[425x600]
Уже не терпится, уже настойчиво жду. Когда осень покусает листву, и сгинет зелёный цвет. Будто и не жил, будто лето придумал глупый поэт. Осень как моё вознаграждение. Как сок Елисейских полей. Такой терпкий, отдающий холодом. Иногда всё же хочется быть слабым. На миг стать беспомощным. Чтобы привлечь к себе внимание, сделать ход конём своим подсознанием. Хочется порой, чтобы мой мир хоть на миг стал кому-то важен. Что бы кто-то, хотя бы раз принял роль в его спасении. Вся моя реальность превращена в сомнение, ломкая словно шоколад в руках ребёнка. В мире перемен слишком много вещей, которые остаются неизменными. Запах потушенных свечей, стук серебряной вилки о белый фарфор, мерцание городских огней, словно светлячков из нефти и полистирола, Августовское одиночество, бегство от обыденных дней. В мире слишком много вещей, от которых нет спасения. Самоосуждение, сияние утренних лучей, незаслуженное презрение, смерть близких и друзей, молчание, желание быть, сиять как солнце, ярче его. Я теперь уже точно никогда не стану кричать о помощи. Утону, сгорю в тесной комнате, упаду, поскользнувшись, в бездонную пропасть. Вся природа и мир на гране очередного срыва. Когда улицы пожелтеют. А настроение беспросветно станет дождливым. Дождливо-грустным. Дождливо-романтичным. Иногда конечно же хочется чужого внимания, от кого-то живущего в реальности, кто стоит напротив, или рядом, у выхода из душного автобуса. Но его глаза уставлены в пропасть открытых дверей. Шаг и нас двоих уже нет. Растворились в расплавленном городе. А так хочется вспыхнуть ярче солнца. Упасть. И чтобы хоть раз поймали. Чтобы кто-то взял за плечо и прошептал: «Хочу гореть вместе с тобой». Но он пройдёт, лишь задев ногой мои догорающие звёзды, втоптанные в серый лёд асфальтовых рек и морей. Уже не терпится прихода осени. В сотый раз спрятаться «в норы до Апрельских дней»…