Глава 4. Ковокли рвакли?

Ой, мамочка моя великанша! Ой, папочка мой титан!, Ой, бабушка моя циклопша! Чтоб мне поперек треснуть и вдоль срастись! - запричитал Дубыня.

Из комнаты тети Нинели доносился жуткий грохот, как если бы кто-то через равные интервалы ударял кувалдой по полу. Похоже было, что мадам Дурнева вновь решила заняться аэробикой.

Сам дядя Герман о своем помешательстве ничего не помнил. Правда порой он становился странно задумчив и, поджав руки как лапки, начинал мелко подпрыгивать на одном месте. Обычно это происходило в минуты, когда на глаза ему попадалась морковь или капуста.

Звуки, которые издавал контрабас были всегда неожиданными, а последствия - непредсказуемыми. В первый раз на лоджии появилась стая ос. Во второй - жутко запахло тухлятиной и откуда-то сверху ей на голову свалилась чудовищных размеров берцовая кость. В третий раз Тане удалось вызвать из небытия банку с вареньем, отдававшим на вкус лягушачьей икрой. С этим еще можно было как-то смириться, если бы у банки периодически не открывались глаза.

Контрабас внезапно пискнул детским голосом: Выпьешь горький дихлофос - кирпичом получишь в нос. Ой, мамочки, меня засекли... Где мои невидимые кроссовки и летающая шапка с ушами?