"И в этот момент Рико случайно взглянул в зеркало напротив.

Он обнимал пустое платье, смятое и сморщенное в тех местах, где оно могло быть сморщено движениями женского тела. Но он понял теперь, и понимание это едва не заставило его закричать — то, что он обнимал сейчас, не было больше человеческим существом.

Она подняла голову, в темных глазах плавали щупальца серебряного и багрового пламени.

— Согрей же меня, милый, — прошептала она. Рот раскрылся, выдвинулись клыки, словно у гремучей змеи.

— Неееееет! — завопил он, оттолкнув ее, делая шаг назад. Споткнувшись, он упал, ударившись головой о край стола. Сквозь багровый туман боли он видел, как бесшумно приближается она к нему, будто облако дыма.

— Рикооооо, — прошептала она. Глаза пылали жаждой. — Я вернулась к тебе. Я вернулась...

— Убирайся! — выдохнул он, пытаясь подняться на ноги. Ноги не слушались, мозг был сжат между полюсами льда и пламени.

— ... к тебе... — сказала Мерида. — Теперь мы сможем быть вместе всегда!

— Нет! НЕТ! — Голос его прервался, глаза, казалось, вот-вот выпрыгнут из орбит. Где-то внутри он почувствовал первый приступ безумного хохота.

— ДА! — сказал вампир. — Навсегда, навсегда!

Она протянула к Рико руки, глаза сверкали, как неон Закатного бульвара. Он вскрикнул, выбросил вперед руки, чтобы защитить себя, дать себе еще несколько дополнительных секунд жизни. Мерида схватила его за правую руку, усмехнулась и погрузила клыки в вену на запястье.

Его пронизала молния боли, он услышал, как жадно глотает она истекающую из него жизнь. Он хотел ударить другой рукой, но она перехватила ее, прижав к полу с необыкновенной силой. Клыки погрузились глубже, ни одна капля крови не пропадала.

Глаза ее закатились от удовольствия. Рико почувствовал, как летит куда-то в темноту, где было очень холодно и ужасно... ужасно... холодно...

Когда она насытилась, то отпустила его руку и та безвольно упала на пол. Стоя на четвереньках, она слизнула несколько кровавых капель, которые пропустила. Потом она прижала к груди голову Рико, покачивая его, словно ребенка.

— Вот теперь, — прошептала она, — мы всегда будем вместе, всегда... Мы будем вечно молоды, вечно будем любить друг друга. Спи, мой драгоценный, спи...

Потом он стащила с дивана простыни, разложила их на полу, положила на простыни спящего черным сном Рико и завернула.

"Теперь, — подумала она, — ты будешь спокойно спать, пока тебя не разбудит голос Хозяина".

Она знала, что проснувшись, он будет страдать от голода, жажды, и возможно, будет слишком слаб, чтобы охотиться самостоятельно. Ей нужно будет помочь ему. Любовь ее не знала границ. Она оттащила запеленатого Рико в кладовую, закрыла парой картонных ящиков, потом затворила дверь. Теперь солнце, этот ненавистный жгучий глаз, вызывающий боль одним прикосновением своих лучей, не проникнет к нему..."

Боб МакКаммон "Вампиры Лос-Анджелеса" ("Они жаждут")
[276x326]