Название: На краю пропасти

Глава:1
Автор: Sauri-chan
Бета: нет
Пейринг: нет
Персонажи: Итачи, Кисаме
Рейтинг: G
Жанр: приключения, драма
Размер: макси
Дисклаймер: всё Кисимото

Сумерки уже сгустились на горизонте. Туман темной полосой очертил границу мира, как черту,  которую не стоит переступать. Темный лес на фоне алого неба казался призрачным и нереальным, словно он сейчас оживет, как в старых сказках и заговорит с тобой. Темные птицы все еще кружили над деревьями, постепенно исчезая в их макушках, сливаясь с чернотой ночи. Все вокруг погрузилось в эту черноту, а ночь постепенно окутывала природу в свое ночную вуаль.  Однако не все спали, не все уже видели сны, в которых они находились в прекрасной стране, и где добрые ангелы сторожат их сон, укрывая  своим крылом от холодного ветра или палящего солнца. Ведь даже в такой час, прекрасный и таинственный, есть место другой, скрытой от нашего глаза жизни. И она кипит, и она живет, только по-своему, по своим законам, которые мы не знаем.

Когда человек вторгается во владения ночного леса, ему становиться страшно и непонятно все вокруг. Звуки пугают его, образы, которое ему рисует воображение, ужасают. Но, когда человеку уже нечего терять, он не боится этого мира, так как не боится уже ничего, потому что его уже тут ничего не держит.

Двое силуэтов быстро и бесшумно передвигались по темному лесу, стараясь не останавливаться и не выдать себя. Прыгая с ветки на ветку, они нечаянно вспугнули сидящую рядом сову. Гуркнув, она быстро распахнула свои крылья и, словно увидев что-то ужасное, быстро взметнулась над веткой и осмотрелась вокруг. Не найдя причину своего беспокойства, она все же решила сесть на другую ветку, чтобы быть уверенной, что ее никто не побеспокоит. Тяжело опустившись на толстую ветку, сова когтями вцепилась в древесину и, сложив крылья, удобно примостилась на новом месте.

А силуэты промелькнули дальше, как тени, бесшумные и одинокие.

- Чертова птица, - буркнул один силуэт, видимо заметив испуганную сову. А птица так и сидела и смотрела им вслед, словно провожала на нелегкий путь. Ее большие глаза горели в ночи, как два огонька. Эти огоньки будут последним воспоминанием одного, который так обругал ни в чем не повинную птицу. И эти огоньки будет помнить второй, как символ начала новой жизни или проклятой смерти.

Силуэты уже добрались до озера. Оно, словно огромное зеркало. Прозрачное и чистое, как слеза. Но теперь оно казалось темным, и только бледная луна отражалась в ней и казалась какой-то белой и мрачной. Оно светило грустно, словно сожалея о чем-то, словно пыталась что-то сказать, но не могла. И ее отражение  было печально-задумчивым, заставляя смотреть на него, не отрывая взгляда. Тени остановились возле озера. Видимо, они решили сделать передышку.

- Кисаме, мы остановимся здесь пока, - сказал тихий голос, который тут же подобрал ветер и унес куда-то вдаль.

- Хорошо, Итачи-сан, я уже порядком устал, - это сказал более высокий силуэт и скинул с себя что-то тяжелое. Когда тени подошли ближе к озеру, и луна смогла осветить их лица, то теперь можно было хоть немного рассмотреть их. Один, пониже, был довольно красивым мужчиной, молодым. Его волосы, черные, как крыло ворона, были собраны в хвост. Глаза были черные и бездонные, словно глубокая пропасть. На нем был черный плащ с красными облаками и повязка на голове. Второй был выше и сильнее первого. Его кожа была синей, как море, а глаза белые, как облако. Его волосы были тоже синими, и они стояли вверх, а вокруг них была повязка. На нем был такой же плащ, как и на первом.

- Итачи-сан, придется без костра, а то они… - акулу не удалось договорить.

- Я знаю…- раздался тихий, слегка хрипловатый голос брюнета. Он посмотрел на небо, луна все так же светила на темном небе, бросая скупые лучи на верхушки деревьев и на озеро, которое блестело под ними.  Кисаме уже стал располагаться. Он сел на траву и достал что-то из своего мешка.

- Вот Итачи, поешь, тебе силы нужны, - тихо сказал акул и протянул кусок хлеба Итачи. Тот молча взял его и стал жадно жевать этот твердый хлеб, стараясь утолить  голод, который с каждым новым куском становился все сильнее. Доев свой скудный ужин, брюнет решил осмотреться. Он уже направился к лесу, когда Кисаме окликнул его:

- Нет смысла идти туда, они уже далеко. Нам очень повезло, что мы успели вовремя. Если бы не твой Шаринган, мы бы давно были бы покойниками. Они бы уже вырвали нашу печенку и бросили собакам, - акул слегка усмехнулся и лег, заложив руки за голову, затем продолжил: - Эти собаки не отпустят нас живыми из своей территории. Нам придется хорошенько попотеть, чтобы выбраться отсюда. Через часа четыре отсюда -  река, а за ней еще лес. Мы сможем оторваться, если они нас  нагонят. Хотя, я не уверен в этом. Мы уже далеко от них.

Кисаме улыбнулся и повернулся на бок. Через минуту он уже спал сном младенца.   Итачи все еще медлил. У него было странное предчувствие, что все еще не закончилось для них, и опасность не только не ушла, она надвигается. Смутное чувство, похожее на инстинкт зверя, на которого ведут охоту. Итачи пытался убедить себя, что они в безопасности, но не мог. Он подошел к Кисаме и сел рядом с ним.

« Я надеюсь, что ты прав, напарник, но сейчас трудно быть уверенным на сто процентов. Я чувствую себя дичью, на которую ведут охоту опытные львы, - Итачи посмотрел на небо, - а луна все светит…»

Итачи вдруг почувствовал, как что-то сильно сжало грудь. Эта луна, она словно давила на него, словно предвещало их погибель, как смерть, которая следит за своими жертвами  и дожидается только лучшего момента, чтобы забрать их с собой в царство мрака. Итачи повернул голову к Кисаме и тихо прошептал:

- Если сегодняшний закат мы видели с тобой в последний раз… то я рад, что ты был моим напарником…

Больше Итачи ничего не мог сказать, да и не хотел. Он повалился на траву и тут же заснул, терзаемым странным чувством, словно чувствуя смерть, но, почему-то не боясь ее.

А ветер стал дуть все сильнее, срывая листья  с деревьев и унося их с собой. Луна все так же угрюмо смотрела на мир, но теперь она казалась уже не бледный диском, а алым оком смерти, следящим за всем и все видящим.

 Идиллия ночи не продлилась долго. Через час мрак, окутавший озера, рассеялся…