Как только в моем дневнике был размещен материал о последствиях самоубийства, мне сразу же начали задавать один и тот же вопрос: «А как же камикадзе, шахиды, самураи с их харакири»? Мне и самой стало интересно, поэтому задала вопрос надмирному Учителю и получила такой ответ:
«Самоубийство обычного человека – большой грех, и его последствия мы уже рассмотрели. Но существуют и другие формы самоубийств, совершаемых не из жалости к себе, не из-за страха перед нерешенными проблемами, а по велению долга, при защите и спасении других людей и в т.п. обстоятельствах. Как расценивать эти самоубийства?
Здесь не может быть однозначного ответа. Представим себе ситуацию, когда человек погибает (и сознательно идет на гибель, например, заслоняя собой амбразуру пулемета), чтобы спасти других, заслонить их своим телом. Разве это самоубийство (хотя по сути оно является таковым)? Это подвиг, порыв души, жертва. И такой человек после смерти не будет проходить очищение наравне с обычным самоубийцей.
Другое дело, если он, на волне национальных традиций, совершает харакири и тому подобные акты. Здесь нужно разбираться. Трусость, упадничество духа, желание убежать от трудностей влекут за собой тяжелые посмертные превращения. Если человек совершил этот акт только для того, чтобы не сдаться врагам, не быть побежденным, захваченным в плен, здесь будут разбираться ангелы и Господь. Главное – на весах будут лежать устремления человека. К свету или тьме они притянутся – будет зависеть от его настроя в последние минуты жизни. Не может быть однозначного ответа в этих ситуациях. Если человек совершил самоубийство на волне самовозвеличивания, желания показать свое «я», свою смелость, «доказать им...», то это грех. Если уход из жизни был обоснован реальной необходимостью, защитой ближнего – здесь будут варианты.
Особо следует поговорить о тех, кто, обвешанный взрывчаткой, идет в толпу мирных жителей – и подрывает себя и их. Это двойное преступление. Здесь нельзя объяснять национальными обычаями, ритуалами, высокими идеями. Это страшный грех, и расплата за него неминуема.
Смерть камикадзе также неоднозначна. Если человек погибает в честном поединке, хотя заранее знает его исход, но основная идея – защита родины и своих идеалов, греха не будет. Если летчик направляет свой самолет в военный объект – это война, это жертва во имя идеи. Если этот самолет будет направлен в другой объект, не несущий разрушения, туда, где есть мирные жители, - это преступление.
Итак, нельзя разделять все на черное и белое. Каждый поступок человека индивидуален, своеобразен и требует отдельного рассмотрения. Однозначно не допустимы «бытовые» самоубийства. То, что касается ритуалов, военных действий, жертвенности, рассматривается после смерти человека индивидуально, с учетом сопряженных обстоятельств, мыслей погибшего, его целей и устремленности.