[380x500]
Разбитые зеркала, порванные страницы. Я перевязываю раны на руках, я крашу в красный белые бинты. Меня практически нет. В яме на двадцать сантиметров лежат сны, которые никогда не приснятся, лежат белые листы для поэм, которые никому не пригодятся, переживания фальшивой фрустрации. Лежит любовь, которая никогда не придёт, лежит белое перо, птицы которая уже не полетит. На чёрной подстилке из увядших корней лежат часы, которые давно перестали идти. Рисунки ребёнка, который никогда не появлялся на свет. Чёрно-белые фото тех, кого уже нет, тех, кого уже никто не вспомнит. Воспоминания событий, которых не было и нет на самом деле. На дне двадцатисантиметрового туннеля лежат вилки из серебра, которыми никогда не ели, погнутые об бетонные стены, об деревянные двери советской мебели. Старый дневник, который никогда не заполнится в своих страницах хроникой уходящего дня. Роза, увядшая от летнего солнца, не тронутая остриём ножа - уже никогда не будет пахнуть, упала на дно. На зеркальный треугольник, осколок отражающий того кто был придуман. Изношенные перстни, которые носил тот, кого нет. Обломки, обрывки жизни того, кто кого нет. Надежды и планы на завтрашний день того, кого нет. Изорванное на мозаику фото того, кого нет Смерть, которая никогда не придёт. Ничего нельзя доказать, даже свой собственный образ, будто ничего не существовало, ничего не существует. Взлёт в небеса, власть над морем, счастье бессмертное и живое - история дня, который никогда не наступит. На всё это медленно сыпется земля, того мира которого нет, мира, которого кто-то придумал…