Это цитата сообщения Людмила_Есипова Оригинальное сообщение

Алгоритм выживания грузинского государства.



Андрей Епифанцев, российский политолог, историк и публицист, специализируется на темах внутренней политической жизни России, а также истории и политики Кавказа. Автор двух книг. Закончил МГИМО и Калифорнийский университет в Сан-Франциско. С 1998 по 2003 год жил в США.
Материал публикуется в специальной авторской редакции для сайта runivers.ru (В сокращении)

В последние несколько лет и особенно после августовских событий нередко слышны голоса, упрекающие Россию в том, что из-за своей неумной и близорукой политики она потеряла свою самую надежную союзницу на Кавказе – Грузию. Такие голоса слышны как из России, так и, конечно же, из Грузии. Говорят, что Грузия исторически всегда стояла на страже российских интересов, с Екатерининских времен являлась оплотом России на Кавказе, что грузины всегда были верными союзниками русских, да и, возможно, вообще нашими самыми близкими друзьями.
Но так ли это? Была ли Грузия союзником России? Давайте разберемся.

[600x391]

Для начала необходимо сказать, что у каждого, кто вдумчиво читает историю Грузии, очень скоро начинает появляться стойкое ощущение дежа-вю - чувство, что вот это, вот тут и именно вот с таким же результатом уже было. Сходство событий и действий в разные исторические периоды просто поразительно - временами кажется, что можно переставить персонажи или высказывания местами и ничего не изменится! Постепенно приходишь к пониманию того, что, начиная со Средневековья, в разные исторические эпохи и при различных стечениях обстоятельств, Грузия всегда и везде действовала одинаковым образом, или, говоря по-другому, всегда и везде демонстрировала одинаковую модель поведения.


Теперь к деталям. Начало этой модели поведения было положено в середине 16 века. Тогда территория, что мы сейчас называем Грузией, была поделена между двумя странами-лидерами того времени – Турцией и Ираном. Грузинские княжества Имеретия, Мегрелия, Абхазия отошли Турции, а Картли и Кахетия – Ирану.
Грузинские историки, обычно перечисляют немалые невзгоды, которые выпали на долю грузинского народа – нашествия персов, турок, лезгин, кызылбашей; грузин убивали, угоняли в рабство и обкладывали данью. Были и 6000 монахов монастыря Давида Гареджи, как один отказавшихся принять мусульманство и убитых за это во время праздника Пасхи. Был и грузинский священник Квелтели Тевдоре, за 5 лет до Ивана Сусанина совершивший подобный подвиг – под турецкими пытками согласившийся показать им путь к царю Луарсабу и уведший их в другую сторону, за что и был убит турками. Были и грузинские мученики Бидзина, Шалва и Элисбар, выданные персам на пытки царем Вахтангом IV. Были и походы шаха Аббаса в начале XVII века, в результате которых были убиты 100 тысяч человек и 200 тысяч угнаны в плен.

Однако существует и другая сторона этой правды, гораздо менее освещаемая.

Дело в том, что несмотря на весь трагизм жизни грузин, их положение в турецком и особенно в персидском государствах, было далеко не всегда и не во всем похоже на положение несчастных, обираемых и угнетаемых колоний. Более того, по крайней мере в Иранском государстве картвельские княжества и по сути, и по форме не были колониями, а являлись частью персидского государства – его провинциями, такими же как коренные ираноязычные регионы. Ими правили по тем же законам, что и в основной Персии, а назначаемые шахом чиновники практически всегда были картвельского происхождения – омусульманенные грузинские князья и дворяне. Считалось, что князья находятся у шаха на службе, они получали жалование, им дарились дорогие подарки и имения, как в Персии, так и в Грузии. На средства шахов в Картли и Кахетии содержалось войско, которое обязано было охранять границы Грузии от набегов горских племен, если войска не хватало шах присылал помощь. Налоги, собираемые с грузинских княжеств были такими же, а иногда и меньшими по сравнению с налогами на других территориях как Иранского, так и Турецкого государств.

Выставляемые в качестве угнетателей и гонителей христианской веры, иранцы не уничтожают христианскую церковь полностью, они ставят её в определенные рамки и заставляют согласовывать утверждение грузинских католикосов в Иране.

Были распространены династические браки – немало грузинских княжон стали женами шахов, а в крови знатнейших грузинских родов еще и до рассматриваемого нами периода текло немало персидской крови. При шахском дворе находятся целые группы высокопоставленных чиновников-грузин. Например, при дворе уже упомянутого нами шаха Аббаса I, который, кстати, сам неплохо говорил по-грузински, служило немало грузин, а военную реформу в стране осуществлял Алаверди-хан – омусульманившийся грузин по фамилии Ундиладзе. В истории Персии было целое столетие, в течении которого начальниками столицы государства – в то время Исфагана – мэрами по-нашему, были исключительно грузины. Грузинская литература начинает следовать не изначальным византийским, а персидским канонам, например, персидское происхождение источника знаменитого «Витязя в тигровой шкуре» (хоть это и несколько ранее рассматриваемого нами периода) сам Шота Руставели даже не скрывает:

«Это повесть из Ирана, занесенная давно,
По рукам людей катилась, как жемчужное зерно.
Спеть ее грузинским складом было мне лишь суждено»

А как же все эти походы, истребления и казни, упомянутые выше – спросите вы – неужели их не было? Были – скажу я вам. Были. Дело в том, что в то время нравы общества были совсем непохожи на наши. Проблемы, которые мы сейчас решаем в суде тогда приводили к войнам и кровавым расправам. Причем властители сплошь и рядом поступали жестоко не только по отношению к иноверцам или к подчиненным народам, но и к своим же собственным соплеменникам. И восточные деспотии Турция и Иран, даже не были здесь явными лидерами. Просвещенная Европа могла в этом отношении еще дать Востоку фору. Так, Генрих VIII Английский – тот самый «герцог Синяя Борода» из сказки Шарля Перро - казнил 72 тыс. человек, его дочь Елизавета Английская – «Бабушка английской нации» - казнила 90 тыс. человек, герцог Альба во время войны в Голландии истребил 30 тыс человек а во Франции во время Варфоломеевской ночи погибло тоже 30 тысяч. И все это не помешало им войти в историю в роли известных, выдающихся личностей, равно как не помешало шаху Аббасу запомниться современникам просвещенным человеком своего времени, тонким дипломатом и сторонником нововведений в науке и технике.


Турция изначально и не ставила целью уничтожение грузинских княжеств, удовлетворившись признанием ими вассальной зависимости и ежегодной данью. По сути, дань и была основной целью прихода Турции на Кавказ – постоянно расширяя границы и ведя многочисленные войны, турецкие султаны остро нуждались в рабах, становившихся потом солдатами – янычарами. Собственно, рабы и составляли основной «продукт» торговли с Турцией как западных грузинских княжеств, так и союзных ей адыгов и абхазов. И все военные походы турок на грузинских царей были так или иначе связаны с отказом платить дань или с требованием её уменьшения, об этом, кстати, пишет и Эвлия Челеби. Нахождение между двух центров силы даже давало грузинским царям определенные преимущества – зачастую, хотя и не всегда успешно, в борьбе за свои интересы они сталкивают лбами персов и турок, получают для себя лично и для своих земель привилегии, которых не было в других колониях и провинциях.


Турция и Иран со временем ослабли. Такие государства не могли служить надежной защитой грузинским княжествам – сбалансированный механизм ломался в самом центре. Грузины были готовы жить под гнетом чужеземцев. Пусть у него будут плохие привычки, но он должен быть настолько сильными, чтобы обеспечить глобальную безопасность Грузии. Это очень важный фактор, обеспечивающий понимание модели поведения Грузии за последние 500 лет.

[650x431]

Проблема была в том, что никто большой и сильный не изъявлял желания прийти в регион, отбить грузин у персов и турок, дать им покровительство и сладкие должности у себя при дворе. И Грузия начинает звать. Звать долго и призывно. Звать Хозяина. В то время таким хозяином по многим причинам могла стать только Россия. Грузия посылает посольство за посольством. От одного княжества, от другого, она взывает к состраданию, напоминает о православном единстве, просит помощи.

Ситуация изменилась в конце 18 века, когда Россия уже вышла в число влиятельных Европейских государств и достаточно уверенно стояла в Предкавказье. Зачем России была нужна Грузия? Сама Екатерина II долгое время на могла ответить на этот вопрос, она колебалась и даже при том, что Россия в тот период активно расширяла границы, Екатерина не видела особой пользы в присоединении к своей империи закавказского христианского анклава, из-за которого постоянно воюющая страна неминуемо ввязалась бы в новые войны с кавказскими горцами и Персией. В конце концов её всё же уговорили. Человека, который уговорил Россию звали Ираклий II, он был царем объединенного царства Картли и Кахети, принадлежащего Ирану.
В соответствии с трактатом, Россия должна была постоянно держать в Грузии 2 батальона пехоты и 4 пушки. И вот, 3 ноября 1783 года 2 батальона Кавказских егерей - Горский, подполковника Мерлина, и Белорусский, подполковника Квашнина-Самарина, а также четыре орудия под общей командой полковника Бурнашева вступили в Тифлис. Грузины ликуют!


Сказать, что подписание договора с Россией разгневало персов – значит не сказать ничего. Иран просто не понял этот шаг, он был удивлен и оскорблен в своих самых лучших чувствах. Для понимания этого важно знать кем был сам царь Ираклий II, которого в народе за маленький рост звали Патара Кахи – Маленький Кахетинец. Дело в том, что за всю историю Грузии, на её престоле, наверное, не находилось царя, у которого были бы настолько теплые и дружественные отношения с Ираном. Иранцы считали Патара Кахи своим – таким же как они сами - он вырос и получил воспитание при персидском дворе, фактически, он был одним из высших чиновников персидского государства. Иран ничем не угрожал Ираклию, более того, за все годы его правления у Восточной Грузии с Ираном были идеальные отношения! Эта ветвь Багратионов вообще была полуперсами. Иранцы не понимали чем. Они пытаются связаться с Ираклием, понять что произошло, уговорить одуматься, но в ответ ничего кроме оскорблений не получают.

Как вы думаете, чем первым делом начинает заниматься освободившееся от гнета и настрадавшееся от территориальных захватов соседей государство?
Территориальными захватами! Патара Кахи устраивает походы на Гянджинское и Ереванское ханства, отколовшиеся от Ирана, начинает откусывать от территории ослабевшего вчерашнего хозяина другие лакомые кусочки. Он повсюду таскает с собой российские батальоны, пытается втянуть их в сражения. Такой подход к использованию войск не устраивал российское командование. По Георгиевскому трактату Россия обязывалась способствовать возвращению утерянных грузинских земель, но ни Гянджа, ни Ереван, естественно, грузинскими землями никогда не были и лишь за пару десятков лет до этого, по согласию шаха, испытывавшего к грузинам особое расположение, были, что называется, «отданы Грузии в прокорм» - платили ей дань. После раскола Ирана оба ханства заявили, что они согласны либо быть в составе Персии, либо стать независимыми. Но не так считал Ираклий II, уже успевший записать ханства в «исконные» грузинские территории. В течении нескольких лет Ираклий с десяток раз устраивал походы на постоянно откалывавшиеся ханства и, надо сказать, возвращал их под свою руку.

В этот момент Ираклий II делает другой решительный шаг – он заключает в 1786 году договор о ненападении с Турцией. Значение этого шага огромно и крайне трагично для Грузии. Дело в том, что по сути он перечеркивал саму основу Георгиевского трактата. Напомним, что согласно трактату, в обмен на защиту со стороны России, Ираклий II отказывался от ведения самостоятельной внешней политики и все свои шаги в этом направлении должен был согласовывать с Петербургом. По факту, Патара Кахи никогда особо не придерживался этого пункта – он довольно активно сносился с правившими тогда в Египте мамлюками из грузинского рода Бегеби, вел переписку, принимал представителей других государств, но все это были мелкие шалости, с которыми Петербург мирился. Договор же с Турцией в корне менял ситуацию.

Давайте задумаемся. Одной самых важных причин, по которым Россия пришла на Кавказ и, в частности, в Грузию, было противостояние против Турции. Ираклия же мало волновали интересы других стран, равно как подписанные им самим обязательства. Маленькому Кахетинцу казалось, что вот теперь-то он перехитрил всех и ухватил Бога за бороду: Иран расколот и не пойдет против России, с Россией подписан Георгиевский договор и она связана борьбой против Турции, с Турцией тоже есть договор о ненападении и, кроме этого, турки обязались не подстрекать лезгин и дагестанцев к нападениям на Грузию. Прекрасная ситуация!

На деле же оказалось, что постаревший царь обхитрил самого себя. Петербург выводит из Грузии войска, затем дипломатическое представительство и прекращает практически все отношения с Ираклием II. Говоря современным дипломатическим языком, он стал «нерукопожатен». Первое время Ираклий настороженно выжидает, пытаясь понять неожиданно сложившуюся ситуацию, переждать войну и дождаться пока отношение России сменится с гнева на милость. Проходит время, заканчивается война, но улучшение не приходит. Осознав ситуацию, Ираклий пытается помириться с Петербургом, он забрасывает Екатерину Великую письмами, жалуется, напоминает о Георгиевском трактате, о единоверии, зовет на помощь... Но теперь уже Россия глуха к мольбам вероломного царя – помощь не приходит.


В 1795 году, воспользовавшись напряженностью в российско-турецких и польских делах, отказом Ираклия II приехать на свою коронацию, а также необъяснимой хамской выходкой Ираклия – карательной экспедицией против только что полу-добровольно присоединившейся к Ирану Гяндже, новый правитель Ирана Ага-Мухамед-хан с войском находится всего в нескольких десятках километров – за Рокским тон… простите, у карабахской Шуши, выдвигается в Грузию. За несколько дней иранцы убивают или уводят в рабство около 20 000 грузин. Древний Тифлис почти разрушен и сожжен персами, «но больший вред тогда учинили городу ган[д]жинцы и ериванцы, которые всегда питали злобу на грузинов и сожгли многие в Тифлисе здания в отмщение того, что грузины по взятии городов Ган[д]жи и Еривана сожигали их домы». [3] Одна из величайших трагедий во многовековой истории Грузии свершилась. По грустной иронии судьбы, на месте этой самой битвы – на окраине Тбилиси - сейчас располагается резиденция Президента Грузии.

Ираклий II удаляется от государственных дел и власть сначала де-факто, а потом и де-юре переходит к его сыну Георгию. В конце концов, новый правитель Восточной Грузии, Георгий ХII, боясь, что интриги царевичей разорвут Грузию на части, просит «Белого Царя» уже не о покровительстве, а о принятии Картли и Кахети в состав Российской Империи. Постепенно, в течении нескольких лет и остальные грузинские княжества присоединяются к России.


Подведём итоги:

1. Вне зависимости от природы образования этой власти, правители - верхушка Грузии практически целиком становятся на сторону иностранного «хозяина», максимально под него мимикрируют, стараясь показать, что они очень на него похожи и живут его интересами. Примерно тот же процесс, с учетом меньших возможностей, демонстрирует и весь грузинский народ – он начинает во многом «становиться похожим» на народ-покровитель и демонстрирует с ним много общего.

2. Весь период нахождения под властью покровителя эта политика используется Грузией для получения для себя выгод и привилегий – финансовых, территориальных и иных.

3. Со временем «хозяин» слабеет и это начинает угрожать интересам Грузии, т.к. несет в себе упущенную выгоду, увеличивает опасность нападения на нее, как на часть ослабевшей империи, с другой же стороны, дает хорошие шансы поживиться за счет его собственных или ему подконтрольных территорий и ресурсов. Но у самой Грузии сил для этого нет, а значит...

4. Грузия жалуется на старого хозяина, рассказывает о нем ужасные вещи, сокрушается о том как тяжело ей под ним жилось и одновременно до небес восхваляет нового кандидата, восхищается им, выливает на него потоки феерической, абсолютно искренне выглядящей, лести, говорит о том, как они похожи, как много у них общего и на ходу пытается под него мимикрировать.

5. И вот союз с новым хозяином заключен. Власть и народ ликует. После получения гарантий, Грузия моментально начинает захват территорий, в том числе территорий, принадлежащих старому «хозяину». Она демонстрирует к нему презрительное и оскорбительное отношение. Знать всеми силами зазывает на территорию страны войска нового «хозяина», пытаясь использовать их в реализации собственных территориальных устремлений.

Все. Цикл завершен. Дальше можно переходить к пункту 1 и повторять процесс много раз практически без изменений. Теперь держите эту модель в голове и давайте посмотрим как она будет реализовываться в последующих исторических периодах.

[528x413]
Грузия в Российской Империи.

К 1810 году, так или иначе, вся «грузинская» Грузия оказывается во власти Российской короны. Где-то это проходит добровольно, где-то под влиянием обстоятельств. Что интересно, и здесь грузинская модель поведения не дает сбоев - через 10 лет после Ираклия II, его ошибку повторяет царь Имеретии Соломон – он подписывает договор о протекторате с Россией, но продолжает активные переговоры о таком же протекторате с Турцией - в результате теряет власть, бежит в Турцию, а Имеретинское царство упраздняется и становится основой Кутаисской губернии.

Российское государство понемногу собирает старые грузинские земли, утерянные картвелами за несколько столетий до того – Ахалцихе, Ахалкалаки, Саингило, Аджарию и др. и вводит их в состав грузинских губерний. В боях за эти земли гибнет около 20 000 русских солдат.
Во чреве России начинает вызревать то, чего раньше в истории никогда не существовало - единая грузинская нация. Много веков, по крайней мере с XIV века, историки, этнографы и путешественники не говорили о грузинах, как о единой нации.
Грузины уравниваются в правах с остальными российскими подданными. От этого российская аристократия сразу взрывается – на территории с населением в триста тысяч человек князей и дворян оказывается немногим меньше чем во всей пятидесятимиллионной России. Грузинская знать роднится с известнейшими русскими родами, и если раньше царь картвелов Вахтанг Горгасали - Волкоголовый – мог сказать, что он наполовину перс, то теперь наследник Российского престола –Георгий Романов может сказать, что он на четверть грузин (его бабушка – Великая княгиня Леонида Георгиевна происходит из рода Багратион-Мухранских).

В XIX веке степень взаимопроникновения грузин в жизнь России становится настолько велика, что они начинают русифицировать имена и фамилии. Абсолютно тот же процесс наблюдался в течении нескольких веков, только раньше они изменяли имена и фамилии на турецкий и персидский лад, например - Сефер-бей Шервашидзе - владетельный князь Абхазии или Ростом – начальник гвардии шаха Аббаса, потом управляющий Исфагана, а потом и царь Картли и строитель Тбилиси. Процесс русификаии приобретает немалый размах.

В ХIX веке в российском обществе понемногу начинает складываться отношение к грузинам, которое будет потом характерно до самого конца века ХХ. Каждый образованный человек знал и мог цитировать «Витязя в тигровой шкуре», русские поэты - Пушкин, Лермонтов и другие посещали Грузию, строки «Не пой, красавица, при мне ты песен Грузии печальной», «И божья благодать сошла На Грузию! Она цвела» стали чуть ли не символом российской поэзии. Грузин холили, берегли и лелеяли. Чего стоит, например, запрет Николая II на разведение в Грузии чая из тех соображений, что чай - чрезвычайно трудоемкая «плантаторская» культура и он не хочет, чтобы грузины изнуряли себя на чайных плантациях, поэтому чай Государь-Император предпочитал покупать в Китае. Россия традиционно тратила на развитие Тифлисской и Кутаисской губерний гораздо больше средств, чем собирала с них доходов, тем самым напрямую дотируя Грузию, против этого неоднократно выступал легендарный российский министр финансов, а потом и премьер - граф С.Ю. Витте, который высказывался против идеи Государя по снижению и без того символических налогов грузинских губерний.

Такая ситуация продолжалась не много ни мало – до начала ХХ века, когда, повторяя судьбу Ирана и Турции, уже новый покровитель Грузии – Российская Империя, тоже начинает слабеть. В 1905 году Россия позорно проигрывает войну с Японией, страну начинают раздирать политические волнения, 300-летняя монархия сдает позиции, несколько раз созывает и распускает Думу, страну лихорадит. Хозяин ослабел. Он уже не мог исполнять для грузинского народа ту функцию, которую позднее американцы назовут «safe harbor» - счастливое пристанище.


Грузия в период Меньшевистской республики .

Намерения «освободиться от покровительства» и стать независимым государством в грузинской политической парадигме (за одним слабым исключением полу-романтического 1832 года) не существует. По крайней мере, последние 450 лет истории не дают нам ни такого примера, ни даже желания таковой пример создать. Подобно старым грузинским князьям, Грузия начинает искать нового покровителя. С Германией наметилось удивительное совпадение интересов. Дело в том, что увязшая войне, не имевшая колоний, а значит и существенных сырьевых ресурсов, Германия остро нуждалась в полезных ископаемых для своей военной промышленности. И Грузия опять начинает звать!

[400x400]

Еще находясь в составе Закавказской Республики, Грузия начинает закулисные переговоры с Германией по поводу создания на Кавказе отдельного, подконтрольного немцам государства. Грузинским вопросом со стороны Германии занимается представитель одного из самых древних немецких родов – потомок рыцарей-крестоносцев граф Фридрих фон Шуленбург - тот самый, что потом будет послом фашистской Германии в СССР, 22 июня 1941 года объявит Вячеславу Молотову о начале войны, а еще через 3 года будет повешен, как участник заговора против Гитлера. Пользуясь тем, что фон Шуленбург с 1911 по 1914 год возглавлял немецкое консульство в Тифлисе и находился в курсе грузинской ситуации, в начале 1918 года Кайзер посылает его в Грузию в составе немецкой делегации в качестве «серого кардинала», отвечающего за успех предприятия.

И вот, 13 мая 1918 года Грузия объявляет о выходе из Закавказской Республики, 2 дня спустя – 15 мая – в Поти высаживаются первые подразделения кайзеровских войск, 26 мая Грузия объявляет о своей независимости, а 28 мая Берлин эту независимость признаёт. К этому времени на земле Царицы Тамары находится уже больше 7 тысяч немецких солдат, а германские гарнизоны располагаются по всей территории страны.

В соответствии с договором, составленным фон Шуленбургом, Грузия превращается в сырьевой придаток Кайзеровской Германии. Немцы получают марганцевые, медные рудники, порт Поти, железную дорогу, вывозят из «независимой» страны полезные ископаемые, продукты питания, шерсть и т.д. Дело идет так удачно, что Берлин награждает министра иностранных дел Грузии Акакия Чхенкели высшим военным орденом Германии - Железным крестом. Представление на награждение таким же орденом посылается и на главу грузинского правительства - Ноя Жордания.

Вообще, стоит сказать, что по старому грузинскому обычаю, разворот Грузии от одного покровителя к другому подготовили и возглавили люди, предыдущей властью обласканные и выдвинутые на передовые иерархические позиции. Это была та традиционная грузинская знать, которая, как и в случае с персами, если и не правила Россией, то уж, во всяком случае, оказывала значительное влияние на принятие важных государственных решений. Пришедшие к власти в Грузии в 1918 году Жордания, Чхенкели, Церетели, Чхеидзе и др. были очень известными и влиятельными людьми в политике России начала ХХ века. Ной Жордания был одним из лидеров политической мысли России того времени, главой фракции социал-демократов в I Государственной Думе; Ираклий Церетели возглавлял фракцию меньшевиков II Государственной думы, был Министром почт и телеграфа Временного Правительства; Николай Чхеидзе являлся одним из виднейших депутатов Думы III и IV созывов, фактически спикером меньшевистской фракции, при Керенском он стал Председателем Петербургского Совета, а затем и ЦИК; награжденный Железным крестом Акакий Чхенкели тоже был одним из руководителей сначала социал-демократов, а потом и меньшевиков, членом Государственной Думы, представителем Временного Правительства в Закавказье.

Лев Давыдович Троцкий был возмущен внезапным дружным переходом коллег по борьбе в стан противников. То, что он пишет про них настолько ёмко и точно, что даже через 100 лет его оценки и характеристики можно давать без каких-либо комментариев. Взгляните: «мы знали этих господ раньше, и притом не как владык независимой демократической Грузии, о которой они сами никогда и не помышляли, а как русских политиков Петербурга и Москвы... В качестве идеологов буржуазной республики Церетели - Чхеидзе, как и все их единомышленники, непримиримо отстаивали единство и неделимость Республики в пределах старой царской империи. Притязания Финляндии на расширение ее автономии, домогательства украинской национальной демократии в области самоуправления встречали со стороны Церетели - Чхеидзе беспощадный отпор. Чхенкели громил на Съезде Советов сепаратистские тенденции некоторых окраин, хотя в ту пору даже Финляндия не требовала полной самостоятельности. Для подавления этих автономистских тенденций Церетели - Чхеидзе готовили вооруженную силу. Они применили бы ее, если бы история оставила им для этого необходимое время.» [6]

Но, оставим на время личности лидеров, перейдем к самой Грузии. Вспомним чем первым делом занялось Картли-Кахетинское царство, получив от Российской Империи войска и гарантии своей защиты? Захватом территории. Чем через 130 лет занялась «свободная» Грузинская Демократическая Республика? Удивительно, но это - тоже захват территории! 26 мая Грузия объявляет о своей независимости, и практически тут же – в июне - грузинская армия, вооруженная и обученная немцами, захватывает Абхазию, а через месяц идет и дальше – за пределы бывшей Кутаисской губернии на непосредственно российские земли: 2 июля 1918 года занят Адлер, 5 июля – Сочи, 27 июля – Туапсе, а чуть позже – расположенный за перевалом и уже совсем не приморский Хадыженск, бывшая станица Хадыженская Кубанского Казачьего войска. Командует армией генерал Мазниашвили человек, который на российской службе просил звать его исключительно Мазниевым и известный в том числе тем, что в Царскосельском госпитале после ранения его выхаживали лично Великие княжны – дочери Николая II.

Здесь мы подходим к моменту, о котором нынешние грузинские историки не любят упоминать – агрессия Грузии. Этот момент ими тщательно ретушируется, ограничиваясь только захватом Абхазии, который, естественно, признается правомерным, а о продвижении вглубь российской территории зачастую не упоминается вообще, как например в учебнике «История Грузии» Вачнадзе М., Гурули В., Бахтадзе М., изданном в Тбилиси в 1995 году.
Какой-либо военной силы, вооруженная и наскоро обученная немцами, грузинская армия не представляла, но ни Деникин, ни красные не могли выделить достаточно сил для постоянного размещения в регионе. Поэтому грузин били, что называется, при случае, причем, несмотря на очень агрессивную риторику и угрозы, при более-менее серьезном столкновении грузинская армия сопротивления не оказывала и сразу же бежала, оставив позиции и бросив оружие, щедро розданное своим покровителем - Германией (Ничего из современности не напоминает?) Примечательно, что в самом начале наступления, на речушке Лоо, кубанский казачий разъезд захватил в плен командующего грузинскими войсками – генерала Кониешвили, который в пьяном состоянии в компании женщин возвращался со свадьбы. А через несколько дней, в Сочи, в плен попал и его начальник штаба – полковник Церетели.

Вообще же, Грузинская Демократическая республика за короткое время умудрилась перессориться и начать воевать со всеми своими соседями. Кроме России в этот список попали и Армения, с которой Грузия воевала за армянонаселенные Лори и Ахалкалаки и Азербайджан, с которым разгорелся спор за Борчалинский уезд и куда по просьбе Грузии Германия направила свои войска.

В конце 1918 года в грузинских планах случился очень серьезный сбой. В Германии произошла революция, что привело к её капитуляции. Тбилиси снова был вынужден искать нового хозяина. В сложившейся ситуации таковым могла стать только Англия, но здесь произошла накладка – у Англии не было никаких планов по превращению Грузии в свой протекторат. Лондон занимал взвешенную и равноудаленную позицию с учетом ослабления сильнейшего игрока – сначала белых, а потом и победивших их большевиков. Несмотря на это, Грузия прикладывает немалые усилия по полноценной замене ими немцев и тут сложилась просто анекдотическая ситуация – грузинам надо было объяснить англичанам почему они, так «искренне» и «открыто» призывавшие немцев, помогавшие им и набивавшиеся к ним в близкие друзья, теперь с такой же «искренностью» призывают заклятых врагов немцев – англичан. Стоит полагать, что подобные трудности за 100 лет до того испытывал и Соломон Имеретинский, будучи сначала вассалом Турции, затем добившись против неё протектората с Россией, а потом и пытаясь получить протекторат от турок против русских.

Как и в случае с персами, новая грузинская знать не церемонится с бывшими друзьями и хозяевами. Насколько грузины льстивы и подобострастны к немцам и англичанам, настолько же они бесцеремонны и презрительны по отношению к русским. До белых и до красных доходят слухи об ужасающем положении, в котором находятся русские, абхазы, армяне и осетины, проживавшие на захваченных Грузией территориях. Именно тогда профессор Санкт-Петербургского Императорского Университета, доктор наук, член множества научных сообществ Александр Цагарели впервые выдвигает тезис об аннексии Грузии, о компенсации грузинам за тяжелейшую русскую оккупацию и призывает западные страны помочь маленькой Грузии в её святой борьбе с Россией. Кстати, похоронен профессор Цагарели в Пантеоне виднейших, наиболее уважаемых деятелей Грузии – Мтацминда – рядом с Чавчавадзе, Грибоедовым и Пшавела.
Так, армяне до сих пор не понимают как, одержав победу в двухнедельной армяно-грузинской войне 1918 года, заняв Ахалкалаки и Лори, двигаясь маршем на Тбилиси и не встречая серьёзного сопротивления, Армения вдруг оказалась проигравшей стороной в мирных переговорах, на которые разбитая ими Грузия пригласила англичан?

Схожее положение наблюдалось и на переговорах с белым командованием. Добившись согласия англичан на включение в состав Грузии занятых ими кубанских земель и Абхазии, грузины зачастую выставляют это согласие как основной аргумент в споре. Существуют занимательнейшие стенограммы переговоров Деникина, Лукомского и Алексеева со сменившим «немецкого орденоносца» Акакия Чхенкели на посту Министра иностранных дел Грузии Евгением Гегечкори, кстати, по совместительству – родным дядей жены Лаврентия Павловича Берия – Нины Гегечкори. Разговоры в основном шли по поводу принадлежности захваченного грузинами Сочинского округа. На неоднократные требования генералов хоть как-то объяснить на основании чего российская земля, где нет грузин и которая не является спорной территорией должна принадлежать Грузии Гегечкори твердит лишь одно: «Англичане с этим согласны.»
Так или иначе, в 1920 году ситуация в Закавказье меняется. Деникин разбит, Армения и Азербайджан становятся советскими и Грузия остается в одиночестве. Ни Англия, ни другие европейские страны не горят желанием признать и защищать её. А Грузия всеми силами рвется на Запад. Она рассылает эмиссаров, шлет воззвания, стремится привлечь к себе международное внимание – жалуется на Россию, на большевиков, на русское иго, негодует, что западные страны не хотят помочь ей – своему собрату и т.д.


В это время, казалось, канувший в небытиё, ослабевший и оскорбляемый грузинами старый хозяин – Россия – возвращается. Тема «злых большевиков» начинает отходить в сторону, но у Грузии нет другой и она продолжает взывать о помощи. И тут Россия делает то, что совсем недавно не могло присниться грузинам и в страшном сне: Россия открыто атакует «богоизбранную» и «великую» Англию, до последнего момента полу-гаранта существования Грузии. Весной 1920 года советская Каспийская флотилия под командованием Ф. Раскольникова захватывает иранский порт Энзели, в котором скопились 23 российских судна, эвакуировавших из Красноводска белых и гражданское население. Энзели охраняет английская 51-я пехотная дивизия. Красные выдвигают ультиматум и, получив отказ, обстреливают Энзели с моря, высаживаются на берег, разбивают английскую дивизию, принуждая англичан и белогвардейцев покинуть город. Затем они захватывают корабли и уводят их. Забавно, что в том бою русские взяли в плен английского командующего – коммодора Фрайзера. Знали бы они, что через 20 лет – с 1941 по 1945 год именно он в чине адмирала Английского Королевского флота будет отвечать за сопровождение союзных конвоев в Мурманск!

Россия показала, что она опять стала сильной! И Грузия бросается за признанием к России. Грузины ликуют! Жордания считает, что кризис пройден и уж теперь-то, имея на руках признание русских, он сможет убедить Запад признать их.
В феврале 1921 года Красная Армия, практически не встречая сопротивления со стороны грузинских войск, захватывает Грузию и один грузин - Орджоникидзе посылает другому грузину - Сталину знаменитую телеграмму «Красное знамя реет над Тифлисом!».

Над Грузией опять взошла Российская Звезда.

[640x478]

Еще один цикл истории Грузии завершился
Поразительно, но живя в другую эпоху, с иными действующими лицами, с другими интересами, с гораздо бОльшей скоростью происхождения перемен, Грузия ни на йоту не отошла от своей модели поведения, она не поставила новых целей, ни добавила в ней новых пунктов, ни отбросила старые. Достаточно закономерно и то, что результат двух циклов оказался одинаков, что в 1801 году, что в году 1921.
Грузия в советское время

Тут мы подходим к периоду, который большинство читателей знает не понаслышке и для описания которого не всегда обязательно прибегать ко мнению историков.
Во-первых, это, конечно же территориальные приобретения, а именно передача Сталиным Грузии земель Абхазии и Южной Осетии.

Вторым важным для понимания моментом явилось начало политики «огрузинивания» всей территории Грузии, причем не только новоприобретенных земель, но и непосредственно её грузинской части. Интересно, что среди лидеров и идеологов этих «зарвавшихся» был человек, сын которого через 30 лет напишет гениальное «Ах, Арбат, мой Арбат» - Шалва Степанович Окуджава - Предсовнаркома тогдашней Грузии.

Уже позднее, в рамках «огрузинивания», власти республики начали стимулировать переселение крестьян в Абхазию. Создавались переселенческие программы, работала целая государственная организация «Спецпереселенстрой», в массовом порядке перевозившая колхозников из Мегрелии в Абхазию. Курировал это направление сам Лаврентий Берия, что много позже дало рождение абхазской поговорке, начинающейся так: «Берия привез грузин в Абхазию...»

После II Мировой Войны ситуация меняется и входит в рамки традиционной грузинской модели. Как и в Российской Империи, Грузия обретает особое, недосягаемое для других республик место — она становится всеобщей любимицей.
Простые советские люди, попадая в Грузию, удивлялись уровню жизни грузин — там было больше всех машин в пересчете на душу населения, добротные каменные грузинские дома были совсем не похожи на деревянные избы передовых колхозников Тамбовской и Рязанской областей, да и сами грузины, по мысли простого советского человека, жили на широкую ногу. «Должно же быть что-то почему они так хорошо живут!» - думали люди. И они не ошибались. Было.

Причин было несколько. Во-первых, исключительно благоприятным было само положение Грузии, как субтропической, курортной территории в рамках северной страны с суровым климатом. Такая бумажная география приносила Грузии немало реальных, полновесных советских рублей. Это именно она предоставила Грузии безграничный советский рынок для продажи по очень высоким ценам своих мандарин, хурмы и фейхоа, в то время как в остальном мире конкуренция за рынки сбыта субтропических фруктов была огромной и стоили они копейки. Это именно из-за нее курорты Грузии, наряду с крымскими, считались лучшими и путевок в них рядовым совгражданам было не достать.

Во-вторых, была и другая причина, о которой не любят говорить современные грузинские историки. В Советском Союзе всем позволялось одинаково, но грузинам позволялось чуть больше. А конкретнее это относится к процветавшей в этой закавказской республике теневой экономике – к цеховикам и ворам в законе. За коммунистической ширмой общественной собственности в Грузинской ССР фактически легализовался частный бизнес. Процентов 80 современных воров в законе являются грузинами.
Так продолжается до середины 1980-х годов, когда... Хозяин ослабевает. Но.... Но всеми любимая и всех любящая, обласканная советской властью и советским народом, исключительная и беспримерная Грузия не дожидается ни Беловежских соглашений, ни выхода прибалтов – она первая, первая среди республик, еще за 5 месяцев до выхода балтийцев и за 8 месяцев до встречи в Беловежской пуще проводит всенародный референдум и 9 апреля 1991 года объявляет о своей независимости! Всё. Советская эра для Грузии заканчивается. Начинается время грузинской независимости.

Грузия после советского времени.

К этому моменту судьба выбрасывает на политический небосклон Грузии Звиада Гамсахурдия. Вообще, необходимо сказать, что отец и сын Гамсахурдия – это классический вариант традиционной грузинской элиты, не изменившей свой типаж, по крайней мере, с ХVI века – элиты умной, утонченной, талантливой, вероломной и до мозга костей расчетливой. Оба они настолько похожи на Ираклия II, на Соломона Имеретинского и на Ноя Жордания, что не удивлюсь, если это сходство окажется даже портретным! Их политические кульбиты тоже поражают воображение!
Кстати, мало кто знает, но когда летом 1942 года немцы заняли Моздок, рвались через перевалы в Абхазию, а их подлодки в надводном положении обстреливали поезда Сочи - Адлер, советские войска рассматривали возможность сдачи Тбилиси и готовили на этот случай подпольную агентуру. Так вот руководителем этой агентуры и должен был стать Константин Гамсахурдия - немецкий грузин, который, помимо всего прочего, в Германии долгое время жил в семье известнейшего писателя, нобелевского лауреата Томаса Манна, помогавшего ему. Правда, на счастье, в дело вмешался легендарный разведчик Павел Судоплатов, прекрасно разбиравшийся в людях, он-то и отвел эту кандидатуру по причине слабого доверия к кавалеру Ордена Ленина.

Именно Звиад Гамсахурдия, который, будучи диссидентом и правозащитником, в своем понимании, боролся за права угнетенных наций, став президентом независимой Грузии совершил еще один поворот - выдвинул лозунг, от которого сейчас всеми силами открещиваются просвещенные грузинские историки – «Грузия – для грузин!» и именно Звиад выступил в роли продолжателя неколебимой грузинской политической формулы. Территориальные завоевания – вот чем он начинает заниматься первым делом. В его смысле завоевания территории означали удержание Абхазии и Южной Осетии, которые все советское, да и не только советское время, не считали себя частью Грузии, добровольно в нее никогда не входили и желали остаться в Советском Союзе после его распада.

В Абхазии принимается ряд законов, ущемляющих права абхазов, ограничивающих хождение абхазского языка, а затем, с принятием грузинской Конституции образца 1921 года, фактически отменяется абхазская автономия. Все вместе это приводит к еще более масштабной и катастрофической для Тбилиси абхазской войне. Грузия оглушительно проигрывает свои войны в обеих мятежных провинциях. Грузинское население Абхазии, в огромной степени вовлеченное в войну, покидает её. Поговорка «Берия привез грузин в Абхазию» через 60 лет получает свое завершение - «а Шеварднадзе их забрал».

Здесь нужно сделать отступление. В определенном смысле, действия Грузии в 1990-1993 годах явились первым и единственным исключением из традиционной многовековой грузинской модели поведения. Система дала сбой. В первый и единственный раз за много лет Грузия начала расширение территории и наступление на интересы старого покровителя, не найдя нового! От России Грузия к тому времени уже официально отвернулась, а нового покровителя еще не призвала. Ошибку срочно исправляют – у руля становится Белый Лис - старый и опытный мастер международных баталий Эдуард Шеварднадзе и, как и за несколько веков до того... Грузия начинает звать хозяина.

По многим причинам хозяевами тогда могли стать только США или ЕС, да и еще за ними, как Лига Наций в 1920 году, маячило НАТО; как и в Лигу Наций, вступать туда было надо, но сделать это можно было только с одобрения первых двух. Некоторое время, по старому грузинскому обычаю, Тбилиси пытается получить протекторат от обоих сразу, но поняв, что, из-за конфликта их интересов это невозможно, останавливается на связке США - НАТО. И здесь все сразу встает на свои места и начинает полностью укладываться в историческую грузинскую парадигму, не допуская даже малейших изменений.

Элита грузинского, точнее сказать, советского общества – очень известные, уважаемые и любимые в СССР люди – начинают переориентацию грузинского народа с общесоветского наследия на американо-западное. В обществе насаждаются взгляды о вероломстве России, о российско-советской оккупации, о тяжелом русском иге. Как и раньше, почти полностью переписывается история.

Посланцы Грузии по всему миру рассказывают о том, как безумно тяжело Грузии жилось «под Россией» и как искренне она хочет быть с Америкой и Западом. Начинается политическая мимикрия.
Грузия всеми силами показывает насколько она близка Западу – «Мы с тобой одной крови – ты и я»! Этим объясняются и комичный факт постоянных выступлений грузинских лидеров на фоне флага Евросоюза (в то время как сама Грузия членом ЕС не является) и намного более серьезные попытки Саакашвили во время августовской войны завоевать симпатии западной аудитории и заставить их надавить на Россию не потому, что гибнут люди и взрываются бомбы, а на фоне общности судьбы Грузии и Западных стран. Как потом писала одна финская журналистка, «все испытывали сострадание к грузинам.


Стоит сказать, что, такая политика приносит свои плоды. По крайне мере, ушедшая американская Администрация действительно рассматривала Тбилиси как один из своих ключевых внешнеполитических проектов. Американцы сейчас смотрят на Грузию так, как в свое время на неё смотрели русские – они видят в ней любимого маленького ребенка, который, пусть со своими странностями, пусть истерично и непоследовательно, но идет по их – американскому - пути, любит Америку, хочет быть похожей на неё, а значит, за это ей можно многое простить и многим помочь. И помогают: в финансовом плане Грузия в наше время зависит от США едва ли не больше, чем Георгий XII зависел от России, а Грузия времен Ноя Жордания – от Германии. Сейчас Грузия стала вторым после Израиля получателем американской финансовой помощи и единственным государством, зарплату лидерам которого, по крайней мере, до последних лет, официально платили иностранные финансовые институты, что породило шутливое название Михаила Саакашвили и его правительства, как «детей Сороса», «соросят».

Ничего не меняется. Вместе с любовью к новому патрону у Грузии исторически приходит ненависть к старому. Это распространяется на отношения к России как личном уровне, так и на государственном, русофобия в Грузии возведена в ранг официальной политики и русских называют не иначе как оккупантами. В наше время, человек, которого обожали миллионы россиян - Буба Кикабидзе - говорит о России уже не «Ларису Ивановну хочу», а «Надо покончить с этой страной!», гениальный режиссер Отар Иоселиани, на весь мир произносит: «Мира у нас с Россией никогда не будет!.. Если раньше мы испытывали к ней презрение, сейчас возникла ненависть». Очень точно охарактеризовал эту ситуацию экс-посол Грузии в Москве Зураб Абашидзе: «Мы превратили конфронтацию с Россией в смертельный поединок с элементами театрализованного шоу. Мы соревнуемся, кто выскажется в адрес России более иронично, более пренебрежительно, более остро».

На государственном уровне Грузия всюду наступает на интересы России, пытается противопоставить себя ей и усиленно сталкивает лбами Россию и США. Любое противодействие себе она, по старой грузинской традиции, выставляет как конфронтацию не с нею самою, а не мало ни много – с США, Европой и с интересами демократии во всем мире. Наконец…, поразительно... насколько все-таки повторяется политика Грузии... Если в 1795 году гянджинцы и ереванцы, взбешенные постоянными претензиями грузин на свои земли, причислением их к «исконной грузинской территории» и неоднократными карательными походами Ираклия II, в желании отомстить при помощи персов сжигают Тифлис, то уже в наше время, взбешенные осетины по той же самой причине и уже при помощи русских сжигают грузинские села в Южной Осетии. Ничего не меняется!

[480x360]

Но жизнь идет вперед и надо понимать что нам делать сейчас и о чем нам вся эта предыдущая история говорит.
Во-первых, надо четко понять, что Грузия никогда не была союзником России на Кавказе. Это аксиома. Грузия всегда была союзником самого сильного, вне зависимости от того кто этим сильным являлся.
Грузия позиционирует себя по отношению к «хозяину» не просто как прагматичный и расчетливый союзник, исполняющий определенные обязательства в обмен на какие-то действия более сильного партнера, но искусно внедряет в его сознание ИЛЛЮЗИЮ дружбы, верности и искренней привязанности к покровителю с тем, чтобы хозяин, повинуясь ложному чувству единения, сам решал грузинские проблемы, либо обеспечивал Грузии надежную защиту, если их будут решать грузины. Грузия делает это чрезвычайно искусно, используя невероятный артистизм и одаренность своего народа, его тонкое умение нравиться партнеру и вызывать к себе чувства дружбы, любви и сострадания.

Можно ли винить Грузию за обладание таким даром? Можно ли винить рыбу-прилипалу? Вряд ли. Правда, в случае если бы я был потенциальным хозяином Грузии, то предпочел бы с самого начала четко осознавать, что являюсь не примером для подражания и не солнцем, восходящим для Грузии с Севера, а всего лишь частью её традиционной политической модели, причем, именно той частью, за счет которой и будут в конечном итоге реализованы национальные грузинские интересы.

Какие же выводы мы должны сделать из всего этого?

1. За последние 500 лет в Грузии сложилась очень четкая, неоднократно повторяемая и циклическая модель политического поведения. Данная модель применяется грузинским государством и обществом с очень высокой степенью неизменности и преемственности.

2. Нет причин считать, что эта модель меняется сейчас или изменится в обозримом будущем.

3. В настоящий момент Грузия находится в середине основного цикла модели. Такое положение характеризуется устойчивыми и крепкими связями с покровителем, высокой степенью мимикрии, высоким уровнем зависимости от него и значительным объемом получаемых от него преференций и льгот.

4. Покровитель Грузии - США - уже прошли пик своего политического могущества, если таковым считать однополярный мир, отсутствие геополитических вызовов со стороны ближайших конкурентов - Европы, Китая и России, а также однозначное экономическое лидерство, и медленно, но неуклонно сдают позиции.

5. С ходом истории скорость завершения полного цикла политической модели Грузии неуклонно увеличивается. В прошлом эти циклы завершались за 238 - 135 - 69 лет соответственно, если не считать 3-х летний цикл в период 1918 - 1921 годов, который был искусственно прерван во многом по независящим от Грузии причинам.

6. Простое математическое экстраполирование показывает, что длина нынешнего грузинского цикла будет около 25 - 30 лет. При этом 10 лет уже пройдено. Значит, при естественном ходе событий лет через 15 – 20 Грузия неминуемо отвернется от США и... начнет звать нового покровителя.

Вероятность этого не измеряется в процентах. Она - абсолютна. Никакого другого выбора история Грузии за последние 500 лет нам не предоставляет. И очень возможно, что через какие-нибудь 20 лет мы с вами станем свидетелями того, как в центре Тбилиси с помпой откроют музей американской оккупации и увидим, как изрядно постаревший Михаил Саакашвили выйдет на трибуну и с болью в голосе начнет рассказывать о тяжёлом наследии НАТО и об искреннем стремлении Грузии к России.

Надеюсь, ему не поверят.

[1] Эвлия Челеби. Книга путешествия. Вып. 3 Земли Закавказья и сопредельных областей Малой Азии и Ирана. М. Наука. 1983

[2] Описание торжеств по случаю заключения Георгиевского трактата, проходивших в Тифлисе 20 августа 1783 года. Цит. по сайту «Восточная Литература» http://www.vostlit.info

[3] Давид Багратиони «История Грузии». Цит. по сайту «Восточная Литература» http://www.vostlit.info

[4] Fischer F. Germany's Aims in the First World War. N. Y., 1967, p. 556

[5] Рубен (Т. Минасян). «Развал грузинской Жиронды». Тифлис. 1924. с. 15

[6] Л. Троцкий. «Между империализмом и революцией». Госиздат. Москва. 1922 г.


[9] Салла Назаренко. «Страны, которые никогда не должны забывать свою географию». Цит. по сайту «ИноСМИ» http://www.inosmi.ru/translation/251694.html