Настроение сейчас - угадайте по стихам)

Роберт Рождественский.

Жизнь - лишь прекрасный миг,
Подаренный судьбою.
И оценить его способен тот,
Кто счастьем наделен неведомой рукою.
Когда есть рядом существо,
Боготворимое тобой,
Ты ощущаешь волшебство,
Сравнимое лишь с призрачной луной.
Когда ты впитываешь его запах в ночной тиши,
И признаешься в бесконечности своей любви.
Когда ты ловишь нежный взгляд,
И шепот губ родных,
Когда нет смысла взгляд бросать назад,
Не существует слов пустых.
Когда весь мир лежит у ног,
Когда сбываются мечты,
Когда есть только он,
Когда есть только ты

************

Ты мне пишешь всё реже и реже,
Да и письма порой коротки...
Строк извилистых почерк небрежный
И слова от любви далеки...
За окном поют краски заката,
Ивы стонут вдали за рекой...
Так и ты вот уходишь куда-то
И любовь всю уносишь с собой...
А давно ли, до первого снега,
Ты шептал доверенно мне,
Что трудно веру терять в человеке,
А в любимом - труднее вдвойне...

***********
Любовь

Я замираю от внезапного влеченья
Ты не узнаешь тёплого дождя
Ты не поймёшь безумного значенья
Застывших ласк и влажные уста.

Зачем тебе мои воображенья
И все оттенки сладострастных чувств
Неукротимые, порочные мгновенья
И бесконечный, многогранный круг.

Любовь невинна в трепетном желанье
Она как ангел томна и кротка
Я наслаждаюсь солнечным сияньем
Я окунаюсь в океан греха.

И в середине жаркого забвенья
Я слышу тихий позабытый стон
Я отдаюсь тебе без сожаленья
Я растворяюсь в страсти целиком.

Изгибы тела в сумеречном танце
Осуществленье замкнутых картин
Прикосновенье чуть дрожащих пальцев
И осознанье, что ты не один.

Я унесу тебя за край блаженства
И приклонившись перед чашей грёз
Ты не заметишь тени совершенства,
Ты не услышишь запахов цветов.

********
ПРИГОВОР
И упало каменное слово
На мою еще живую грудь.
Ничего, ведь я была готова,
Справлюсь с этим как-нибудь.

У меня сегодня много дела:
Надо память до конца убить,
Надо, чтоб душа окаменела,
Надо снова научиться жить.

А не то... Горячий шелест лета,
Словно праздник за моим окном.
Я давно предчувствовала этот
Светлый день и опустелый дом.
*****


НЕЖНОСТЬ
Разве же можно,
чтоб все это длилось?
Это какая-то несправедливость...
Где и когда это сделалось модным:
"Живым - равнодушье,
внимание - мертвым?"
Люди сутулятся,
выпивают.
Люди один за другим
выбывают,
и произносятся
для истории
нежные речи о них -
в крематории...
Что Маяковского жизни лишило?
Что револьвер ему в руки вложило?
Ему бы -
при всем его голосе,
внешности -
дать бы при жизни
хоть чуточку нежности.
Люди живые -
они утруждают.
Нежностью
только за смерть награждают.


Евгений Евтушенко






СМЕЯЛИСЬ ЛЮДИ ЗА СТЕНОЙ
Е. Ласкиной

Смеялись люди за стеной,
а я глядел на эту стену
с душой, как с девочкой больной
в руках, пустевших постепенно.

Смеялись люди за стеной.
Они как будто издевались.
Они смеялись надо мной,
и как бессовестно смеялись!

На самом деле там, в гостях,
устав кружиться по паркету,
они смеялись просто так,—
не надо мной и не над кем-то.

Смеялись люди за стеной,
себя вином подогревали,
и обо мне с моей больной,
смеясь, и не подозревали.

Смеялись люди... Сколько раз
я тоже, тоже так смеялся,
а за стеною кто-то гас
и с этим горестно смирялся!

И думал он, бедой гоним
и ей почти уже сдаваясь,
что это я смеюсь над ним
и, может, даже издеваюсь.

Да, так устроен шар земной,
и так устроен будет вечно:
рыдает кто-то за стеной,
когда смеемся мы беспечно.

Но так устроен мир земной
и тем вовек неувядаем:
смеется кто-то за стеной,
когда мы чуть ли не рыдаем.

И не прими на душу грех,
когда ты мрачный и разбитый,
там, за стеною, чей-то смех
сочесть завистливо обидой.

Как равновесье — бытие.
В нем зависть — самооскорбленье.
Ведь за несчастие твое
чужое счастье — искупленье.

Желай, чтоб в час последний твой,
когда замрут глаза, смыкаясь,
смеялись люди за стеной,
смеялись, все-таки смеялись!




Евгений Евтушенко






ЛИШНЕЕ ЧУДО
Т.П.

Все, ей-богу же, было бы проще
и, наверно, добрей и мудрей,
если б я не сорвался на просьбе —
необдуманной просьбе моей.

И во мгле, настороженной чутко,
из опавших одежд родилось
это белое лишнее чудо
в грешном облаке темных волос.

А когда я на улицу вышел,
то случилось, чего я не ждал,
только снег над собою услышал,
только снег под собой увидал.

Было в городе строго и лыжно.
Под сугробами спряталась грязь,
и летели сквозь снег неподвижно
опушенные краны, кренясь.

Ну зачем, почему и откуда,
от какой неразумной любви
это новое лишнее чудо
вдруг свалилось на плечи мои?

Лучше б, жизнь, ты меня ударяла —
из меня наломала бы дров,
чем бессмысленно так одаряла,—
тяжелее от этих даров.

Ты добра, и к тебе не придраться,
но в своей сердобольности зла.
Если б ты не была так прекрасна,
ты бы страшной такой не была.

И тот бог, что кричит из-под спуда
где-то там, у меня в глубине,
тоже, может быть, лишнее чудо?
Без него бы спокойнее мне?

Так по белым пустым тротуарам,
и казнясь и кого-то казня,
брел и брел я, раздавленный даром
красоты, подкосившей меня...
1965


***
Андрей Вознесенский



САГА
Ты меня на рассвете разбудишь,
проводить необутая выйдешь.
Ты меня никогда не забудешь.
Ты меня никогда не увидишь.

Заслонивши тебя от простуды,
я подумаю: "Боже всевышний!
Я тебя никогда не забуду.
Я тебя никогда не увижу".

Эту воду в мурашках запруды,
это Адмиралтейство и Биржу
я уже никогда не забуду
и уже никогда не увижу.

Не мигают, слезятся от ветра
безнадежные карие вишни.
Возвращаться — плохая примета.
Я тебя никогда не увижу.

Даже если на землю вернемся
мы вторично, согласно Гафизу,
мы, конечно, с тобой разминемся.
Я тебя никогда не увижу.

И окажется так минимальным
наше непониманье с тобою
перед будущим непониманьем
двух живых с пустотой неживою.

И качнется бессмысленной высью
пара фраз, залетевших отсюда:

"Я тебя никогда не забуду.
Я тебя никогда не увижу".