Утыкаюсь лбом в стекло, смотрю, как за окном автобуса ползут огни фонарей и рекламы. В полуметре от меня оживленно общается кучка одногруппниц, орут так, что плеер заглушают, пытаются выпытать у единственного парня, носил ли он колготки в раннем детстве. В любое другое время меня бы это развеселило, и я бы к ним присоединилась. Но сейчас - раздражает. Раздражает, раздражает, раздражает. Я закрываю глаза и зудяще-жужжащее слово светится краснотой под закрытыми веками. И приспичило им встать именно здесь, автобус большой, могли бы орать в другом месте. Делаю "Раммштайн" громче. Тяжелые и мерные ритмы успокаивают и одновременно придают сил упорно переть против неприятностей - то, что надо.
По дороге к метро:
-Марьян, чего такая унылая?
-Музыку слушаю, - бурчу. И еще громкости.
Иду и думаю о своем подростковом максимализме, гормонах и о том, что это через неделю пройдет. Естественно, от таких мыслей злюсь на себя еще больше.
В метро какие-то мелкие подростки целуются прямо на эскалаторе. Вот гады.
Вдруг прервавшись на половине немецкого слова, плеер умирает! Батерейка села, вот черт, черт, черт. Выпутываюсь из наушников, оглядываюсь по сторонам. Обычная вечерняя станция, поток людей, как всегда.
И тут все чуть-чуть меняется. В настоящем мире, конечно, ничего не меняется. Просто у меня в голове возникла первая строка. Просто всплыла откуда-то из памяти.
В мирах любви неверные кометы...
А у женщины, стоящей рядом, красиво подведенные глаза...
Закрыт нам путь проверенных орбит
От перехода подходит худощавый парень в наушниках. С рассеянной улыбкой, непроизвольно двигает правой рукой, как будто с медиатором - гитарист. Люблю гитаристов. Весь в музыке, плывет по ее волнам... и улыбается, счастливый человек.
Явь наших снов земля не истребит
На встречном эскалаторе стоят парень и девушка, он на ступеньку ниже нее. И снизу-вверх - восхищенный, по-настоящему восхищенный, нежный взгляд. И сверху-вниз в ответ.
Полночных солнц к себе нас манят светы
Еду по привычному маршруту, и ярче становятся цвета и вплетаются новые ноты в мелодию жизни.

Есть один парень. Он почти всегда ходит в белом, а на его кожаной куртке - кельтские узоры. Он порхает среди девчонок, как бабочка, его так часто и называют. Он любит подходить к какой-нибудь девушке, брать ее за руку, заглядывать в глаза и вкрадчиво - у него очень красивый вкрадчивый голос - читать стихи. Он не пытается клеится, такое вульгарное слово к нему подходит как кирзовый сапог бабочке. Девочки его любят, потому что такой романтичный парень очень редко встречается, любят как хорошего персонажа из восемнадцатого века. Но серьезно, естественно, не воспринимают, ведь стихи он читает всем девушкам.
И я хотела бы ему сказать, что он обязательно найдет ту, которой по-настоящему прочитает стихи. А пока я и еще несколько девушек благодарны ему за то, что он делает. Ведь это так красиво, так непривычно нежно и прекрасно, когда кто-то берет тебя за руку, согревает грустным карим взглядом и заканчивает:
Кто видит сны и помнит имена, —
Тому в любви не радость встреч дана,
А темные восторги расставанья!

Да, я люблю идеализировать людей, но ты и правда замечательный человек, потому ты даришь розы, которые не вянут со временем. Если бы не ты, я бы никогда не услышала этих стихов, даже не узнала об их существовании. А сейчас они у меня есть, и за это спасибо тебе.