Однажды Диоген плыл на корабле в Афины. Все было хорошо, как вдруг у
о. Крит на судно напали морские пираты. В итоге Диоген в качестве раба
попал на невольничий рынок. Последующая сценка, написанная на основании
древних свидетельств и легенд, рисует незаурядный облик этого необычного
человека.

«Хотя Диоген изнывал от зноя, он весело улыбался. Потом без разрешения
хозяина уселся на песок.
— Куда! — зарычал на него торговец в персидском халате и белой чалме. — Кто
тебя, сидячего, здесь увидит?!
— Почему же? — возразил Диоген. — Рыба лежит, а своего покупателя находит!
Работорговец удивленно захохотал и дозволил рабу сесть на песок. Тут
Диоген, приободряя заморенных жарой невольников, закричал на весь базар:
— Эй, люди! Вы что же носы повесили?.. Уж не потому ли, что не в силах
дольше слушать голодное урчанье собственного чрева? Ничего, это дело
поправимое! — И, обращаясь к работорговцам, продолжал: — Граждане наши
хозяева! Послушайтесь голоса разума! Ведь овец и поросят вы откармливаете
на совесть, как и подобает делать рачительным владельцам, не так ли? Так не
глупо ли тогда человека, самого дорогого из животных, морить на продаже
голодом?!
В толпе послышался смех рабов и их хозяев, потому что шутку любят все. И
подобревшие работорговцы сказали: «А ведь, пожалуй, их и в самом деле не
мешает покормить!» И потянулись к невольникам руки с ломтями хлеба, с
сушеной рыбой, гроздьями винограда и даже бурдюки с водой. Утолив слегка
голод и жажду, повеселевшие рабы со всех сторон благодарили сидящего
Диогена улыбками. Тогда его хозяин, снисходя к такому необычному рабу,
спросил:
— А что ты умеешь делать, старик?
— Я? — переспросил Диоген, отправляя в рот остатки поданных ему оливок. —
Властвовать людьми! Торговец захохотал:
— Ты, конечно, шутишь?
— Нисколько.
— Да кто же купит раба, который корчит из себя господина?
— Как раз такого-то купят всех быстрей, — ответил Диоген. — Ведь обычный
раб не в диковинку. Впрочем, ты можешь сам в этом убедиться, стоит только
тебе объявить обо мне.
— Нет уж! Если хочешь, сам о себе объявляй. А я погляжу, что из этого
выйдет!
Диоген поднялся и громко закричал, покачиваясь из стороны в сторону:
— Граждане! Кто хочет купить себе хозяина?! Кто хочет купить хозяина,
спешите сюда!
Все вокруг потешались, но тут к Диогену приблизился какой-то пожилой
человек в голубом хитоне и, смеясь, спросил:
— Уж не ты ли и есть хозяин, продающий себя?
— Представь себе, это я! — гордо ответил Диоген.
— А я, — вмешался здесь работорговец, — хозяин этого «хозяина»! Беру за
него три мины!
Покупатель в сомнении покачал головой, собираясь отойти, но Диоген задержал
его:
— Это совсем недорого, клянусь богами! Ведь три мины — стоимость рабочей
лошади, а я умом скакун!
И, улыбнувшись, покупатель сказал:
— Прекрасно! И куда же скачет твой ум?
— В просторы философии, милейший!
— Ты изучаешь явления космоса?
— Диалектика мертвой материи меня не занимает. Диалектика души — вот
предмет моих занятий!
— Что ж, в таком случае ты сгодишься моим сыновьям как воспитатель.
Согласен?
— Согласен, — сказал Диоген, — но с одним условием... Вокруг рассмеялись, а
хозяин Диогена насмешливо сказал:
— Этот тип еще смеет условия ставить!
— Да, ставлю условие, — упрямо кивнул Диоген.
— Какое? — спросил покупатель.
— Следовать за мной и делать только то, что я тебе скажу... И снова в толпе
рассмеялись, а покупатель, желая намекнуть на пословицу, что яйца не учат
курицу, насмешливо продекламировал:
- Вспять потекли источники рек!
— Ты прекрасно знаешь Еврипида, господин хороший, — угадав, чей это стих,
сказал Диоген. — Но позволь тебя спросить, если ты нанял, к примеру, врача,
а он предупредил тебя, что нужно следовать его советам, ведь ты не стал бы
упрекать его изречениями Еврипида? И, пристально вглядевшись в Диогена,
покупатель сказал:
— Я беру этого человека! — И, отсчитав положенную сумму торговцу, добавил:
— А вот тебе еще одна мина к запрошенным! Когда работорговец ушел, Диоген
спросил нового хозяина:
— На какую кличку ты отзываешься?
— Я торговец Ксениад...
— А моя кличка — Собака. Не удивляйся, это мое прозвище, а звать меня
Диоген, что значит богорожденный! — И он с шутливым величием поднял вверх
палец. — Так куда мы отправляемся?
— Ко мне домой, в Коринф.
Прекрасно! — одобрил Диоген. — Я всю Элладу обошел, а быть в знаменитом
Коринфе мне до сих пор не довелось».