(... У меня нет сейчас слов, не знаю, что сейчас в скобках писать...)

6

Жуткий грохот привел меня в себя. Голова раскалывалась, все тело ныло, но двигаться я уже могла. Если б только не эта головная боль…

Я огляделась. Неподалеку сидел Исаак над свертком красно-белой ткани.

- Ее кровь была ядом. Ядом… Простите, фюрер, я ошибся, - все приговаривал он. Я посмотрела налево, и сердце замерло. Распластавшись на земле, в двух шагах от меня лежал Абель. Я не могла встать, просто подползла к нему.

- Абель… - шепотом позвала я его. Он посмотрел на меня, но его уставший взгляд потихоньку затуманивался. Я положила его голову на свои колени. – Любимый… - слезы уже капали из глаз.

- Ты… Ты только не плачь, - прошептал он и сделал попытку вытереть слезинки с моей щеки, но подняв на несколько сантиметров руку, он бессильно ее уронил. – Теперь миру не грозит опасность. Теперь ты можешь жить здесь, ничего не опасаясь.

- Я не смогу жить без тебя! – виски сдавила адская боль, а я все плакала.

- Ты должна. Ради нас… Ради меня… Моя звезда… - и его глаза застелила полупрозрачная светлая пелена.

- Нет, Абель! Нет!!! – заорала я. – Пожалуйста, нет…

Видимо, на крик ушли последние силы, накопленные мною за время последнего обморока, и я вновь отключилась.

Как будто в тумане я иногда видела лица: взволнованной Сес, чего-то изучающего Уильяма, переживающего Алессандро, всхлипывающую Астароше. Являлось мне и лицо Ваджера. Слезы блестели в его глазах. Также пару раз видела и Ванессу. Лицо Хьюго и его сестры Анаис мне особенно запомнились. Ведь было видно, что они тоже переживали. Все это казалось тяжелым сном.

Я через силу открыла глаза. Яркий солнечный свет сначала ослепил меня, но потом постепенно я привыкла к нему. Как ни странно я находилась в больничной палате. Я повернулась. Рядом со мной в кресле дремал Леон.

- Леон? – позвала я полушепотом. Он вздрогнул и открыл глаза. С полминуты смотрел на меня, а потом вскочил и крепко обнял.

- Эстер, ты жива! Мы все думали, что ты так и не придешь в себя!

- Что случилось? – с улыбкой отпихивая его от себя, я задала первый пришедший на ум вопрос.

- Ты чуть не умерла, - пожал плечами он. – Но мы вовремя додумались сделать тебе переливание.

- Кто был донором? – я вспомнила все кошмарные происшествия, в том числе и предупреждение Исаака насчет метоселанской крови.

- Ваджер. Он очень хотел быть полезным. Мы его и для Йона использовали. Ваджер был очень этому рад…

Неплохой ход, Вадж. Ведь во всем дворце только двое знают, что он метоселанин.

- Как Йон? – теперь я вспомнила графа в его собственной луже крови, и мне стало нехорошо.

- Намного лучше тебя, он же метоселанин. Чудеса регенерации. Насколько я понял из его рассказа, если б ты тогда не вынула из него нож, ему пришлось бы худо. Сейчас он уже даже выписан из больничного крыла.

- А Абель? – дрожащим голосом спросила я.

- Ну… - Леон помрачнел. – Он в очень тяжелом состоянии. Примерно, как и Катерина, но только вероятность того, что он придет в себя намного меньше, чем в ее случае. Можно только надеяться…

- Он жив, - сдерживая крик радости, шепнула я.

- Ну, это достаточно относительная жизнь.

- Я видела Алекса, кажется… Почему он здесь? Как же Рим? – я поспешила сменить тему. Потом сама навещу Абеля, и тогда все будет хорошо.

- Рима больше нет.

- Что? – округлила я глаза.

- Розенкройцы успели взорвать Рим, частично досталось даже Иштвану. Так что, нет больше Рима, Ватикана и папы Римского. Алессандро теперь безработный, - засмеялся он.

- Взорвали Рим? Ничего себе. А что вообще случилось в ту ночь?

- Как только тебя похитили, Императрица тут же приказала всем лететь в Империю, потому что у нее были чертежи подземелья, где, по ее словам, должны были находиться Розенкройцы. Мечника и Стрелка послали в другое место, а все остальные тут же полетели вместе с ней. Мы там быстро всех разгромили. Вернее, разгромили первую пятерку, остальные сдались. Потом нашли Йона и твой кинжал. Но ни тебя, ни верхушки ордена не было. Уильям предположил, где вы все можете быть, и через пару часов мы уже нашли вас с Абелем.

- Постой, а Исаак и Каин?

- Никаких следов Исаака не было найдено. А вот частички Каина валялись там везде.

- Гадость какая! - сморщилась я.

- Точно, - поддержал меня Леон, поморщив нос. – Профессор Вордсворд сейчас над этими частичками работает.

- Хмм… - я подумала о том, как они с Исааком были похожи. - Кто-нибудь пострадал?

- Капитан Спенсер, - скорбно вздохнул Одуванчик. – Она мертва.

- Только не Мэри! Нет! – жалобно заскулила я. Бедная, бедная… Умерла из-за меня.

- Эстер, ты только не расстраивайся! Нам ведь повезло, что мы потеряли только ее, могло быть во много раз больше жертв. Кстати, забыл сказать, Трес и Хьюго привезли с собой Франческо и ту Лору, которая работала у леди Катерины. Франческо опять посадили в тюрьму, но с более жесткими условиями. А Лора во всем раскаивалась и слезно просила ее простить. Она ведь не специально.

- Ну да, конечно…

- В любом случае, она теперь одна из служанок.

- Вот убьет она меня как-нибудь ночью, и будешь тогда знать! – засмеялась я.

- Ты уже шутишь, - он тепло улыбнулся. – Ладно, ты отдыхай, я позже зайду.

- Подожди. Я все давно хотела спросить, но как-то не успевала. Что у вас с Сес происходит?

- Ну… - он запнулся и густо покраснел. Несвойственная для него реакция, я вам скажу. – Знаешь, Эстер… Она мне очень нравится… Но она Императрица, мне не на что даже рассчитывать.

- Леон… - выговорила я. – Не думала, что ты так быстро во всем признаешься.

- Ты, наверное, меня призираешь, да? – он опусти голову. – Я ведь осуждал вас с Абелем, а теперь вот в твоем положении сам оказался.

- Ну, не совсем в моем… - протянула я. – Так, а теперь посмотри на меня и выслушай, что я думаю. А то мне трудно сосредоточиться, когда я не вижу глаз собеседника.

- Так ты не призираешь меня? – он воодушевленно поднял голову.

- Конечно, нет! Мы же ведь друзья! Должны помогать друг другу советами. Тогда ты тоже пытался мне посоветовать… Ну, так вот. Мне кажется, тебе стоит с ней поговорить. Может, рассчитывать и не на что, но она должна знать о твоих чувствах.

- Думаешь? – недоверчиво и как-то растерянно он глянул на меня.

- Знаю, Леон, просто знаю, - и я погладила его по руке. Да уж, раз в столетье выпадает шанс увидеть влюбленного Одуванчика. Он был таким милым в своей растерянности.

- Я буду ждать тебя, Леон, - он вышел. Я немного полежала, а потом поднялась. Тихо, стараясь не шуметь, я вышла из палаты и зашла в соседнюю. Угадала. Абель лежал именно здесь. Волосы разметались по подушке, веки не двигались… Но зато на щеках его был румянец, и я верила, что это должно хоть что-то значить. Я присела рядом с ним. При мне все еще были его очки, их я положила на тумбочку рядом. Чтобы, когда он очнется, они были здесь. Я сжала его руку.

- Мы в любом случае будем вместе, Абель, слышишь? Ведь я так люблю тебя...