сегодня он заметил, что иногда всё же случаются смены времён года. очень уж этому удивился.
но было непонятно, было ли его удивление приятным или же оно повергло его в страшный ступор.
стоял молча у очень грязного, запылённого окна. Мне даже показалось, что в нём по-тихому, но быстро закипает что-то,- скорее что-то нехорошее, - и что он сейчас резко обернётся и пришибёт моё бедовое лицо. начала серьёзно сожалеть, что сняла с его окон шторы, чтобы постирать. отошла с опаской немножко подальше, чтобы в случае чего успеть увернуться.
Но он всё ещё молчал, вцепившись взглядом в жутко пыльное окно.
Потом резко повернулся в мою сторону; я энергично отскочила. буркнул: «Потом не забудь повесить обратно». И пошёл в свою комнату.
Когда шторы высохли и стали поглаженными, мне в голову пришла мысль, что вешать чистые шторы на грязное окно как-то не престало, и решилась-таки возродить их.
Когда я уже вытирала стёкла насухо, он вышел из своей комнаты. улыбнулась ему и сказала: «Смотри-ка как чисто».
Вроде бы он что-то ответил; не расслышала. Отодвинул меня рукой от окна и сам встал, опершись руками на подоконник. И снова что-то долго и молчаливо разглядывал в окне.
В открытую форточку залетела маленькая птичка и села на подоконник.
Каким-то молниеносным движением рук он успел схватить её, а она, следовательно, улететь не успела.
скрутил ей шею.
так же молча вышел в коридор, чем-то негромко пошуршал; потом я услышала, как хлопнула дверь.
На подоконнике лежал маленький трупик.
Солнце, естественно, ярко светило, а блеск переливающегося снега врывался через чистые стёкла в комнату и разухабисто бегал по стенам. И смеялся.
На улице всё жило. разноцветные щапочки катались с горок. Я подумала, что всё же не надо было стирать эти шторы и мыть окно. Всё же нельзя быть такой жестокой.
Нельзя было так сразу.
Он ведь только сегодня узнал, что бывают времена года…
Надо быть мягче что-ли.