[523x681]
Четыре правила кашрута

"Кошерность - чистота" - гласит реклама одной из крупнейших
американских компаний по изготовлению кашерных продуктов.

Слово "кошер" не встречается в Пятикнижии, оно возникло в древнееврейском языке в более позднюю эпоху. Пища, приготовленная согласно законам кашрута, действительно в высшей степени чиста и отвечает строжайшим санитарно-гигиеническим требованиям. Однако свинью можно вырастить в инкубаторе, кормить антибиотиками, ежедневно купать, а потом умертвить в антисептических условиях больничной операционной и стерилизовать труп ультрафиолетовыми лучами - и все-таки сделанные из такой свинины отбивные отнюдь не будут кошерными.

Слово "нечистый" употребляется в Книге Левит не в повседневном и обыденном, а в чисто ритуальном значении. Поэтому в Торе говорится, например, о верблюде или о зайце: "нечист он для вас" - то есть понятия чистоты и нечистоты относятся здесь только к народу Израиля. Принимая все это во внимание, фраза "кошерность - чистота" вполне допустима как утверждение некоего установленного факта.

Существует общий запрет на употребление в пищу падали, которая согласно принятому определению, есть мясо животных, умерших от старости или болезни, убитых хищными зверьми и птицами или погибших насильственной смертью какого-либо иного рода. Даже в наши дни некошерность такого мяса имеет несомненное диетическое значение. В менее цивилизованные эпохи, чем наша, и в менее цивилизованных обществах; чем современный западный мир, запрет на употребление в пищу падали действительно делал - и делает - пищу евреев более чистой с санитарно-гигиенической точки зрения. Этот закон породил слово, которое евреи распространили на всякую "непригодную" пищу, - слово "трефное" (что буквально означает "оторванное").

В Торе перечислены четыре основных правила приготовления пищи. Комментаторы Танаха нередко объясняли их с чисто рациональной точки зрения, считая, что они соответствуют требованиям гуманности и санитарии. Нарушение любого из четырех правил кошерного приготовления пищи делает пищу трефной и, следовательно, непригодной для употребления по еврейскому закону.

Первое правило - единственное в Танахе диетическое установление, распространяющееся не на одних лишь евреев, а на все человечество, - явно имеет в своей основе соображения гуманности. Оно запрещает есть плоть, отрезанную от живого существа, - "члены живого".

Второе правило заключается в том, что евреям запрещено пить кровь - на том основании, что "душа всякого тела есть кровь его". Кровь довольно часто используется у разных народов для приготовления деликатесов - особенно соусов. Еврейский закон не только запрещает это, но даже мясо предписывает есть только тогда, когда из него вытекла вся кровь. Весьма широко распространено мнение, что из-за этого еврей не имеет возможности съесть хороший бифштекс. После истечения крови в тканях мяса остается достаточно жидкости, чтобы оно превратилось в отличный бифштекс. Однако в Европе еврейские хозяйки действительно дожаривали бифштекс до того, что он становился серо-коричневым. И такой способ приготовления бифштексов перекочевал вместе с ними в Америку. Так называемый "еврейский бифштекс" - это бифштекс, дожаренный "до победного конца" (по стандартам американской кухни); однако это не значит, что евреи обязаны есть только такие бифштексы. Фермеры Запада часто приготовляют бифштексы "по-еврейски", прожаривая их насквозь. Это только дело вкуса.

Третье правило касается очень странного запрещения, повторенного в Торе трижды в одних и тех же словах: "Не вари козленка в молоке матери его!" Троекратное повторение этого правила внушило Маймониду мысль, что во времена Моисея обычай варить козленка в молоке его матери был весьма распространенным у идолопоклонников. Так это или не так, но коль скоро в Танахе соблюдению этого запрета явно придается столь важное значение, то уже с давних пор евреи полностью отделили друг от друга потребление мясных и молочных продуктов. Растительную или морскую пищу можно есть как вместе с мясными блюдами, так и вместе с молочными. В строго кошерных домах существует особая посуда для мясных и молочных продуктов. В израильской армии и на израильском флоте это разделение стало нормой.

Четвертое правило запрещает употреблять в пищу околопочечный жир, образующийся под диафрагмой, - "сальник, который на печени". Правила отделения этого жира от обычного, съедобного, очень сложны, и поэтому мясник, занимающийся приготовлением кошерного мяса, должен быть весьма знающим и искушенным в своем деле специалистом. Жир, запрещенный к употреблению в пищу, - это тот самый жир, который, согласно Книге Левит, можно сжигать на жертвеннике вместе со всесожжением. Включенный в Книгу Бытия рассказ о поединке Яакова с таинственным незнакомцем послужил причиной для еще одного пищевого запрета - запрета на седалищный нерв бедра. Во время вышеупомянутого поединка незнакомец "повредил сустав бедра у Яакова", и Яаков ушел с поединка хромая. Этот рассказ обладает всеми свойствами мистического видения. Поединок с таинственным незнакомцем происходит накануне встречи Яакова с его братом Исавом после двадцатилетней разлуки; поединок продолжается всю ночь до зари; незнакомец одобряет стойкость Яакова в поединке и дает ему имя Израиль. "Ибо ты боролся с ангелом и с людьми и превозмог", - говорит он. "Посему, - заканчивается рассказ, - сыны Израилевы и доныне не едят сухой жилы, которая в суставе бедра, потому что тронул тот в суставе бедра Яакова жилу сухую". На первый взгляд, не такой уж это стеснительный запрет, можно и не есть этого сухожилия! Однако в наши дни этот запрет стал для евреев причиной многих неудобств. Полное удаление седалищного нерва из задней части туши требует от мясника большого искусства, - это трудное и кропотливое дело. Проще и гораздо дешевле продать всю заднюю часть туши, предназначенной для кошерной пищи, мяснику-нееврею, приготовляющему некошерное мясо. И поэтому евреям, скрупулезно соблюдающим Закон, приходится отказываться от отличных кусков мяса. Это положение, впрочем, можно исправить, и оно наверняка будет исправлено, если на кошерное мясо возрастет спрос.