Да.. это началось снова.. Снова одно и то же.. эта пустота.. эта бессмыслица, эти вечные депрессии… Ужасно…
Эта Пума.. подруга Веллы.. эти позеры.. не могу.. мне так тошно от всего этого.. я бы хотела говорить о Вагнере, о Моцарте, о Бетховене.. Да хоть о Жубанове, а говорю о чём? О Веллиных ухажерах! Мне кажется это низким.. как можно…
Почему все, ну абсолютное большинство помешано на этой гадости? Да.. одному быть тяжело, но у меня в глазах уже розово от этих соплей с сахаром…

Вот меня например некому утешить, приласкать, да просто удачи пожелать… я же не устраиваю болото! Хотя могла бы! Так вот проснешься утром и думаешь.. а зачем собственно я проснулась. Мне ведь совершенно нечего делать! Мне не о ком думать.. мне не о ком заботиться, переживать.. я только вспоминаю прошлое, от чего на душе всё съёживается.

Даже мои вымышленные собеседники мне не доставляют удовлетворения. Ничья….

«Ты одержимая»! да пусть хоть так! Зато я есть у кого-то, а кто-то у меня! Так смешно слышать о себе гадости от людей, которых я совершенно не знаю! А могут ли они знать меня?

Никто не пробивал этот панцирь и не видел тот маленький комочек, кем по сути я являюсь. Никто не пытался вникнуть.. все видят только то, что хотят видеть во мне.

Как быстро меняется настрой. От расстройства к гневу. И ведь даже рассказать некому. Кроме того, никто не захочет слушать. Кому нужны слёзы и проблемы мелкой девки с непонятной ориентацией?


Почему вот так? Почему дети, не успев понять что такое мир, знают всё о войне? Почему вот так? Почему кто-то говорит светлые вещи, о вечных огуречных грядках и кукурузе – царице полей, а потом как-то моментом забывает свои слова?

Нельзя быть всегда наигранно спокойной! Все видят меня такой, какой я не была никогда!

А мне где ютиться? Где-то может под мостом? Может под столом? Может на полке среди заброшенных игрушек? Чтобы удобно было достать меня оттуда и поизмываться. А потом снова положить на место. А может быть рядом? Чтобы далеко не ходить.. чтобы как-то сподручно было.


Мне холодно. Но всем срать. Я привыкла, что меня не видят. Вернее не видят настоящую меня. Да и кому какое дело? Лучше бояться и сторониться. А ещё лучше заживо уничтожить. Чтоб страшно не было.