С утра – свежо, но солнечно. Вкуснейший «шведский стол» оказался кстати – бессонная ночь нагнала аппетит. Радушный город Мышкин. Нам очень повезло с экскурсоводом: глаз у нее горел, как у хорошего журналиста. Двухчасовая экскурсия была нешаблонной и неутомительной. Только на колокольню я зря полезла - ступеньки крутые, перил почти нет и высоко очень. Надеялась поснимать сверху, а там либо солнце в объектив, либо панорама чем-то испорчена. На мемориале воинской славы плакала – письма солдата к семье (жена, пять детей) и письма родных к нему высечены в камне, даже почерк передан. Солдат погиб в Сталинграде. Жена ждала его, надеясь на чудо, но чуда не произошло.

Взяла интервью у экскурсовода, подивилась ценам в Мышкине (ниже наших) и добрым приветливым людям. Хороший город, надо съездить дней на пять. Почему-то долго не могла успокоиться. Хотелось погулять, но побежали на корабль, потом на разбор телепередач, потом на обед, потом на другой мастер-класс, всё бегом. Он затянулся, не успели выдохнуть – проверка нашей газеты. Написала список замечаний, и до ужина мы правили и переделывали. Пропустили Рыбинск, почти пропустили Тутаев. Ужин, и снова в компу. Вычитка интервью, верстка еще одной страницы, 22.00, сделано. Сдавать некому, где все? Звонила, бродила по коридорам, случайно наткнулась на Игоря – а все в баре, у людей ночная жизнь. Поплелись в бар с ноутом, ни на что особо не надеясь. И чудо: газету приняли, мы поучаствовали в креативной съемке с фонариками, потом выкладывали из фонариков слово «Телефлот», отсняли и это. Под конец делали точку из бокала с коктейлем, залили камеру, но не угробили.

Узнали много нового. О журналистике и о жизни.
Всех люблю.

О Мышкине напишу отдельно.
[525x700]