Продолжу начатое мной в " Потапов Николай Иванович "Хронология фронтовых дней 11,42 - ". и " ЧАСТЬ 2". и " Часть 3. Брянский фронт. (апрель - сентябрь 1943г.) ".



Куда нас направляют - мы, рядовые солдаты и офицеры,- не знаем.
Проехали город Орёл. Тихо-тихо ехали по временному мосту через р.Ока. Было страшно.
Мост шатался из стороны в сторону.
Было рано утром в 5-6 часов. Все в напряжении. Проехали.
Далее Липецк - Тула - Вязьма - Ржев - Торжок - Бологое - Осташков - Мартисово.
Вечером в хорошую светлую погоду в Мартисово разгрузились и двинулись в сторону
Торопца - Великие Луки.
Не доезжая до Осташкова в промежутке Бологое - Осташков поздно вечером ( 22 - 23 часа )
наш эшелон подвергся страшной бомбёжке и пулемётно-пушечному обстрелу с самолёта.
Вечер был тёплый, в полную силу светила Луна. Издалека было видно дым и пары паровоза.
Наш эшелон в ожидании движения стоял на подходе к какой-то станции.
Справа от эшелона холмистая местность, покрытая кустарником по краям больших полян.
Слева от эшелона, как потом выяснилось при бомбёжке - сплошное болото.
Первые бомбы упали в районе паровоза. Паровоз сразу же запарил ( окутался сплошным паром ).
Вторая серия бомб упала в середину эшелона, где были прицеплены три вагона с ГСМ ( горюче-смазочные материалы ).
Вагоны загорелись и весь эшелон засветился.
Третья серия бомб упала на вагоны со снарядами и патронами. Несколько снарядов взорвалось,
вагон с взорвавшимися снарядами раскидало по откосам жел.дороги.
Люди эшелона метались между вагонами, более смелые, в т.ч. и командир арт.корпуса
стали пытаться растащить вагоны, потушить пожар. Паровоз был повреждён и люди своей силой
растаскивали вагоны.
Пожар полыхал. Было всё видно как на ладоне. Немецкий лётчик воспользовался этим и на
бреющем полёте стал обстреливать эшелон из пулемётов и пушек. Так он сделал три захода.
Люди кидались от эшелона в стороны нанаправа и налева. И те, кто бежал влево, попадал в
болото как в ловушку и люди гибли там.
Я отбежал недалеко от эшелона - метров на 20. Увидел стог сена, и использовал его как
прикрытие. И всётаки был момент, когда огненный луч трассирующих пуль шёл прямо на меня
и я с содроганием ожидал, что вот-вот он перережит меня. Но не доходя до меня несколько метров
луч трассирующих пуль резко свернул в сторону: это самолёт делал разворот
на очередной заход.
Только к утру нам удалось расстащить эшелон, изолировать горящие вагоны, отделить от остальных
вагоны с боеприпасами. Стали подсчитывать наши потери. Они были значительными: два вагона раненых.
Несколько человек пропали безвести, по-видимому утонули в болоте.
Убитых тут же похоронили, раненых повезли с собой. В Осташкове сдали в госпиталь.
Потом говорили, что с нашим эшелоном ехал немецкий наводчик с рацией, который указывал цели немецким лётчикам.




Осталась последняя часть дедушкиной рукописи.
Напоминаю, что старался перепечатывать без изменений.