Видимо, у великих пилотов McLaren такая судьба. И хотя отдельные скептически настроенные представители болельщицкой аудитории не спешат признавать Льюиса Хэмильтона таковым, она не становится от этого менее очевидным фактом. Все серьезнейшие аварии McLaren за последние лет 20 случались исключительно на квалификациях. Сейчас уже мало кто помнит, что гибели Айртона Сенны в весенней Имоле 94 предшествовала авария не менее пугающая. В 92 в Мексике он, отчаявшись нейтрализовать превосходство Williams рациональными средствами, перешел на запредельный пилотаж, следствием которого и стал жесткий вылет. Квалификация тогда была делом сразу двух дней (пятницы и субботы), но Сенна, чудом обошедшийся без серьезных травм, больше на трассе не появлялся, вернувшись в кокпит только к гонке -и уже 13 лет наиболее эрудированные поклонники великого бразильца видят в том моменте знамение. В 95 в Аделаиде жребий разбиться выпал уже Мике Хаккинену. На скорости под триста и тоже в пятницу. Австралию Мика, чье состояние долго признавалось критическим, покинул через месяц. А потом стал двукратным чемпионом мира, доказав что он не только замечательный пилот, но и не менее мужественный человек - и болельщики Макларен со стажем, боготворящие финна, любят его, в том числе и за это.
..Первые два сегмента минувшей квалификации не вместили в себя ничего особенно примечательного. Да, не вышел из третьего сегмента Дженсон Баттон, что сделать, наверное, следовало. Но класс Хонды в квалификации пока значительно уступает классу Хонды в гонке, и выступление Рубенса Баррикелло несколько минут спустя лишь укрепило это мнение. А замедлившийся прогресс Renault не позволил Джанкарло Физикелле познать радость первой десятки. Подопечным Флавио Бриаторе уже много лет подряд приходится тяжелее всего в Имоле и на Нюрбургринге, но если первая волевым решением Берни Экклстоуна покинула календарь, то поступить точно так же с ареной Гран - при Европы седовласый промоутер не решился.
И только у Дэвида Култхарда нет решительно никаких оправданий. Шотландский ветеран проиграл Марку Уэбберу 14 позиций, заняв максимально непрезентабельное для Red Bull 20 – е место. А если учесть, что Спайкеры так и остались Спайкерами, то и последнее. Впрочем, позиции Дэвида в команде это поражение подорвет едва ли. Равно как и квалификационный баланс 9:1 в пользу Марка Уэббера. Култхард и в 36 остается чемпионом Формулы -1 в том, что касается маркетинговой деятельности – а также деятельности рекламной. И для Ред Булла, который еще и в бытность Ягуаром, не был заподозрен в желании побеждать, такой пилот не просто чрезвычайно уместен, но еще и чрезвычайно полезен. Что в 36, что в 43. А слова Эдди Ирвайна, неустанно повторяющего, что заниматься тем, чем уже много лет занимается Дэвид, можно и не пребывая в роли действующего гонщика, еще долго будут оставаться проявлением чисто мизантропическим.
Гром грянул только в сегменте за номером три. Льюис Хэмильтон, шедший после первой засечки с шестью с лишними десятыми преимущества над графиком достаточно виртуального поула Алонсо, едва не остановил сессию насовсем. В самом скоростном месте трассы на McLaren - Mersedes британца лопнула передняя правая покрышка. И, как выяснилось впоследствии, на то были свои причины. После жесточайшего удара о барьер из отработанных покрышек Хэмильтон пугающе долго не мог покинуть обездвиженный Макларен. В итоге покинул, но только на носилках. И можно только поаплодировать этому бесстрашному человеку, который, даже находясь в состоянии шока, нашел в себе силы показать окружающим, что с ним все в порядке. И который сегодня почти наверняка вернется. А мнение того самого большинства, что по – прежнему отказывает Хэмильтону в величии, окончательно обрело вид чудовищной глупости. Как и любое другое мнение, которое диктуется, прежде всего, стереотипами. У противников Хэмильтона есть только один аргумент, который остается неизменным, несмотря на то, что его формулировка с ходом времени все – таки меняется. Отсутствие поул –позишн, отсутствие победы, отсутствие серьезной аварии, наконец. Сейчас, правда, когда и то, и другое, и третье случилось, он вновь сменится – на отсутствие чемпионского титула.
Называется это, на самом деле, просто – боязнью перемен. Что, безусловно, плохо. Плохо хотя бы потому, что здорово мешает наслаждаться настоящим моментом. А он в Формуле -1 всегда самый главный.