С 1874 г. в течение 25 лет работал библиотекарем Румянцевского музея. Там же после трёх часов дня (время закрытия музея) и по воскресеньям был дискуссионный клуб, который посещали многие выдающиеся современники.


"И что только он умел сделать из своих скромных служебных обязанностей! Как умел он расширить и углубить смысл и содержание вверенного ему дела, переродить его, сообщить ему высокое, всестороннее, общеобразовательное значение.

Заметнее всего, разумеется, было его беспримерное внешнее усердие к своему делу. Принципиальный поклонник сверхобязательного, добровольного труда, он начинал его полутора или двумя часами раньше, а кончал значительно позже установленного времени; ему же отдавал он и воскресные дни, открывая таким образом возможность посещать библиотеку лицам, занятым в дни остальные.

Иронизируя над современными заботами об установлении 8-часового труда, или, как он выражался «16-часовой праздности», он рвался к еще большему расширению своего труда: первым в дождь и мороз, являлся он в дырявой одежде к дверям Музея и, пока еще не было читателей, подыскивал затребованные книги, рылся в каталогах и библиографических пособиях, бегом, несмотря на свои 60-70 лет, мчался по залам и лестницам обширного книгохранилища, чтобы скорее достать желаемую книгу, минуя назначенных для этой механической работы служителей, которым из своего скудного жалованья он ежемесячно приплачивал по нескольку рублей для поощрения к установке на должное место книг, рискующих иначе затеряться среди огромной толпы томов. Небрежно выраженные требования читателей, их библиографическое неведение, скудость данных относительно какого либо возбужденного вопроса, все это восполнял он своим изумительныи книжным знанием и еще более феноменальною памятью.

То, чего не мог бы отыскать другой, даже опытный библиотекарь, всплывало наружу с поражающей быстротой благодаря энергии Николая Федоровича. Вместо одного затребованного труда он нёс занимающемуся две-три, часто целую груду книг, и, в добавление, указывал в каких сочинениях или сборниках можно ещё и ещё почерпнуть сведения о данной теме. Не было вовсе книги в публичной библиотеке, - он тотчас же указывал в каком другом книгохранилище можно найти ее, узнавал нет ли её у кого либо из знакомых людей и добывал её от них, вводя таким образом в библиотечное дело начало везде и во всём ему особенно дорогое: начало взаимопомощи."

В. Кожевников. Николай Федорович Федоров. Русский архив. 1904, № 2.