[336x448]
Едкий дым чужих сигарет, сковавший моё дыхание. И плачет запотевшее стекло полупрозрачными слезами. Ожидание. Тикают часы, совпадая с сердцебиением. Вот уже вечность прошла… а я и не заметил, упустил её взглядом, просидев у окна. Ожидание дня. Когда потухнут коварные тени, сотрутся серые воспоминания гнетущего «вчера», когда разобьется пыльный хрусталь повседневности о глянец шёпота пришедшего весной дождя. Когда в непрерывной, вечной моей повести, начнётся предпоследняя глава. И осветит нас своей милостью закатное солнце ещё одного прожитого дня. Ожидание. В плену творческих мучений. В объятиях рисунков, где моя дрожащая рука только что рисовала лица, кардиограммы счастья, остановившиеся где-то за пределами листа. Среди неподкупных изображений всех кого сумел спасти, и уходящих в небо силуэтов, тех кто не смотря на просьбы и мольбы всё же предпочёл уйти. Ожидание. Момента, когда чьи-то слова утешут мой непрекращающийся крик, исходящий из тех частиц, где поселилась душа. Момента, когда утро перестанет напоминать похороны ушедшего дня. Когда дорога из звёзд и городских фонарей уведёт меня так далеко, что я не смогу найти дорогу домой, где легли над землёй не тающие снега. Ожидание. В комнате, где давно уже погасла последняя свеча. Где время перестало иметь значение с того момента, когда в часах села батарейка. И циферблат расплавился под напором вечных чувств, превратившись в однообразный символ «бесконечность». Ожидание, пережившее безлетность любви, и монолитность машин несущихся под землёй. Ожидание ставшее жизненной целью, причиной «беспричинных слёз». Бессонницы избитой строчками стихов и песен. Ожидание как оправдание всех потерь, всех ошибок исправленных и нет, и невидимого никому сострадания. Ожидание…