В колонках играет - НАШЕ радио

Нет никакого порошка, никакой таблетки, нет никакого средства, избавляющего от тяжести неба. Горстку пепла сдует непокорный ветер. Да, да, друг мой, это твоя жизнь. Сгорела как осенний лист, как школьная тетрадь, сожженная чтобы стереть красную тушь со своих двенадцати страниц. Не отнять и не забрать. Жаль мою не сжечь. Не горят в огне бирюзовые камни. Только тушат смерть. Ты спросишь, почему я так часто горжусь тем, что никогда не смогу умереть? Пойми мой сожжённый идеал, это не гордость. И всё иначе. Я умираю каждый день. Как только вечер тушит свечи, я превращаюсь в тень. В мёртвый пепел. И потому каждый день живу как последний. Как последний, провожаю закат, рыдая в душе над лучами, которые подарило мне под конец это небо. И ночью, когда все видят сны, я закрываю глаза, но вместо сна приходит смерть из каких-то тёмных городов. Моё дыхание перестаёт будить мотыльков, что дремлют на остывшем стекле ночника. А сейчас и твоя душа мирно спит вместе с ними. Но как только лучи просочатся сквозь жалюзи моей спальни, я воскресну, я открою глаза, я вдохну этот воздух, я увижу этот свет, что ещё вчера провожал в заповедный мир горизонта. Горстку пепла сдует непокорный ветер. Поверь мне, трудно жить под тяжестью неба. Вот ещё одна жизнь сгорела. Ещё один уснул навсегда. И никто на этом свете не откроет его глаза. Да, да, друг мой, он теперь видит сны, и его не разбудят лучи, он не вдохнёт этот воздух, он не воскреснет как я. Ты мне не веришь? И это тоже пустяк. Ночь ровняет всех, не спрашивая о вере. Не буду спорить, и я так устал, живя вечно под тяжестью неба.

[700x525]