Нашел фанфик про любимого героя, Лагуну лойра. Понимаю, что вряд-ли кто-нибудь станет читать его, но все-же пусть он будет здесь. Когда-нибудь перепишу его в самостоятельный фанфик, так я вложу в него и свой взгляд на происходящее. Этот вымышленный герой для меня что-то типа примера для подражания. Вот уж действительно, каким надо быть. ) Глубокий респект Вам, сэр Лагуна. )

[показать]
На картинке - от меньшего к большему )) - Кирос, Лагуна, Вард.

Подперев щеку ладонью, Лагуна Лоир глядел в окно, изнывая от вынужденного безделья. Как, впрочем, и вчера, и позавчера, и, фактически, каждый день, проведенный им в Винхилле – маленьком тихом городишке, выросшем в дикоземье на юге родной Гальбадии. А ведь, без малого, уже год минул с того приснопамятного дня, как сражались они с солдатами Эстара в рудниках Сентры. Год... как потерял он дорогих друзей и оказался полностью отрезанным от мира.
Тяжелые дождевые капли барабанили по стеклу, нисколько не способствуя улучшению и без того удрученного настроения Лагуны. Картины последних мгновений сражения ярко отпечатались в его памяти, и навряд ли когда-нибудь сотрутся благословенным забвением.
...Вот они на краю скалистого утеса... В сотнях футах внизу с ревом разбиваются о камни пенящиеся морские волны... Эстарцы идут в последнюю атаку, прекрасно сознавая, что враг изранен, слаб и, потому, расправиться с ним не составит ни малейшего труда... С тоской и горечью осознают этот факт и гальбадианцы... Эх, вот так, глупо заканчивается их земной путь, и остается лишь один исход... На глазах потрясенного Лагуны меч эстарца слитным движением рассекает горло добряка Варда, и бедолага, отступив на шаг, срывается и камнем падает вниз... Кирос, еле живой, обводит мутным, ничего не разумеющим взором атакующих; раны его слишком тяжелы и сознание, еле-еле теплящееся в теле, в любой момент может милосердно угаснуть... И Лагуна, забросив бесполезный автомат на плечо, хватает Сигала за плечи, толкает с обрыва, а в следующую секунду готовится прыгнуть и сам, в жадное, бездонное море... Пули настигают его в полете, пробивают броню, вонзаются в тело и стремительно приближающуюся водную гладь застилает кровавый туман...
Лагуна потряс головой, отгоняя горькие воспоминания, неотступно преследующие его день за днем...
Очнулся он уже здесь, в этой самой комнате. Тело, казалось, обратилось в сплошной сгусток боли, ватный туман наполнял голову. Но на фоне более чем премерзкого состояния светлым лучом выделялся прекрасный образ черноволосой девушки с огромными карими глазами, лучащимися нежностью и добротой.
Райн. Милая, заботливая Райн... Месяцы, проведенные рядом с нею, свершили невозможное: девушка потеснила Джулию в его сердце. Факт, в котором Лагуна боялся признаться даже самому себе. Ведь это она выходила его, целых полгода просидела у кровати совершенно незнакомого ей человека, обнаруженного однажды утром на песчаном берегу у Винхилла. А когда Лагуна поднялся наконец на ноги, позволила ему остаться у себя в доме, и даже отвела комнату на втором этаже.
Помимо них двоих, в доме поселилось еще одно очаровательное создание. Эллона – так звали эту милую девчушку. Элли...
Пока Лагуна вынужденно прохлаждался, прикованный к койке, в мире вспыхнула и отгремела кровопролитная война. «Война с Колдуньями» - так успели окрестить ее историки. Опалил огонь ее и провинциальный Винхилл; однажды, глубокой ночью, сюда нагрянули солдаты Эстара, вступили в бой с расквартированном в городе гарнизоном гальбадианских солдат. В ту ночь родители Эллоны погибли, и Райн – сердобольная одинокая девушка, проживающая по-соседству, взяла малышку к себе.
Так их стало трое. Поднявшись на ноги, Лагуна выпросил у командира гарнизона списанный автомат, добровольно приняв на себя роль «защитника города от монстров». Последние частенько заглядывали сюда, выползая из окрестных лесов, и ветеран, сведущий как в магии, так и в искусстве боя, пришелся как нельзя кстати. Лагуна любил совершать эти прогулки: закинув оружие на плечо, он браво расхаживал по окрестностям Винхилла, выискивая потенциальных нарушителей спокойствия. В чем-то он считал себя обязанным людям, которые спасли его и поставили на ноги, потому старался сделать жизни их настолько безопасными, насколько это возможно. Да и вообще – здесь он чувствовал себя своим, кому-то нужным. Новое, приятное ощущение.
Летели месяцы, сливались в годы...

На лестнице послышался топот маленьких ножек и в комнату влетела запыхавшаяся Эллона в своем неизменном голубеньком платьице. Лагуна оторвался от глубокомысленного созерцания дождя, улыбнулся. Пусть знал он эту живую, веселую девчонку всего год с небольшим, уже успел привязаться и полюбить.
- Дядя Лагуна! – возбужденно защебетала она. – К тебе пришли!
От изумления тот даже привстал с табурета. Вот так новость!
- Что? Ко мне? – озадачился он. – Как хоть выглядит-то гость?
- У него смешная одежда, - вполне содержательно объяснила малышка. – И сейчас он разговаривает с Райн.
- В баре, что ли? – уточнил Лагуна. Именно там работала их хозяйка.
- Угу! – закивала Элли. – Потому я и прибежала за тобой. Я хорошая, да?
Лагуна вздохнул. Ну как объяснить этой неугомонной малышке, что порою улицы Винхилла опасны и днем? Гальбадианцы особо не утруждали себя патрулированием города, раз уж роль эту добровольно взял на себя Лоир, и проводили время, напиваясь в таверне или отсыпаясь дома. Ведь приказы их касались лишь оказания сопротивления солдатам Эстара, ежели те вновь нагрянут. До Винхилла долетали слухи, что, пусть война и затухала, эстарцы до сих пор рыщут по миру, похищая маленьких девочек с ярко выраженными способностями к магии. Наверняка колдунья Адель, правительница восточного государства, ищет себе наместницу... Лоир всерьез беспокоился за безопасность маленькой Элли, ведь наверняка тогда, два года назад, эстарцы приходили именно за ней.
- Нет, не хорошая! - с напускной суровостью отвечал «дядя Лагуна», сдвинув брови к переносице. – Ты же знаешь, что гулять одной на улице опасно! Что если чудовище выскочит и утащит тебя в лес?
Малышка расстроилась.
- Но, ведь это соседний дом, - пролепетала она, глаза ее заблестели. – Со мной все хорошо будет.
- Все равно это опасно! – отрезал Лагуна, решив довести воспитательный процесс до конца. – Чудовища будут охотиться именно за тобой, потому что ты хорошенькая маленькая девочка. Поймают тебя и выпьют всю кровь! И если случится что-нибудь подобное, дядя Лагуна сильно расстроится и будет плакать...
Элли принялась всхлипывать, ясно представив себе подобную перспективу, но затем новая мысль пришла ей в голову и девочка улыбнулась сквозь слезы.
- Со мной все равно ничего не случится! – заявила она. – Если меня украдут, я позвоню тебе, дядя Лагуна, и ты придешь, чтобы спасти меня.
Смеясь, малышка понеслась вниз по лестнице, а несколько секунд спустя донесся звук хлопнувшей входной двери. Сняв с гвоздя на стене верный автомат и накинув джинсовую куртку, Лагуна поплелся следом. Да, воспитатель из него пока что никуда не годный...
Решив больше не расстраивать дядю, Элли терпеливо дожидалась его на крыльце, но, лишь Лагуна вышел наружу, тут же бросилась к двери бара, следующего дома по улице.
В этот утренний час бар пустовал. Лагуна вошел, огляделся. Любил он это место. Тепло, уютно. Лишь пяток круглых деревянных столиков да винные бочки, сложенные в углу. За барной стойкой, как всегда, Райн в своем неизменном белом мешковатом свитере и джинсах. Девушка не любила платья и юбки, предпочитая одежду практичную. Впрочем, она всегда умудрялась выглядеть мило.
Райн улыбнулась Лагуне, кивком головы указала в угол комнаты, где за одним из столиков замер стройный мужчина в обтягивающем фигуру красном костюме. У ног незнакомца вертелась Элли, настороженно его разглядывая.
- Кирос! – взревел Лагуна, бросаясь к товарищу. Они обнялись и замерли, не зная, с чего начинать разговор. Вроде бы и не виделись два года, и не знали – живы ли, нет...
Эллона демонстративно засопела, ожидая объяснений. Как же так – ее, да игнорируют?.. Лагуна потрепал ее по волосам.
- Это друг дяди Лагуны, - объяснил он. – Пусть он смешно вырядился, но на самом деле он хороший.
Малышка заулыбалась; Кирос нахмурился, придирчиво оглядел себя с головы до ног.
И они с Лагуной принялись наперебой рассказывать друг другу о случившемся за время, проведенное в разлуке, стремясь поведать как можно больше, страшась того, что столь чудесное воссоединение вдруг разом возьмет да прервется.
- Я искал тебя все это время, как ушел из армии, - говорил Кирос. – Вообще-то без тебя стало довольно скучно...
- Да ладно тебе, - весело отмахнулся Лагуна, обычная широкая улыбка озарила его лицо. – У меня здесь весьма... содержательная жизнь.
Сигал бросил быстрый взгляд на Райн, протирающую барную стойку и усиленно делающую вид, что разговор мужчин ее нисколько не заботит.
- Понимаю, что ты имеешь в виду.
- Как там Вард? – внезапно посерьезнел Лагуна.
Кирос грустно покачал головой.
- Тоже покинул армию. Получил тогда страшную рану на шее, и голос так и не вернулся к нему. Нашел работу уборщиком в гальбадианской тюрьме.
Лагуна медленно выдохнул. Больше всего боялся он услышать, что Вард Зарбак сложил голову в том страшном сражении с эстарцами. Пусть и не может представить он могучего друга с метлой и шваброй, осознание того, что жив тот и в безопасности, согревало душу.
И еще один вопрос крутился у Лоира на языке. Задавать его, или не нужно... Но как же мучительно хочется услышать ответ! И, опасливо косясь на Райн, Лагуна перегнулся через столик и шепотом поинтересовался:
- А Джулия? Что с ней?
- Не знаю... – столь же тихо отвечал Кирос, но Райн, как оказалась, обладала поистине непревзойденным слухом, и тут же встрепенулась:
- Джулия? Певица?
Лагуна мысленно застонал, и, к вящему его ужасу, Кирос оживленно обратился к девушке, закивал.
- Именно она! Наш Лагуна восхищался ей и частенько наведывался в ночной клуб.
- Заткнись! – неожиданно для самого себя распалился Лагуна, густо покраснев. Сейчас он испытывал неодолимое желание Кироса придушить. – Что, если так!
И Райн, и Кирос удивленно на него уставились. Лагуна сконфузился, пробормотал под нос что-то – вроде бы, извинения, - медленно опустился на место и угрюмо уставился в свой стакан с выпивкой. Райн же, обретя в незнакомце нового собеседника, была не прочь разузнать побольше о прошлом черноволосого красавца, ниспосланного ей судьбой.
- Джулия пела в ночном клубе, да?
- Нет, она не пела, - разъяснил Кирос. – Просто играла на пианино.
Райн кивнула: они явно говорили об одной и той же девушке
- Значит, затем она выпустила свою первую песню под названием «Твой взгляд на мне», - уточнила она; эту чарующую мелодию часто крутили по радио в последние месяцы. Песня и в самом деле брала за душу, слезы на глаза наворачивались. И, в свете сообщенного Киросом, Райн начинала догадываться, кому певица дарила магию слов, магию сердца.
Похоже, она не ошиблась: услышав произнесенное название, Лагуна даже в лице переменился.
- К... как? – выдохнул он.
- А ты разве не слышал? – невинно улыбнулась Райн.
- Ты мне никогда не давала ее послушать, - буркнул Лагуна, отворачиваясь. Целый вихрь эмоций свирепствовал в душе его в этот момент, и он прилагал огромные усилия, дабы не дать ему вырваться наружу. Сейчас лучше всего не дергаться, а потом все обдумать да примириться с прошлым, отринутым и безвозвратно ушедшим.
- Ну, я не думала, что песня в твоем вкусе, - нахмурилась Райн, наблюдая столь переменчивый настрой ее обычно неунывающего и жизнерадостного постояльца. – Она про любовь. И мне, кстати, очень нравится!
- Слышал, она недавно замуж вышла, - промямлил Кирос, виновато косясь на скисшего товарища. Странное состояние последнего заметила и Элли; нахмурившись, девочка подошла поближе, погладила Дядю Лагуну по колену, дескать, все будет хорошо. Тот рассеянно улыбнулся, потрепал малышку по головке.
- А, да! – воодушевленно закивала Райн. – За какого-то генерала. Вроде бы, Карауэя. Я в журнале читала, что ее настоящая любовь отправилась на войну и не вернулась. Генерал Карауэй оказался в нужном месте в нужное время, чтобы вывести ее из депрессии. Так они и познакомились, а солдата своего она не дождалась.
Терпение Лагуны лопнуло.
- Пусть так! – рявнул он, с грохотом отодвигая стул и вскакивая из-за стола. Эллона, встревоженно пискнув, отскочила в сторону. – И что с того?! Она счастлива, ну и ладно! Только это и имеет значение!
И он, резко развернувшись на каблуках, направился к двери, пинком распахнул ее и выскочил из бара, разом оказавшись под ледяными струями дождя, несколько остудившими его безумный пыл. Чего он взбесился?.. Прошлое – в прошлом, а сейчас все по-другому: у него есть дом, семья... Но все-таки, отчего такая боль на сердце?.. Ведь перегорело, казалось, и не раздуть угли вновь...
Кирос неслышно приблизился сзади, и два товарища двинулись по размытой дождем тропинке, въющейся через Винхилл. Ухоженные двухэтажные домики по обе стороны от дороги. Белые стены, увитые плющом. Аккуратные садики и клубы за низенькими деревянными заборчиками – цветы, вперемешку с сорняками. Прекрасный, тихий провинциальный городок... но – мертвый.
- Вот оно как, - произнес Лагуна, широким жестом обводя окружающее их застывшее время. – Все, способные держать автомат в руках, были посланы правительством на войну. Остались лишь старики, дети, кошки с собаками да чокобо. И монстры повадились навещать беззащитный городок, жители которого немало сделали для меня. Так что, по большому счету, я должен отплатить за их доброту.
Кирос кивнул, принимая позицию друга. А ведь тот изменился, сильно изменился. Стал более... взрослым, что ли? Ответственным?
Послышалось негромкое жужжание, и навстречу двум путникам устремилась гигантская оса размером с доброго хряка. Отточенным движением Лагуна сорвал автомат с плеча, передернул затвор и разрядил обойму в приближающуюся тварь. Пули буквально разорвали насекомое на части, и те с хлюпаньем рухнули на землю, чтобы несколько секунд спустя просто исчезнуть.
Кирос покачал головой, поразившись выражению мрачной сосредоточености на лице компаньона.
- Скажи, Лагуна... - несколько неуверенно начал он. – А ты каждый день вот так бродишь по городу?
Лоир молча кивнул, вновь вскидывая автомат на плечо.
- Ты же собирался стать журналистом и объездить весь мир? – не сдавался Кирос. – Слышал ведь о газете «Тиберские маньяки»? Я переговорил давеча с главредом и он намекнул, что издавние будет весьма заинтересовано в материалах касательно путешествий по миру.
- Здорово! – выпалил Лагуна, и, видя его загоревшиеся энтузиазмом глаза, Кирос на мгновение представил, что перед ним его старый друг, беззаботный и энергичный, готовый в одичночку выступить против целого мира. Но наваждение рассеялось, как дым, и лицо Лоира вновь обрело серьезное, сосредоточенное выражение.
- Ну да... – добавил он, внимательно оглядываясь по сторонам в поисках возможной угрозы. – Но давай тут еще немного задержимся?
Кирос несколько неверно истолковал порыв товарища.
- Тебе нужно время, чтобы подсобрать материала? – поинтересовался он. – Винхилл – и впрямь весьма милый городок. Небось твоя первая статья будет как раз о нем?
- Ни в коем случае, - отрезал Лагуна. – Ни за что на свете не буду делать Винхиллу рекламу. Не хватало еще, чтобы сюда туристов понаехало.
...В тот день они прикончили немало монстров, ошивавшихся на окраинах городка. Гигантских ос, порхавших на окрестных полях, где ветер играет колосьями спелой пшеницы. Слизких сороконожек, облюбовавших сырые подвалы старых, полуразвалившихся кирпичных зданий покинутых кварталов Винхилла.
Вновь, как в старые добрые времена, когда меткий глаз Лагуны и нечеловеческая быстрота и четкость движений Кироса были гарантами их победы, их выживания. Рука об руку спускались они в темные, грязные, пропитанные запахом тлена чуланы, откуда доносилось утробное рычание хоронящихся сороконожек. Нет нужды прибегать к силам Хранителей – лишь добрая сталь катал да злые пули, кромсающие плоть.
...Когда Лагуна и Кирос закончили плановую зачистку и направились обратно по направлению к бару, уже вечерело. Дождь прекратился, и среди рваных облаков показался алый глаз заходящего солнца. Оба героя промокли, измотались и были чертовски голодны.
Сквозь неплотно прикрытые оконные ставни сочился аромат, от которого рот наполнялся слюной, а желудок сводили сладкие судороги. Наверняка Райн хлопочет на кухне, а малышка Элли ей помогает. Как, впрочем, и всегда.
Лагуна вознамерился было широко распахнуть дверь да с ходу доложить «командиру Райн» о сегодняшних достижениях, когда до него долетел голосок Эллоны.
- Райн... А ты выйдешь замуж за Дядю Лагуну?
Лоир замер на пороге, придержал за плечо спешащего отужинать Кироса, приложил палец к губам. Тот непонимающе передернул плечами, но остановился, прислушался.
- Замуж?! – в голосе Райн слышалась насмешка. – Этого парня прибило к берегу и он ревел, как дитя малое... Волей-неволей, пришлось его выходить... А его манера говорить... Уж не знаю, насколько серьезны его разглагольствования о журналистике. Пытаешься с ним серьезно поговорить, он тут же меняет тему. И вообще, он храпит и разговаривает во сне!..
Лагуна, покраснев, топтался на крыльце; вообще-то ожидал он от Райн несколько иных слов, но... Женщина сильная и независимая, зачем он ей такой вообще нужен?.. Кирос же прилагал чудовищные волевые усилия, сдерживая готовый вырваться наружу смех. Нет, положительно, услышанное стоило малость отложенного ужина.
- Но ведь он хороший! – не сдавалась Элли. – И он очень-очень мне нравится! Райн, Дядя Лагуна и Элли должны быть вместе! Всегда-всегда!
- Но, знаешь... – задумчиво продолжала Райн, - я думаю, он действительно мечтает объездить весь мир. Жизнь в нашем маленьком тихом городке – это не для него... И это так меня злит!
Последовала пауза, в течение которой Элли старалась осмыслить услышанное. Ровно как и сам Лагуна; нахмурившись, он почесал затылок, бросил вопросительный взгляд на Кироса, но тот лишь пожал плечами: тебе, дескать, виднее.
- Значит, тебе он не нравится? – категорично сделала вывод Эллона.
Райн звонко рассмеялась.
- Да нет же, я люблю его так же, как и ты!
Лагуна резко отдернул руку от двери, будто обжегшись, отошел на пару шагов. Украденные слова впечатались в сознание. «Люблю его так же, как и ты»... «Люблю»...
- Иногда я боюсь... – прошептал Лагуна, обращаясь к первым звездам, уже показавшимся на небосклоне. – Боюсь однажды проснуться где-нибудь в другом месте... И никогда не увидеть Эллону... Райн... Что со мной происходит?.. Я чувствую... А что я чувствую?..
Наблюдая за метаниями друга, Кирос прекрасно понимал, как душу того разрывают противоречивые устремления, эмоции. Всепоглощающая тяга к путешествиям... и новообретенная любовь к покою и семье... Да, он изменился, и сильно, но места своего в жизни так и не обрел. Права Райн, не про него провинциальный Винхилл, тем более в свете все растущей напряженности в мире...
А в кустах стрекотали цикады, и зажигались уличные фонари, и огоньки звезд ярко сияли с чистого, безоблачного неба. И великое спокойствие обволакивало душу, и даже осознание того, что все это – лишь затишье перед грядущей бурей, отходило на второй план.