется.
А мы едем и едем. Вот и 12 уже. И час ночи… Не, приехали всё-таки. В полвторого. В Горно-Алтайск.

Горноночие

Кстати, да. Макс тут начало прочитал, говорит, это у меня воображение буйное, не говорил он про гору «Каюк», только с А. Ну да Каюка нам ещё идти и идти, а пока мы высадились из недоавтобуса в Горно-Алтайске. Знаете ли вы алтайскую ночь?
Это кругом тьма, автовокзал заперт и безжизнен, улицы пусты, зато звёзды, какие звёзды!

Всё небо в звёздах. Но пути к ночёвке они не укажут. Макс ещё в Питере думал, если что – переночуем в Горно-Алтайске на вокзале. Палатку поставим Спальник постелим… Агащаз. Т.е., палатку вообще можно, она на асфальте станет, но стоит ли?
Кинули рюкзаки на скамейку под навесом, осматриваемся. Приехавший народ (те, кто раньше по городу не вышел) как-то весь мигом разбежался, стоим одни. Можно разглядеть объявление про гостиницу, только где ту улицу искать, на которой она прописана?
Тут подошла ещё немолодая пара с вещами, остановилась рядом. Тоже с какого-то ночного транспорта, похоже. Ну и мужчины как-то в разные стороны на разведку разбежались, а мы стоим с тётенькой при вещах. Чужой мужик успел раньше, подскочил к своей даме, говорит, про гостиницу узнал, подхватили вещи – и бежать. Я пыталась посмотреть, куда они, но темновато, чуть от фонаря отошли – и не стало видно. Тут подошёл Макс, тоже узнал где-то (у милиции, кажется). У нас рюкзаки не такие лёгкие, так что не угнались мы за той парой, да они похоже, узнали про другую.
Так и идём по ночному городу, фонари не светят, машины не ездят – это вам не Питер, а непривычно даже. Зато голову задерёшь, насколько рюкзак позволяет: какие звёзды! Просто сдохнуть, какие звёзды. Это мы за угол и по главной улице… Да у них там, мне показалось утром, весь город вдоль этой улицы и вытянут. Две остановки, – сказал Макс. Шли-шли, с остановками в темноте не очень ясно, увидели что-то освещённое и с декоративным заборчиком, поглядели вывеску – нет, не оно. Зато ребята какие-то сидели чуть дальше на заборчике, подтвердили нам, что правильно идём и уже близко. Площадь, говорят, не пропустите. Ничего, нормальные такие ребята, вполне доброжелательные.
И правда, дошли до площади, там обещанный Ленин – но это мы утром разглядели, и гостиница уже настоящая, ступеньки, холл за стеклом. Закрыто. Но мы постучали. Мужик впустил.
- Места есть?
- А документы?
Оформили двухместный номер, душ, сказали, отдельно – на первом этаже за 40 руб. Туалет тоже отдельно, но на том же этаже и бесплатно. Зато раковина есть! Так что я до душа не доползла, плескалась в раковине. Жара, вода из крана хоть и холодная, а тёплая. И свалились без сил. Хотя в Москве ещё и полуночи нет, но день был утомительный. Правда, Макс пообещал разбудить меня с утра пораньше.
До восьми (это пяти ещё нет по Москве!!! Садист!). И ведь разбудил.