Без заголовка
04-09-2008 21:43
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
23
Ночь сделала их намного сильнее.
Напоенные решимостью светящиеся глаза искали кровавых, и они нападали.
Нападали и гибли. Осыпались пеплом, но убивали. Пепел устилал трупы.
Стихии вырывались навстречу Высоким аркам, но те обращали против нападающих свои изощренные силы. Кровавых терзали твари, из охватывали странные приступы, подкашивали внезапные болезни. Они опасались любого движения в траве, потому что не знали, что еще было послано на них.
Магов-воинов встречали химеры. Кровавые сталкивались с кошмаром, искажающим их собственные лица. Немногие были способны без замешательства пронзать клинками своих жутковатых близнецов. И химеры опережали их.
Лишь страйфы не нападали с небес. Сонм был бескрылым.
Дорхэог убивал, оставаясь невидимым врагами. Он посылал свою древнюю силу на огромные расстояния и всегда добивался своего. Кровавые гибли. Просто гибли, один за другим. Повелитель Мора уничтожал всех, кого мог, но осмотрительно берег свои силы. Изредка он даже поил тьмой обессиливших от жажды не-дышащих, которых встречал рядом. Высокий арк держал своей волей всех в единстве, и его зов раздавался в сознании каждого.
Он намеревался сдерживать нападение Храмового Сердца здесь, почти на самой границе.
Хотя нападающие неумолимо давили вперед.
Кровавых было слишком много.
Впереди пылала целая поляна. Деревья неслышно выли от отчаяния, но никто не мог помочь им. Пепел Повелителя Трясин уже устилал землю где-то там, откуда сейчас надвигались враги.
Фостиарм несся мимо, видя лишь далекие тени – химер, спешащих к месту очередной схватки.
Услышав громкий треск одного из стволов, он остановился.
Что он мог? Повелитель Лжи попытался вспомнить хотя бы что-то из умений его покровителя.
Сырой туман…
Хоть немного…
Пока он еще не успел истратить силы, поэтому магия начала медленно обретать жизнь. Появилась какая-то легкая влажность в воздухе. Юноша тут же бросил ее сгусток в сторону пылающих деревьев.
Огонь был неизмеримо сильнее. Проклятая стихия питалась силой магического призыва.
Фостиарм зло оскалился. Развел ладони и усилием воли заставил воздух между ними свернуться во влажный клубок. Магия обрела видимую сущность. Юноша продолжил питать ее новой и новой силой, пока ему не стало трудно удерживать разбухший клубок перед собой. Это было все, что он умел и мог.
Он с немалым усилием заставил сгусток сырости двинуться в сторону сердцевины рощи.
Развернись!
Медленно остановившись там, где было приказано, магический сгусток лопнул тяжелой сыростью, лениво окатившей все стоявшие вокруг стволы. Проклятое пламя кровавых с шипением осело.
«Это еще только начало», - ухмыльнулся про себя Повелитель Лжи и пошел прочь от затухающего пожара.
Огонь еще пытался вернуть себе завоеванные стволы, но странная влага душила его.
«Проклятое племя», - думал Фостиарм. – «Не может сражаться лишь со своими врагами – с нами… Уничтожает еще и их… Хотя они не несут ему опасности. Их вина лишь в том, что они преданны нам…»
Химеры успели скрыться, и теперь он шел почти наугад, помня лишь направление. Он знал, что химеры спешили к своим братьям и сестрам. Где-то впереди была бойня.
Ему было все равно, где убивать. Он уже успел сразить несколько врагов, и теперь направлялся туда, где были еще кровавые. Позади осталась горстка отбивших людскую атаку и россыпи пепла под ногами.
Химеры всегда спешили на свежую кровь.
Он шел вперед.
Возможно, его искали Высокие… Он знал, насколько мог быть ценен, но предпочитал просто убивать. Как все. Хотя, конечно, при столкновении с ним любой кровавый впадал почти в то же замешательство, что и при встрече с химерой. Повелитель Лжи не спешил открывать свой истинный взгляд – светящийся в темноте взгляд не-дышащего. Он оставался жутковато похожим на кровавого.
Ночь стояла над кронами деревьев черным пологом. Окружающий лес казался необъятным замкнутым пространством, огромной пещерой, в которой меж колонн шла страшная игра. Всюду можно было встретить чужаков. Они были рассыпаны по пещере, но каждый своим путем стремился в ее сердце.
В сердце тьмы.
Умирающей…
Закрывающей глаза навсегда…
Фостиарм шел, не убыстряя шага. Впереди уже слышны были обрывающиеся вскрики. Химеры начали свою жатву.
Юноша вдруг подумал, что этих притворщиц, которые могли натянуть на себя маску врага, осталось совсем мало. Все они были Высокими. Только у них еще хватало тьмы. Остальные давно погибли в открытом бою, даже не пытаясь прикрыть истинного уродства.
И если племени суждено было выжить, неизвестно было, позволят ли Темные Боги родиться меж них новым лицедейкам.
Это было страшно.
Фостиарм приближался к месту схватки. Уже видел впереди какое-то движение.
Рука Повелителя Лжи плавно извлекла из ножен кинжал. Теперь, после смерти Черша, он был едва ли не единственным носителем оружия кровавых.
Пусть попадется хоть кто-нибудь…
Он подходил к трем сросшимся стволами дубам, когда из-за них вдруг вырвался кровавый.
- О, Боги! О, Боги…
Кровавый арк был молод, но его руки случайными взмахами рассыпали искры.
Высокородный…
Вместо того, чтобы настороженно подобраться, Фостиарм опустил руку с кинжалом и начал пошатываться. Когда враг заметил его, он неуверенно пошел навстречу.
- Кто ты?! – вскрикнул кровавый.
- А кто ты? – словно бы потерянно отозвался Фостиарм.
- Я… Я советник Тэрриха Игаарма!
Эти слова должны были внушить опасение. Фостиарм послушно изобразил его.
- Я всего лишь ученик священника из Йанфа…
- Слушай… ученик священника, - маг запинался от пережитого потрясения. – Кто они? Кто… эти?
- Эти?
- Да! Твари, делающие… показывающие… мое лицо!
Фостиарм испуганно замотал головой. Он вплетал свою игру в замешательство врага, и незаметно для него подходил все ближе и ближе.
- Я не видел… Никого тут не видел…
- Так откуда ты идешь? Ведь нечисть… там…
Фостиарм сделал решающий шаг.
- Оттуда и иду, - все еще растерянным голосом проговорил он. – Из самого Фоссхоргота!
Он ударил кинжалом точно в сердце кровавого. Тот успел лишь выдохнуть.
Тело повалилось к ногам Повелителя Лжи.
Освободив и вытерев лезвие, Фостиарм быстро направился в ту сторону, откуда выбежал кровавый. У корней сросшихся дубов с другой стороны он нашел холмик пепла.
«Он убил химеру… Жалкий молокосос смог совладать с химерой… Значит, скоро тьма иссякнет у всех…»
Фостиарм беззвучно проговорил молитву Черному Богу.
«Ты отмщена, хозяйка лжи…»
Закутавшись в плащ, снятый с какого-то высокородного трупа, Фостиарм побрел дальше. Убивать еще.
На его пути встречались затопленные ночью низины и древние холмы, кое-как освещаемые лунным светом. Он безразлично поднимался по склонам или шел по дну оврагов, не заботясь, что они отклоняют его от прямого пути.
Он думал лишь об умирающей Улотвайг. Ее лицо стояло в его зрачках, уже сделавшихся такими, как у всех не-дышащих. Не способных больше обмануть ни одного кровавого. Он думал о сроке, отмеренном Темными Богами для того, чтобы преданная им Властительница успела смириться с собственным бессилием и собственной обреченностью. Он не мог понять, почему Темные Боги оставили ее и не дали никакой надежды ее спасти. Ведь если бы она могла получить хоть какую-то силу, она, не жалея себя, возглавила бы сонм и вдохновила бы племя на уничтожение кровавых. Сейчас племя из последней тьмы сражалось за нее. Но каждый чувствовал свое бессилие спасти Властительницу. Не-дышащие защищали ее тихое умирание.
Всего лишь.
Фостиарм сжимал кулаки. Его собственные жертвенные раны на руках уже скоро должны были начать расширяться, прося новой тьмы. Но больше не от кого было ждать жертвенности. Он был один.
Повелитель Лжи уже давно не смотрел вперед, на свою дорогу. Когда он почувствовал приближение чего-то огромного, то поднял взгляд.
На вершине холма, по которому он взбирался, стояли развалины. Угрюмые камни вздымали к черному небу свои бесформенные головы. Храм был разрушен очень давно.
Фостиарм заворожено воззрился на них. Он медленно узнавал старый храм, но при этом вспоминал совсем другой… гораздо более древний… едва различимый над уровнем земли, поросший травами и деревьями… с узким лазом прохода…
Воспоминания заставили его болезненно вздрогнуть. Храм словно насильно возобновил его тяжелые мысли.
Перед ним был храм Бога Плодородия.
Кровавого бога – единственного, чье имя было известно не-дышащим.
Этот храм был разрушен Улотвайг несколько столетий назад.
Повелитель Лжи заставил свое сознание обрести четкость и вернуться к настоящему.
Храм был известен ему еще и тем, что в нем обитал один из могущественных отшельников. Повелитель Змей. Он знал, что этот отшельник согласился помочь Хлиду, но сказал, что выйдет из своего логова лишь единожды – в самый последний момент, когда Повелителю Плесени потребуется самая крайняя помощь. Отшельник не хотел пребывать во внешнем мире.
Фостиарм догадывался, что Хлид уже не сможет прийти за ним и просить его вновь.
Что ж… Древнего арка пора было призвать…
Лес медленно светлел вслед за упрямой поступью рассвета. Ни один не-дышащий не взглянул на небо с благодарностью за слабый утренний свет. Кровавые же приободрились и начали изничтожать темное племя с новой силой. Бельмо дня всегда было для них желанным.
День начинал с пожирания многих темных жизней…
Сонм рассыпался, медленно рассыпался прахом.
Химер не осталось ни одной, и кровавые воины могли беспрепятственно нападать на призывающих свои медленные силы не-дышащих. Не все успевали защитить себя тем, чем повелевали…
Часто темные уста шептали имя Лезвия Мрака. Его не было с ними. Почему? Почему?!
Не было и Черша… Воин гордо шагнул навстречу Черному Богу, но его жертва не принесла ничего.
Бессмысленность.
Они защищали оставленный тьмой Тоаглостурд, закрывали его своими жизнями, но им уже начинало казаться, что этот бой был бессмысленным. Кровавые пересиливали их. Питомцев белесых богов было больше. Больше намного. И путь к Яме Фоссхоргота все равно рано или поздно должен был стать открытым.
Оставалось лишь мечтать, чтобы Властительница ушла раньше, чем ее прекрасный облик предстанет перед осквернителями тьмы.
[320x480]
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
23
Ночь сделала их намного сильнее.
Напоенные решимостью светящиеся глаза искали кровавых, и они нападали.
Нападали и гибли. Осыпались пеплом, но убивали. Пепел устилал трупы.
Стихии вырывались навстречу Высоким аркам, но те обращали против нападающих свои изощренные силы. Кровавых терзали твари, из охватывали странные приступы, подкашивали внезапные болезни. Они опасались любого движения в траве, потому что не знали, что еще было послано на них.
Магов-воинов встречали химеры. Кровавые сталкивались с кошмаром, искажающим их собственные лица. Немногие были способны без замешательства пронзать клинками своих жутковатых близнецов. И химеры опережали их.
Лишь страйфы не нападали с небес. Сонм был бескрылым.
Дорхэог убивал, оставаясь невидимым врагами. Он посылал свою древнюю силу на огромные расстояния и всегда добивался своего. Кровавые гибли. Просто гибли, один за другим. Повелитель Мора уничтожал всех, кого мог, но осмотрительно берег свои силы. Изредка он даже поил тьмой обессиливших от жажды не-дышащих, которых встречал рядом. Высокий арк держал своей волей всех в единстве, и его зов раздавался в сознании каждого.
Он намеревался сдерживать нападение Храмового Сердца здесь, почти на самой границе.
Хотя нападающие неумолимо давили вперед.
Кровавых было слишком много.
Впереди пылала целая поляна. Деревья неслышно выли от отчаяния, но никто не мог помочь им. Пепел Повелителя Трясин уже устилал землю где-то там, откуда сейчас надвигались враги.
Фостиарм несся мимо, видя лишь далекие тени – химер, спешащих к месту очередной схватки.
Услышав громкий треск одного из стволов, он остановился.
Что он мог? Повелитель Лжи попытался вспомнить хотя бы что-то из умений его покровителя.
Сырой туман…
Хоть немного…
Пока он еще не успел истратить силы, поэтому магия начала медленно обретать жизнь. Появилась какая-то легкая влажность в воздухе. Юноша тут же бросил ее сгусток в сторону пылающих деревьев.
Огонь был неизмеримо сильнее. Проклятая стихия питалась силой магического призыва.
Фостиарм зло оскалился. Развел ладони и усилием воли заставил воздух между ними свернуться во влажный клубок. Магия обрела видимую сущность. Юноша продолжил питать ее новой и новой силой, пока ему не стало трудно удерживать разбухший клубок перед собой. Это было все, что он умел и мог.
Он с немалым усилием заставил сгусток сырости двинуться в сторону сердцевины рощи.
Развернись!
Медленно остановившись там, где было приказано, магический сгусток лопнул тяжелой сыростью, лениво окатившей все стоявшие вокруг стволы. Проклятое пламя кровавых с шипением осело.
«Это еще только начало», - ухмыльнулся про себя Повелитель Лжи и пошел прочь от затухающего пожара.
Огонь еще пытался вернуть себе завоеванные стволы, но странная влага душила его.
«Проклятое племя», - думал Фостиарм. – «Не может сражаться лишь со своими врагами – с нами… Уничтожает еще и их… Хотя они не несут ему опасности. Их вина лишь в том, что они преданны нам…»
Химеры успели скрыться, и теперь он шел почти наугад, помня лишь направление. Он знал, что химеры спешили к своим братьям и сестрам. Где-то впереди была бойня.
Ему было все равно, где убивать. Он уже успел сразить несколько врагов, и теперь направлялся туда, где были еще кровавые. Позади осталась горстка отбивших людскую атаку и россыпи пепла под ногами.
Химеры всегда спешили на свежую кровь.
Он шел вперед.
Возможно, его искали Высокие… Он знал, насколько мог быть ценен, но предпочитал просто убивать. Как все. Хотя, конечно, при столкновении с ним любой кровавый впадал почти в то же замешательство, что и при встрече с химерой. Повелитель Лжи не спешил открывать свой истинный взгляд – светящийся в темноте взгляд не-дышащего. Он оставался жутковато похожим на кровавого.
Ночь стояла над кронами деревьев черным пологом. Окружающий лес казался необъятным замкнутым пространством, огромной пещерой, в которой меж колонн шла страшная игра. Всюду можно было встретить чужаков. Они были рассыпаны по пещере, но каждый своим путем стремился в ее сердце.
В сердце тьмы.
Умирающей…
Закрывающей глаза навсегда…
Фостиарм шел, не убыстряя шага. Впереди уже слышны были обрывающиеся вскрики. Химеры начали свою жатву.
Юноша вдруг подумал, что этих притворщиц, которые могли натянуть на себя маску врага, осталось совсем мало. Все они были Высокими. Только у них еще хватало тьмы. Остальные давно погибли в открытом бою, даже не пытаясь прикрыть истинного уродства.
И если племени суждено было выжить, неизвестно было, позволят ли Темные Боги родиться меж них новым лицедейкам.
Это было страшно.
Фостиарм приближался к месту схватки. Уже видел впереди какое-то движение.
Рука Повелителя Лжи плавно извлекла из ножен кинжал. Теперь, после смерти Черша, он был едва ли не единственным носителем оружия кровавых.
Пусть попадется хоть кто-нибудь…
Он подходил к трем сросшимся стволами дубам, когда из-за них вдруг вырвался кровавый.
- О, Боги! О, Боги…
Кровавый арк был молод, но его руки случайными взмахами рассыпали искры.
Высокородный…
Вместо того, чтобы настороженно подобраться, Фостиарм опустил руку с кинжалом и начал пошатываться. Когда враг заметил его, он неуверенно пошел навстречу.
- Кто ты?! – вскрикнул кровавый.
- А кто ты? – словно бы потерянно отозвался Фостиарм.
- Я… Я советник Тэрриха Игаарма!
Эти слова должны были внушить опасение. Фостиарм послушно изобразил его.
- Я всего лишь ученик священника из Йанфа…
- Слушай… ученик священника, - маг запинался от пережитого потрясения. – Кто они? Кто… эти?
- Эти?
- Да! Твари, делающие… показывающие… мое лицо!
Фостиарм испуганно замотал головой. Он вплетал свою игру в замешательство врага, и незаметно для него подходил все ближе и ближе.
- Я не видел… Никого тут не видел…
- Так откуда ты идешь? Ведь нечисть… там…
Фостиарм сделал решающий шаг.
- Оттуда и иду, - все еще растерянным голосом проговорил он. – Из самого Фоссхоргота!
Он ударил кинжалом точно в сердце кровавого. Тот успел лишь выдохнуть.
Тело повалилось к ногам Повелителя Лжи.
Освободив и вытерев лезвие, Фостиарм быстро направился в ту сторону, откуда выбежал кровавый. У корней сросшихся дубов с другой стороны он нашел холмик пепла.
«Он убил химеру… Жалкий молокосос смог совладать с химерой… Значит, скоро тьма иссякнет у всех…»
Фостиарм беззвучно проговорил молитву Черному Богу.
«Ты отмщена, хозяйка лжи…»
Закутавшись в плащ, снятый с какого-то высокородного трупа, Фостиарм побрел дальше. Убивать еще.
На его пути встречались затопленные ночью низины и древние холмы, кое-как освещаемые лунным светом. Он безразлично поднимался по склонам или шел по дну оврагов, не заботясь, что они отклоняют его от прямого пути.
Он думал лишь об умирающей Улотвайг. Ее лицо стояло в его зрачках, уже сделавшихся такими, как у всех не-дышащих. Не способных больше обмануть ни одного кровавого. Он думал о сроке, отмеренном Темными Богами для того, чтобы преданная им Властительница успела смириться с собственным бессилием и собственной обреченностью. Он не мог понять, почему Темные Боги оставили ее и не дали никакой надежды ее спасти. Ведь если бы она могла получить хоть какую-то силу, она, не жалея себя, возглавила бы сонм и вдохновила бы племя на уничтожение кровавых. Сейчас племя из последней тьмы сражалось за нее. Но каждый чувствовал свое бессилие спасти Властительницу. Не-дышащие защищали ее тихое умирание.
Всего лишь.
Фостиарм сжимал кулаки. Его собственные жертвенные раны на руках уже скоро должны были начать расширяться, прося новой тьмы. Но больше не от кого было ждать жертвенности. Он был один.
Повелитель Лжи уже давно не смотрел вперед, на свою дорогу. Когда он почувствовал приближение чего-то огромного, то поднял взгляд.
На вершине холма, по которому он взбирался, стояли развалины. Угрюмые камни вздымали к черному небу свои бесформенные головы. Храм был разрушен очень давно.
Фостиарм заворожено воззрился на них. Он медленно узнавал старый храм, но при этом вспоминал совсем другой… гораздо более древний… едва различимый над уровнем земли, поросший травами и деревьями… с узким лазом прохода…
Воспоминания заставили его болезненно вздрогнуть. Храм словно насильно возобновил его тяжелые мысли.
Перед ним был храм Бога Плодородия.
Кровавого бога – единственного, чье имя было известно не-дышащим.
Этот храм был разрушен Улотвайг несколько столетий назад.
Повелитель Лжи заставил свое сознание обрести четкость и вернуться к настоящему.
Храм был известен ему еще и тем, что в нем обитал один из могущественных отшельников. Повелитель Змей. Он знал, что этот отшельник согласился помочь Хлиду, но сказал, что выйдет из своего логова лишь единожды – в самый последний момент, когда Повелителю Плесени потребуется самая крайняя помощь. Отшельник не хотел пребывать во внешнем мире.
Фостиарм догадывался, что Хлид уже не сможет прийти за ним и просить его вновь.
Что ж… Древнего арка пора было призвать…
Лес медленно светлел вслед за упрямой поступью рассвета. Ни один не-дышащий не взглянул на небо с благодарностью за слабый утренний свет. Кровавые же приободрились и начали изничтожать темное племя с новой силой. Бельмо дня всегда было для них желанным.
День начинал с пожирания многих темных жизней…
Сонм рассыпался, медленно рассыпался прахом.
Химер не осталось ни одной, и кровавые воины могли беспрепятственно нападать на призывающих свои медленные силы не-дышащих. Не все успевали защитить себя тем, чем повелевали…
Часто темные уста шептали имя Лезвия Мрака. Его не было с ними. Почему? Почему?!
Не было и Черша… Воин гордо шагнул навстречу Черному Богу, но его жертва не принесла ничего.
Бессмысленность.
Они защищали оставленный тьмой Тоаглостурд, закрывали его своими жизнями, но им уже начинало казаться, что этот бой был бессмысленным. Кровавые пересиливали их. Питомцев белесых богов было больше. Больше намного. И путь к Яме Фоссхоргота все равно рано или поздно должен был стать открытым.
Оставалось лишь мечтать, чтобы Властительница ушла раньше, чем ее прекрасный облик предстанет перед осквернителями тьмы.
[320x480]
Комментарии (2):
Маенькай_Котёнок, Улотвайг... мой любимый персонаж... я искренне за нее переживала
Комментарии (2):
вверх^
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Без заголовка | Svart_Lo - Недостающие страницы |
Лента друзей Svart_Lo
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»