Я помню, как в детстве вёл свой дневник. Кривыми буквами в тетради из разлинованных страниц вычерчивались линии, ростки теорий, уроки ещё не постигнутой жизни. Я был там мальчиком-богом, я был там скромным Юпитером, и трон мой был такой новый, такой светлый, усыпанный лепестками гладиолусов, амброзией растущей во мне. Никакой тяжёлой метафоры, никакой пошлой аллегории, я писал всё что видел, всё что мне снилось во сне, всё что создавал из грёз, гуляя в одиночку во дворе, с качелями грязно-зелёного тона. Я помню, мой первый пост был о себе, зелёной ручкой, столько помарок, столько всего было зачёркнуто, столько вопросов, на которые давно уже найден ответ. И не требовалось никакой боли, и не нужно было никаких слёз, чтобы писать там свои мысли-повести о том, как начался новый день, новая ночь. Не нужно было ни предательства слова, ни тлеющий свет одиноких надежд, я просто писал какого быть бездонным, какого стучать в закрытую дверь, какого отличатся окрасом от фона, не зная кто ты, откуда пришёл, и зачем живёшь здесь. Идёт дождь, дует ветер, в комнате горит свеча, в комнате никого нету кроме меня, в зеркалах померкли блики, из окна слышатся тихие крики детей, ночь давит своей рукой, всё как всегда. И я давно не страдал, не дрожал от бессилия, и от того посты пусты и в дефиците от возвышенного смысла, от колких острот своей безграничной трагедии. Я помню, как в детстве я поднимал ладони к звёздам, одиноко мёрзнув на балконе. Не для того чтобы согреться, я думал они увидят, я думал они узнают, я тянулся к ним чтобы уйти, туда где они, туда где должен был быть я. Я помню как в детстве я стоял в чёрной от ночи комнате, я закрывал глаза. Я долго стоял, слушая голоса, признаки жизни моих соседей. Я знал, чем они прожили день. И я писал об этом в своём дневнике. Идёт дождь, дует ветер, осень отпевает себя. За окном шумит город, шепчет, будто самый одинокий на свете. Я помню как в детстве вёл свой дневник. Как много пришло перемен, как мно всего НЕ изменилось, оставшись эгидой "всё по прежнему"...
[511x409]