- Мяу. Привет. Ты кто?
- Я – Антон. Но я девочка. Котёнок, девочка – Антон.
- А чего имя у тебя такое дурацкое?
- Моя первая хозяйка Бородина не поняла, что я девочка и назвала Антоном. Сначала она хотела меня продать, чтобы денюжек себе заработать, но никто меня не покупал, и тогда она подарила меня за 100 долларов этой нервной Саблезуб.
- Кривозуб.
- Да знаю. Это я зову её потому, что она очень злая. У неё один бзык: она хочет, чтобы все, абсолютно все, дядьки ухаживали за ней и только за ней. А ты кто? У тебя хвост, как у крысы.
- Сама ты – крыса. Я – Марсель. Живу в конуре с «мамкой», которая твоей Саблезубке фору в злобности даст. Она странная: почему-то заставляет всех называть себя Солнцем. С приветом, словом.
И там, в нашей конуре, ещё дядька живёт с таким вот носярой и вот с такими зубами. Страшный тип. Это он меня покупал и так долго торговался, что я уснул. Жмот носатый.
- Да, в нём есть что-то такое.
- В нём много есть, и ещё больше чего нет. Есть трусливость и лень. Нет остроумия, интеллекта и доброты. Представляешь, когда купил меня, сунул в ящик и сказал, - «Сиди тихо, крыса, а то хвост вырву».
- Так и сказал. Плохой дядька, однозначно. Нам, маленьким котёнкам, нельзя хвостики выдирать. Я его тоже не буду любить.
- Ты тогда и мою хозяйку «мамку» не люби. Я так устал с этой куплей-торговлей, потом везли качали, несли качали – чуть не облевался, извини за грубость. Принесли в конуру, а тут эта ненормальная стала орать мне в ушки, - «Мамка здесь, здесь мамка». Чуть не оглох. Я добрый, но тут так захотелось ей лапкой по её роже. А носатый придурок тут как тут и тоже орёт, - У этого кота есть преимущество – его можно лизать». Ну не дурак? Повернулся я к нему попкой, чтобы намекнуть этому лизателю. Но он такой тупой, что я не уверен, что до него дошло.
- Разбежались, кто-то идёт. Приятно было познакомиться.