[695x183]
Они всё-таки пришли в наш мир. Но никто не поверил даже тогда, когда стали приходить сообщения о нападениях на целые деревни и города. Люди смотрели новости, смотрели записи того, как с людьми на улицах расправляются сотни гуманоидных тел с неприятными пропорциями, без глаз, рта и ушей. Люди смотрели, а потом говорили: "Какой кошмар!" - и отправлялись дальше по своим делам, твёрдо зная, что, также как в фильмах, правительство и армия всех победит, а самое главное, что их это точно не коснётся. Но оно коснулось...

Они стояли в высокой траве под проливным дождём. Точнее оно, просто разделённое на множество особей, но сохранившее единую личность. Как тесно бы они ни были связаны, одна особь всегда должна была оставаться руководствующей общими действиями. И в этот самый момент она, точно так же как и тысячи других до неё, задрала голову, расставила узлованые верхние конечности и затряслась от концентрации. Мимо, шелестя мокрой травой и чуть присев, двинулись сотни остальных. Впереди виднелся свет - на стоянке торгового центра в небольшой автобус какие-то молодые люди загружали пакеты с покупками. Они не были такими беспечными как остальные, они хотели быть готовыми к этому, зная, что никто, кроме них самих, им не поможет. Но, того не зная, они были уже окружены...

Костя согласился нас увезти, потому что и сам собирался уезжать из города. Сам он весьма скептически отнёсся к этой шумихе, но проверять прочность судьбы не хотел. Договорившись с ним, я метнулся к бутикам в торговм центре, где оставил ждать девчёнок. Через минуту, они уже сидели у Кости в фургоне. Глядя на их перепуганные глаза и трясущиеся руки, даже Костя немного заволновался. Я бросился к продуктовому, ибо дорога предстояла неблизкая, да и никто не знает, как теперь ляжет путь. Растолкав по пакетам консервы и прочую нескоропортящуюся еду, а также случайно попавшиеся плащи-дождевики, я бросил кассирше свой кошелёк целиком и выскочил из дверей на стоянку. Подходя к автобусу под первыми каплями быстро расходившегося дождя и передавая пакеты в двери фургона, краем глаза я заметил какое-то движение высокой, практически с человеческий рост, травы. Вспыхнувшая на миг молния высветила в траве силуэт с расставлеными руками и задранной головой... На его лице не было ни глаз, ни носа, ни рта... Кожа его была матовой и бледно-серой... Его всего потряхивало от напряжения... В этот миг вся трава на десятки метров вокруг него зашевелилась... Дождались...