№1
Новая страна, новые впечталения, новые люди. Наверное, именно такие мысли пробегали в голове у каждого участника группы Tokio Hotel, когда самолет рейсом «Гамбург – Варшава» приземлялся непосредственно в пункте назначения. Ребята прилетели рано утром, концерт был назначен только на вечер следующего дня, поэтому им предоставлялся шанс хоть немного осмотреть этот, безусловно, красивый город, а это было просто роскошью, если учесть их напряженный график. Все сразу же начали планировать, что они будут делать, куда поедут в первую очередь. И как всегда получалось, что задумки их пересекались только в одном – поехать вечером в клуб и немного расслабиться. Днем же каждый собирался делать то, что хочет. А так, как интересы у всех были разные, то все договорились встретиться вечером и разошлись кто куда. Билл пошел исследовать всевозможные бутики с одеждой, Том с Густавом – просто осматривать достопримечательности вместе с прилагающимися к ним кафе, а Георг отличился и поехал в отель спать.
В каждом городе, в каждой стране, на крыльце отеля, где собирались остановиться Tokio Hotel, их всегда встречали толпы фанаток. Но такого, как в Варшаве, Георг никогда не видел. Около 500 девушек стояли перед дверью Radisson’а и пели песни. Их было настолько много, что почти вся улица была занята людскими телами, и проехать машине было нереально. Пришлось объезжать здание и выводить Георга через черный вход. В номер его проводила симпатичная работница ресепшена, которая сразу понравилась молодому человеку. Но он настолько хотел спать, что даже не поинтересовался, как ее зовут. Как только голова его коснулась подушки, басист погрузился в глубокий и такой долгожданный сон. Из объятий Морфея вывел его громкий стук в дверь и не менее громкий голос его друга Тома, который, видимо, вернулся с прогулки раньше времени. Георг посмотрел на часы и обнаружил, что уже вечер и пора собираться на вечеринку. Наверное, за этим и пришел Том. Парень еле встал с кровати и открыл дверь. На него тут же набросилось нечто с воплями:
-Ты знаешь, у них такой смешной немецкий, это просто нечто, но есть в их акценте что-то такое… возбуждающее. А вообще нам в клуб пора. Даже Билл уже собрался,- и Том вылетел из номера, как будто его здесь и не было, а Георг вяло побрел за распрямителем для волос.

В клубе было душно и накурено, но, тем не менее, это не мешало народу веселиться. Хотя большинство расселись за столики и теперь заказывали себе напитки. Мальчики из группы тоже решили последовать их примеру и выбрали себе столик в самом дальнем углу, но рядом с небольшим подиумом, на котором танцевали полуобнаженные девушки. Том обрадовался такому удачному расположению, а остальные лишь равнодушно пожали плечами. В этот вечер Билл, Густав, Георг, Том и их продюсер просто хотели расслабиться в непринужденной обстановке варшавского клуба и набраться сил перед концертом, поэтому до девушек им в данный момент не было никакого дела. Каждый отдыхал, как желал – Том томно разговаривал с какой-то миловидной представительницей прекрасного пола, Густав давно зажигал на танцполе, Билл сидел на диване и разговаривал с Йостом, видимо, о новой песне. А вот Георг чересчур увлекся дегустацией местных алкогольных напитков, поэтому, когда все засобирались разойтись по номерам, охранникам пришлось чуть ли не тащить его на себе. И если они бы справились с пьяным Георгом в обычной обстановке, то это не значит, что они могут справиться с пьяным Георгом в толпе фанаток. К несчастью, у отеля все еще стояли девушки, правда, их было значительно меньше, чем днем, но это дела особо не меняло. Пришлось опять прибегать к помощи людей с ресепшена и пробираться через черный вход. Чтобы все же хоть чем-то угодить столь ярым поклонницам творчества группы, на амбразуру, а точнее на главный вход послали братьев Каулитц, впрочем, как всегда, а Густав и Дэвид взялись за ответственное задание – довести Георга в его комнату. Охранников было решено отправить на помощь близнецам, как лицам группы.
Оказалось, что у спасительной двери тоже поджидал сюрприз в виде особо догадливых девушек. Георг, недолго думая, схватил одну из них за руку и потащил с собой в холл отеля. Поклонница даже не сопротивлялась, поэтому, заверив продюсера и остальных ребят, Георг направился прямиком в свою комнату, пошатываясь и опираясь на девушку, которая шла рядом…

На следующее утро Георг проснулся оттого, что каждый стук в дверь номера отдавался в его голове как удар колокола. Он еле перевернулся и уже собирался вставать, как увидел рядом с собой хрупкое обнаженное тело, закутанное в простыню. Он решил не напрягать свою и без того нездоровую память и тупо пошел открывать. На пороге стояли Билл, Том и Густав. Причем у каждого было такое выражение лица, как будто Георг проиграл их единственную корову и теперь им нечего есть.
-А что собственно случилось, ребят?- поинтересовался он.
-А ничего собственно. ТОЛЬКО ТО, ЧТО ИЗ-ЗА ТЕБЯ МЫ НА КОНЦЕРТ ОПОЗДАТЬ МОЖЕМ!!!!- закричал Билл.
-Да ладно!! Который час-то хоть?
-Четыре, идиот! Сколько можно спать?
Вдруг в глубине номера кто-то зашевелился, и в коридор вышла девушка.
-ООО, а ты времени зря не тратил, я смотрю, - заржал Том и хитро подмигнул своему другу, - Кто эта красотка?
-Если честно, я не знаю…Точнее не помню, - прошептал в ответ Георг. Гостья представилась сама:
-Меня зовут Эмили. Я здесь работаю, ну в смысле в отеле,- от смущения она даже покраснела.
-А ты пойдешь на концерт, Эмили? – приторно-сладким голосом спросил старший Каулитц.
-Не знаю пока, если с работы отпустят, то пойду.
-Сюда же отпустили. Ладно, Георг, дружище, давай, собирайся быстрее, мы ждем тебя в холле, - с этими словами и под все еще не смолкающий смех Густава, парни удалились в сторону лифта.

Уже в гримерке перед самым выходом Билл спросил у басиста:
-Георг, вот скажи, она тебе нравится?
-Билл, я тебе отвечаю, я даже не знал, как ее зовут. А что?
-Да нет, ничего. Просто мне понравилась….
-Братик, тебе не повезло, потому что по ходу эта девушка единственная из миллионов отдала предпочтение не тебе, а нашему гладкошерстному другу, - как всегда вмешался в разговор Том, а затем пришел Дэвид и погнал всех на сцену.
Программа была новая, ребята играли песни со второго альбома. Публика была просто в восторге, отчего парни пребывали буквально в эйфории. Напоследок у них был припасен особый сюрприз для своих поклонниц – они исполняли несколько наиболее известных песен с дебютного альбома. Так вот, на песне «Schrei» и произошел инцидент.
Билл, как и в прошлом туре, должен был выбрать девушку из зала в конце песни, чтобы она помогла ему допеть. Но когда телохранители помогли выбраться из толпы фанаток его избраннице, музыканты узнали ту самую Эмили, «подругу» Георга. Естественно, она была в восторге, чего не скажешь о ее недавнем любовнике. Она зачем-то подбежала к нему и попыталась обнять, за чем последовала такая же неадекватная реакция гитариста. Он отпихнул ее от себя, заехав рукой ей по лицу, как будто девушка была какой-то грязной шавкой. Но внезапно Билл бросился на помощь несчастной Эмили. Он встал так, чтобы она оказалась за его спиной, и ударил Георга в нос. Тот ошалел и чисто инстинктивно замахнулся и на друга тоже, но потом вовремя одумался и жестом показал, что бить не будет, и вообще, он успокоился. Видимо, Биллу этого было недостаточно, и он продолжал наносить удар за ударом. Георгу приходилось лишь защищаться, потому что он прекрасно понимал, что даже один его щелбан мог запросто сломать солиста, а этого он не хотел. Когда наконец-то добрались охранники, Каулитц младший гордо ушел со сцены, а Эмили пыталась остановить кровь, идущую у гитариста из сломанного Биллом носа.
Когда его привели в гримерную, Билл доверительно ему сообщил, что не хотел бить Георга, но тот сам вынудил его своим свинским поведением по отношению к девушке:
-Но я не держу на тебя зла, Георг. Мы ведь друзья, - широко улыбнулся солист и подал руку. Его собеседник подумал: «в этом весь Билл», и, еле сдержав смешок, пожал протянутую конечность со словами:
-Конечно, друзья. Но в следующий раз я дам тебе сдачи!

---

№2.
Комната. Хорошо освещенная с огромной современной люстрой прямо под потолком. А в кресле, откинувшись на его глубокую спинку сидит молодой человек, лет 23-25, не больше. Если внимательно присмотреться к нему, то можно уловить знакомые черты лица. Но они лишь отдаленно напоминают о прошлом, о тех днях, которые прошли, оставив после себя другое время. Другие дни. И он уже совсем другой - внешне и внутренне...И даже жизнь у него теперь другая.
Дверь с назойливый скрипом отворилась. На пороге в деловом строгом костюме с волосами, аккуратно собранными в пучок на затылке, стояла девушка с приветливой улыбкой на лице. Парень сразу засуетился и поднялся из глубокого кресла, в котором провел уже довольно много времени, листая устарелые журналы с желтой прессой. Молодая особа прошла в комнату и немного смущенно заговорила:
- Здравствуйте. Простите, пожалуйста, за опоздание. Пробки на дорогах.
- Ничего - он мотнул головой и ответил усталой улыбкой.
Девушка протянула руку и представилась:
- Я Кейти, Кейти Браун.
- Очень приятно. - молодой человек ответил на рукопажатие и снова принял сидячее положение с интересом разглядывая журналистку перед ним. Ничего необычного он не заметил - девушка как девушка. Таких десятки. Все, кто приходил с ним на подобные встречи не задерживались надолго в памяти. Единственное, что отличало Кейти от остальных - это то, что она пришла брать не интервью, а помогать ему в написании книги о его жизни. Парень вздохнул и поерзал в кресле, приготовившись будить в памяти воспоминания, причем не самые лучшие. С того времени, как он был подростком прошло много времени, многое изменилось. Ему было больно и грустно вспоминать о былом, но все же он хотел поделиться историей своей жизни с фанатами, которые все же еще остались. Хотя он был почти уверен, что после того, как они прочтут книгу, то отвернутся от своего кумира, ведь на его плечах, и ни на чьих других, лежала вина. Но людям свойственно совершать ошибки, поэтому парень надеялся, что, может быть, некоторые поймут и простят его...
- Итак, начнем. Я знаю, что, возможно, это не самые лучшие воспоминания в вашей жизни, но расскажите пожалуйста, что же случилось на самом деле с группой Tokio Hotel? Уже восемь лет это тайна, покрытая мраком. Думаю, что вашим поклонникам хотелось бы знать правду.
Он вздохнул. Тяжело и глубоко. Потупив взгляд и пальцем выводя невидимые узоры на журнальном столике, он заговорил, помолчав около минуты и собираясь с силами.
- Хорошо...Я расскажу. - выдохнул парень, а девушка распахнула толстый, еще совсем чистый блокнот, приготовившись писать. - Это случилось 8 лет назад...Тот день стал роковым для нашей группы....
18 сентября 2006 года. Очередной огромный концерт в Берлине. Людей в зале было столько, что я даже не мог видеть, где же заканчивается последний ряд. И это подстегивало меня, придавало сил, ведь я знал, что весь этот народ пришел сюда ради нас, а значит мы кому-то еще нужны и важны и что работаетм мы не впустую.
Мы спели около 7 песен, после чего все выдохлись. Пот стекал по моему лицу и застилал глаза так, что я едва был в состоянии что-либо видеть. Я действительно чертовски устал, не меньше чем все остальные. И Йост, наш добрый и всегда понимающий продюсер, решил дать нам возможность передохнуть десять минут. Это было для всех настоящим счастьем. Улыбнувшись сходящей с ума толпе, я скрылся закулисами и скинул с плеча гитару, облегченно выдохнув. Все, небось, думают, что это довольно легко - держать ее в руках несколько часов, но на самом деле это сложная работа, не легче работы вокалиста, который исполняет песни. Да что уж говорить, всем из нас было нелегко, просто никто не хотел подавать вида, чтобы не показаться слабаком. Вот и держались всегда молодцом, хотя усталость едва позволяля нам стоять на ногах.
Я отдал на время гитару ответственному за аппаратуру и пошел в гримерную, чтобы выпить воды, потому что жара стояла неимоверная, хотя погода на улице была уже далеко не летняя.
Когда я распахнул дверь, то естественно думал, что там никого нет, но я ошибался. Она...Она сидела на диване в углу, уткнувшись в свой мобильный телефон и ничего не замечая вокруг. Как вы думаете, что я мог предположить в тот момент? Катрин одна, в моей гримерке, в короткой мини-юбке. Естественно, что мои подростковые гормоны ударили в голову, заставив решить, что она пришла за добавкой того, что произошло прошлой ночью. И я был не против. Меня даже не волновал тот факт, что эта девушка не моя, а брата. Но я ведь всегда был сволочью и привывк получать то, что получить было нелегко. Слишком легкая добыча никогда не вызывала у меня интереса, а запретный плод, за который следовало побороться притягивал меня словно магнитом.
Катрин услышала как хлопнула дверь и подняла голову, встретившись со мной взглядом. Мне сразу показалось, что лицо у нее было встревоженное, и на нем не играет улыбка. Меня это расстроило и разочаровало, но я сразу выкинул глупые мысли из головы, решив, что это просто мои предрассудки.
- Том... - выдохнула она и поднялась, встав напротив меня в полный рост.
Я даже не дал ей договорить. Да, это была моя еще одна вредная привычка - перебивать людей, обрывать их на полуслове:
- Привет, крошка. Как тебе вчерашняя ночь?
- Я пришла не за этим! Я пришла поговорить. - голос девушки был холодным, да и от нее самой веяло жгучим холодом, что меня только сильнее разозлило.
- Да? Ну и о чем же? - спросил я с сарказмом и дерзко улыбнулся, блуждая по Катрин взглядом.
- О Билле...Послушай, я люблю его. А то, что было вчера - ошибка. И ничего боле.
Я усмехнулся и приблизился к ней. Но Катрин этот жест почему-то только напугал и она сделала несколько шагов назад, не желая подпускать меня близко к себе. А меня это заводило еще больше. Она решила поиграть со мной в кошки мышки, а я принял условия этой незатейливой игры. Схватив ее за запястье, я резким движением притянул девушку к себе и, когда ее лицо было совсем близко, то я заметил, как в ее глазах заблестели слезы. Но мне было плевать. Сейчас я не могу поверить, что был таким жестоким эгоистом и подонком. Но я считал, что раз я звезда, то значит мне все можно.
- Ты любишь моего брата? Да что ты говоришь? А почему же вчера ты этого мне не сказала? А? Отвечай!
- Я...я...совершила ошибку..Забудь.
Катрин попыталась вырваться, но я слишком крепко ее держал, и ее попытки ни к чему плодотворному не привели.
- Пожалуйста, отпусти меня. Я вообще жалею, что пришла сюда сегодня.
- Так значит, ты говоришь ошибка? Неужели для тебя ничего не значит прошлая ночь? И я для тебя ничего не значу?
Девушка помотала головой. Как же я тогда был зол. Я с силой впился ей в губы, словно пытаясь убедить ее в чем-либо. Но насильно мил не будешь. Она стала вырываться и в конце концов выпуталась из моих объятий. Это привело меня в дикое бешенство. Я чувствовал даже как от гнева горели мои щеки. Замахнувшись, я ударил ее по лицу. Катрин пошатнулась и схватилась рукой за лицо, изумленно и испуганно глядя на меня. Естественно, бедняга не ожидала, что я способен ударить ее. Да я и сам не ожидал, что смогу так поступить, но в те минуты это был не я, а некое отдаленное подобие на Тома Каулитца.
- Том! Что здесь происходит?! Какого черта?! - за спиной раздался возмущенный знакомый голос, и я резко повернулся.
Билл стоял в дверях, поверженный в шок и еще не осознавая, что же здесь происходит.
- Что происходит? Я тебе расскажу, братишка. Просто твоя подружка, - я кивнул в сторону девушки, - самая настоящая шлюха. Она изменяет тебе!
- Это неправда! - выкрикнул мой брат и сжал кулаки. Скулы на его лице напряглись.
- Правда, еще как правда! Знаешь где она была вчера? - спросил с ехидством в голосе я и тут же сам ответил на вопрос, не дав ни Биллу, ни Катрин раскрыть и рта. - Она была у меня! У меня в номере отеля. И пришла туда сама! А я был не против, честно говоря...Она у тебя что надо.
- Нет, заткнись! - выкрикнула наконец девушка и заплакала, опустившись на пол. - Это ложь...
- Это не ложь. Так что делай выводы, братишка. - закончив свою пламенную речь, я приготовился выйти из гримерки, но вдруг, неожиданно для самого себя, получил удар в подбородок. В глазах потемнело и это едва не сбило меня с ног. Не оставалось сомнений, что досталось мне от Билла, который стоял прямо передо мной, готовый вот-вот растерзать меня.
- Ты что, ненормальный?! Да что с тобой?! - изумился я и дотронулся рукой до ушибленного места, почувствовав как просачивается липкая кровь.
Но ответа я так и не услышал. Брат схватил меня за грудки и прошиел сквозь зубы. Я никогда прежде не видел его таким злым. Нет, это был не тот Билл, которого я знал 17 лет. Но это была лишь моя вина и ничья больше:
- Ненавижу тебя! Ненавижу, Том! Ты мне больше не брат! Забудь вообще про мое существование. - договорив, он оттолкнул меня, после чего поспешил выйти из гримерной, хлопнув дверью. Это были последние слова, которые я слышал от него..Последние....Именно поэтому они до сих живут в моей памяти.

- Что же случилось после? - поинтересовалась Кейти, оторвавшись на секунду от блокнота и взглянув на Тома с интересом и любопытсвом. А парень с удивлением подметил про себя, что как ни странно, а в ее взгляде и голосе не было отвращение и презрения к нему.
- Дальше...Концерт отменили. Естественно, пресса сразу взбушевалась и попыталась разузнать подробности, но Йост ловко все уладил, за что я всегда буду ему благодарен. А Билл...Он исчез.
- Как это? - журналистка была так увлечена уже расскахом парня, что окончательно забыв про писанину, отложила в сторону карандаш и блокнот и теперь просто сидела и слушала Тома.
- Да..Я приехал вечером домой. Готовил речь, хотел извиниться. Я даже готов был ползать на коленях перед ним только, чтобы он простил меня. Но его комната была пустка. Гардероб стоял нараспашку, а в нем не осталось ни единой его тряпки. Он уехал. Вот и все. - Том выдавил из себя грустную неествественную улыбку и вздохнул. Но тем не менее он был рад, что смог все это рассказать, даже несмотря на то, что и не надеялся, что сможет, ведь не каждому по силу говорить о том, какая ты сволочь, которая разбила жизни стольким людям и разрушила чью-то общую мечту.
Молчание висело в воздухе как напряженная натянутая струна, казалось, вечность, прежде чем ее разорвал голос Кейти:
- Неужели вы льше не видели брата?
Том помотал головой и потупил взгляд, уставившись в пол. Действительно, как бы грустно не было осознавать, но браться не виделись уже 8 лет, а винил Каулитц-старший тольк самого себя, ведь больше было некого.
- Ну что ж.... - выдохнула журналистка и пднялас в полный рост, поправив жакет. - Спасибо, что рассказали эту историю. Увидимся через недел в это же время?
- Да, конечно. - парень едва смог выдавить из себя фальшивую улыбку и сам удивился тому, что еще не разучился этого делать как в былые времена - времена Tokio Hotel
Очередное рукопжатие, после чего он, накинув осеннее пальто, вышел на улицу, где уже смеркалось. Взглянув на наручные часы, Том обнаружил, что уже довольно поздно. Неужели он несколько часов провел с незнакомым человеком, рассказывая о столь личных и трагичных моментах из его жизни? Да, ему было в это сложно поверить. Сразу вспомнилось, как перед каждым интервью Йост с деловым и строгим выражением лица наставлял своих подопечных ни под какими предлогами, просьбами, мольбами и предложениями не выдаваться вездесующим свой нос журналистам творческие и личные тайны. Том сейчас отчетливо видел перед собой эти картины из прошлого, которые даже заставили его искренне улыбнуться. Все-таки это были замечательные времена...А сейчас? Сейчас даже Билла рядом нет. Нет никого. Но Том снова, в эту секунду, подкуривая очередну сигару, пообещал себе, что найдет брата и что у него еще будет возможность сказать это простое слово "прости"
- Да...Я найду тебя, Билли... - вздохнул Том, прошептав в пустоту.
Натянув повыше воротник, чтобы укрыться от ветра, он огляделся и растворился в темноте, которая поглотила его, оставив витать в воздухе надежду и пока еще ничего не значащее обещание.

Драка на концерте между участниками группы.

Рассказ №1

Рассказ №2