Безусловный лидер продаж в этом сезоне на японском поэтическом рынке - бессмертные творения русской классики. Теперь и в обратном переводе.

ПУШКИН
Помню мгновенье:
Передо мною ты, и
Чисто красива.

Я за решёткой.
Сыро в неволе, темно -
Ну не орёл ли?

Честный мой дядя
В шутку решил занемочь.
Нет уваженья!

ЛЕРМОНТОВ
Чести невольник
Пал, оклеветан молвой.
Плюмбум в грудине...

Парус белеет,
В море туман голубой.
Как одиноко!

Дядя мне скажет:
Даром пожары в Москве,
Или недаром?

НЕКРАСОВ
В зимнюю пору
Вышел я из лесу, но
Лошадь увидел.

Кто на пожаре
Лошадь мою остановит?
Женщина-дура.

ФЕТ
Божие птички
Знать не желают труда.
Мне б их заботы...

Сладко ей спится.
Но на заре не буди
В ямках ланиты.

ТЮТЧЕВ
Нет, не понятна
Эта Россия умом.
Где же аршин мой?



Священник, сгубивший лучшего друга, пищи кусок пожалея,
Теперь обречен ты навечно чертить иероглиф на камне могильном.

Тихо в лесу... только не спит барсук. Спать, – кричу, – спать!
Бесполезно...

Анато-шан, пришло время извлекать клубни.
Но нет необходимых знаний для этой работы.
К принятию пищи полуденной – сила осталась.

Человек с волосами, цвета солнца на восходе
Смерть принес отцу родителя своего
И не сознался. Говорит, что любил...

Жили у старой женщины
Две рыбы фугу.
Одна белая, другая серая – две веселых рыбы.

Сын серого козла жил у старой женщины.
В бамбуковую рощу ушел пастись.
Изменчиво всё в этом мире, вечны лишь рожки да ножки.

Вышел из тумана
Месяц с лицом самурая.
Обнажил меч из кармана кимоно.

Братья Эникэ и Беникэ
Лакомились суши.
Чем бы не тешилось дитя, лишь бы не пило сакэ.

Пожилая женщина
Сеет горох на склоне Фудзи.
Ох.

Кошка скончалась.
Мех уж не тот на хвосте.
Помалкивай или отведай.

Жадный человек подобен коровьему мясу,
Барабану далекой Турции, соленому плоду огурца.
Все рассказано.

Рисовую лепешку испёк самурай.
Кого угостить?
Самурай, самурай, выбирай, кого хочешь.

Потеряла лицо Тана-тян –
Плачет о мяче, укатившимся в пруд.
Возьми себя в руки, дочь самурая.

Сын быка движется неровной походкой.
Вздохни полной грудью – падения не избежать,
Кончаются татами.

Собрались простолюдины – кому водить?
С громкой речью шагает вперед
Шишел-мышел-сан.