Не, сега не е за поезия,
ни за римите с звънкия смях,
под дебелата броня железна
ще достигнат ли будно сърце?

Ти започваш да пишеш и ето -
вместо рима избухва снаряд,
озаряват небето ракети
и пожари обхващат града.

Позатихва. Но в твоя бележник
вместо нежни, парфюмни слова
на листата в полетата снежни
се строяват ловджийски ята.

Те се впускат далече задружни,
помирисали някъде стръв. -
И тогаз забелязваш със ужас:
не с мастило, ти писал си с кръв.

Не, сега не отива поезия,
и да искаш, не мож я изля.


Нет, увы, сейчас не до стихов

Нет, увы, сейчас не до стихов,
не до легких рифм, что смехом полны,
Ведь, под тяжестью незыблемых оков
Достучаться ль до умов без спора?

Ты писать – но вдруг, взорвавшись где-то,
вместо рифмы падает снаряд,
и под светом не стиха – ракеты
видишь ты, как города горят.

Стихло вроде. Но в твоем блокноте
не родится нежная строфа,
на листах как снег – не по погоде
гончьи псы живут, а не слова.

Мчится свора, чует запах жертвы,
осмотревшись, видишь словно вновь:
эти строки бесконечно мертвы –
их писали не чернила - кровь.

Нет, увы, сейчас не до стихов,
Как душа не рвется – не излить.

(по Н.Й. Вапцарову)