Полуживой от счастья, он почувствовал,
что достиг полноты жизни

Наверное, история таки должна быть закончена, пока не началась следующая. По крайней мере, для её участников. Хотя за два с половиной месяца все уже и забыли, о чём шла речь. Особенно я. Но я подсмотрела.
История вовсе не закончилась тем, что мы из природного парка Белуха пришли в Тюнгур, форпост цивилизации, и я, прокричав уходящим на разведку мужикам: «Принесите хлебушка!» села в тени лиственниц зашивать прореху в чёрных штанах. Голубыми нитками.
Ходили они довольно долго, я, кажется, успела дойти до логического конца. Или вообще их зашить, я быстро шью. Годы тренировок. Мимо ходил народ, в основном туристы, но меня никто не беспокоил. Один только дед из рыжей Нивы – спрашивал, нужна ли нам машина 9хорошо, что не лошадь!) – до города доехать. Я сказала, что вообще машина нужна, вот мужики вернутся… обратятся, если не найдут.
У них там на самом деле был ещё контакт – телефон водителя, который привёз в Тюнгур Славу. И говорил, что может вывести и обратно. Слава потом долго этому водителю дозванивался, а потом обсуждал и торговался.
Но потом. А пока они вернулись, и сказали, что ведут меня кормить цивилизованной едой. Окрошкой и пирожками. Заказали там. Так что пришлось вылезать из тени и плестись к фургончику с пищей. Через поле стоял такой фургончик с ширмами и столиком, на столике можно было есть (почему-то помнится, что стульев не было, прям на земле?) А на стенках-ширме висели фотографии с видами Алтая. Горы, цветы, лошадки… А на столе на банке демонстрировалась чёрная бандана про затмение, которое вот-вот будет завтра. Мужикам предложили купить, они ж оба в. Но отказались чего-то.
Окрошка… я вообще не люблю квас, но эта на сыворотке была, так что повезло. И пирожкииии…. Видимо, судьба вместо тех, что мы так и не смогли купить у тёти Вали на Аккемском озере. С яйцом и луком. Макс заявил, что он больше не будет покупать пирожки в электричке в Кузнечное, потому что он теперь знает, что такое настоящие пирожки. Мы потом за этими пирожками – за добавкой вернулись, когда купаться шли.
Да, на синюю-синюю Катунь, за мост – купаться. А вода-то какой тёплой показалась. После горных речек. Так что некоторые попытались плавать. Но чревато: уносит пузом и коленками по камням, не уплывёшь далеко. Так что окунались и сидели потом на бережку. Запомнился фрагмент светской беседы: сидят два бородатых излесных, почти диких мужика на берегу потока и обсуждают, каким шампунем лучше голову мыть и с какой частотой.
А также – что более для меня важно – наконец-то заклеили ожог на моей ягодице (вы ещё помните, как я неудачно подбирала мыло в бане?) . Целиком заклеили. Пластырь уже можно было не экономить. Так что я больше ни к чему больным местом не приклеивалась. И всё было бы прекрасно. Если б нам не приспичило сходить за хлебушком.

Вот тут надо сделать многозначительную паузу до завтра, до следующего поста. Но я решила отвлечься и ещё дописать – до конца страницы.
Впрочем, хронология у меня утеряна, а фотографии последнего дня заканчиваются на пыточном устройстве в деревне. Фрагментарно же помню, что мы ещё заходили в «Высотник» приличную базу отдыха за воротами. Узнать насчёт транспорта. В ворота пускали всех. На базе было людно, а также домики, дорожки, скамейки. И столовая с расписанием еды и верандой (на веранде висели фотографии уже покрупней – целые панорамы гор. И карта). По дорожкам и веранде бегали девушки. Настоящие. В мини-юбках, в косметике, в маечках и босоножках. А ещё там висело объявление о прокате всяких отдыхательных вещей: мяч, сетка, ракетки… Другой мир.
А на скамейках… Нет, это уже рок! – на одной из скамеек сидели москвичи. Те самые, знакомые, многократно встреченные нами от перевала Делоне и далее. Уже как родные. Они нам так и сказали, когда мы стали интересоваться, а как именно ОНИ собираются отсюда выезжать. А они заказали маршрутку на завтрашнее утро. Аж сразу до аэропорта в Барнауле. Это чуть ли не 12 часов ехать. Мы-то собирались, как и в эту сторону: до Горно-Алтайска, а там пересесть.
Москвичи сказали, что всем вместе будет тесновато, зато им – в полтора раза дешевле. Мы уже хотели обрадоваться, но тут обнаружилась загвоздка: их самолёт был позже. Так что случись чего в дороге, и мы на свой опаздываем. Поэтому вариант с москвичевской газелью решили оставить на крайний случай, если не найдём вообще, на чём выбраться.
Да, москвичи уже слились с цивилизацией, сидели за столом, собирались спать в комнатах на чистом белье. А нам ещё надо было устроиться в кемпинге, поставить палатки. А мы взяли и попёрлись за хлебушком.

Пища и духовная пища

И облако - как тюль,
И солнце жжет, паля

За хлебом. Далеко. Потому что в ближнем магазине, который через вантовый мост, там чего только не было! Даже пиво (про то, что Макс купил пиво ещё с первого захода, думаю, можно не упоминать). Всякий китайский ширпотреб (а до Китая-то не так и далеко). А вот хлеб, сказали нам, только в самом дальнем магазине. Ну кто ж думал, что этот Тюнгур такой длинный?
Пыльная дорога и никакой тени. За заборчиком только серые выцветшие деревянные дома, деревья в памяти не отложились. Свинки зато отложились. Прошли несколько одиночных серо-бурых свиней, та лежит, другая лениво идёт… Где-то ещё куры. Справа – собственно посёлок, слева дома только в один ряд, за ними круто поднимаются горы. Пыль и пекло, и совсем изредка – встречные путники. У одного из них спросили про магазин, он удивился:
- Зачем вы туда идёте, там пива нет.
А мы за хлебом. Тот, который без хлеба – уже близко, - не обнадёжил мужик. Тот, который с хлебом – ещё далеко.
Но мы упорные, потопали ещё. Не возвращаться же. Хотя, если б сразу знать… В прохладном магазине измученные жарой мы долго соображали, а чего ж мы ещё сюда тащились, чего ещ взять. Придумали (вспомнили) ещё заварку и что-то к чаю. Макс выбрал вафли. И поплелись обратно. Такое чувство, что в один только конец было час. До сих пор не могу понять, чего ж нам так приспичило. Потому что эта вылазка лично меня подкосила полностью. Мы ещё раз зашли в магазин у моста, потому что я кричала: «морожено, мороженое» - и купили кило пломбира на троих. И вот это было оно самое: сидели в тени на траве и ели. Мороженое. Холодное. Большими ложками.
Поэтому я невероятно удивилась, когда товарищи сказали, что пойдут ещё в «Высотник» ужинать. У меня так была уже полная сытость. Впрочем, скорей у меня была усталость. Потмоу что, когда они ушли, я время от времени прикладывалась к буханке. Эх. У нас, кстати, такого хлеба не бывает. Белый мягкий кирпичик, и чтоб корочка хрустела. У нас его сразу по пакетам. Расихивают – не то.
Они не сразу ушли в столовую, они ещё меня поуговаривали. Но я поняла, что с места не сдвинусь уже. А чтоб они перестали настаивать, проныла, что вот там такие девушки ходят. В мини-юбках, в косметике, в босоножках… и я вся такая-а-а-а-а. Не пойду.
Так и валялась без движения. Если не считать жевательных.
Через час с чем-то они вернулись. Они там ещё сувениры покупали. Себе и на подарки. Женщина специальная, говорят, сидела. Продающая самые правильные (аутентичные) алтайские сувениры. А на рынке вы не покупайте, там китайские подделки!
Сотрудникам Макс купил керамические медальоны в виде масок. Если не путаю. Духи какие-то местны, пояснила продавец. А себе – у! Для души и крайне полезные вещи. Во-первых, керамического же коричневого медведя с лицом суслика. Некоторые до сих пор не верят, что это медведь. Ну и что, что у него коХти! Медведю можно дуть – нет, не в попу! – в хвост, как оказалось при ближайшем рассмотрении. Из попы у него наоборот – воздух выходит. И на спине четыре дырки. Для зажимания. Чтоб разнообразить те заунывные звуки, которые он издаёт, когда в него дуешь.
И ещё Макс купил комуз. Ну это помните: дзын-дзын-дзын! – девушка на Томских стоянках играла. В зубы вставляется. Правда, у нас тут тоже, говорят, можно купить. Но это ж не то. Тем более, что в художественном футляре, на шею вешается. Деревянная маска старика – тоже какой-то дух.
Во, и мне тоже на шею. Кусочек ясеня, высокоэнергетического. Надо его пальцем гладить, в нужном направлении – чтоб подзаряжаться энергетически. Главное – это направление не перепутать. Кстати да, хорошо, что вспомнила. Что-то я давно не заряжалась.
А я, выходит, балда, что с ними не пошла. Осталась без сувениров для своих коллег и для детей. И светит мне разве что китайская подделка с рынка, который мы будем проезжать по дороге в Горно-Алтайск. В Горно-Алтайск мы таки едем сами: пока ходили за хлебом по бесконечной тюнгуркой улице, Слава таки дозвонился до водителя, тот поломался, добавил цену, но зато мы рано утром уезжаем, с рассветом, с туманом, с запасом. А вставать так вообще затемно. Помню вот костёр в темноте, на котором кипятили чай. Но вот вечером это было или утром?
Память выключается на кусочке полированного ясеня. И идти купаться вечером на Катунь тоже уже ни сил, ни желания не осталось.
Ай, вот ещё в прошлом посте у меня: неправильно реку обозвала. Катунь, конечно. Кучерла – белая – она была по путив Тюнгур. Так мы вдоль неё и шли. А Катунь – она большая и синяя, и вдоль неё мы ехали часть следующего дня.