Вряд ли какой читатель поймёт что-либо в словах, вынесенных в заголовок данной статьи. Сразу не поймёт потому, что автор пытается проанализировать статью большого московского мудреца, председателя Комиссии по перспективному развитию и градостроительству Мосгордумы, депутата от фракции «Единая Россия» Михаила Ивановича Москвина-Тарханова.

Его статья под названием «Кровь? Почва? Вера?» была опубликована в приложении «Петровка, 22» к газете московского правительства «Тверская, 13» 10 июля 2007 г.

Михаил Иванович очень озаботился проявлением националистических настроений и решил в своей статье поставить все точки над i в национальном вопросе. Это неважно, что национальный вопрос несколько далековат от градостроительства: Москвин-Тарханов большой эрудит и на любом заседании Мосгордумы в репликах и выступлениях даёт справки по всем вопросам.

Свою статью Михаил Иванович начинает так: «Непрекращающаяся активность националистов в толще политического планктона, наконец, привлекла внимание китообразных. И вот уже «сама» «Единая Россия» объявила о запуске Русского проекта, чтобы разобраться, наконец, в том, кто такие «русские» и кто — «россияне», и какое место занимает «русская идея» в современной России».

Неслабый заход! Особенно впечатляет «толща политического планктона» и «внимание китообразных». Какой язык и как закручено! Попробуй догадайся, что это за китообразные в толще политического планктона. Но если перевести с москвинтархановского языка на русский, то всё очень просто: «Единая Россия» решила заняться политическим пиаром на русском вопросе в аккурат перед предстоящими парламентскими и президентскими выборами. Правда, при этом сам Москвин-Тарханов тоже попадает в китообразные. Ну что же: большому киту — большое плавание!

Теперь поплывём вместе с китообразным дальше по его статье и посмотрим, как он разбирается с «русскими» и «россиянами», отправляясь в исторический экскурс. «Ну, если верить Нестору Летописцу и А. К. Толстому, то получается, что давным-давно Рюрик с братьями, «варяги средних лет», пришли княжить к новгородским словенам и «чуди белоглазой», откуда и взяла своё начало «земля словен и руссов».

Как там было на самом деле, историки всё ещё спорят, но исторические факты свидетельствуют непреложно: в процессе создания «народного тела» Северо-Восточной Руси в IX — XVI веках в него вошли и славянские племена (кривичи, вятичи, северяне, славяне ильменские, радимичи), и скандинавы (шведы, датчане, фризоны), и финно-угорские народы (меря, мордва, весь, мурома, вепсины), тюрки (хазары, печенеги, торки, берендеи, половцы), литовцы (голядь, ятвяги), и монголы. И это ещё без учёта добавок кровей аланов, готов, сарматов, греков, евреев и арабов!»— вот такой компот представляет из себя русский народ по Москвину-Тарханову.

Действительно, вряд ли мы когда-нибудь сможем узнать, как там было с «варягами средних лет» и «чудью белоглазой». Только возникает большой вопрос: какую лепту внесли в «создание «народного тела» Северо-Восточной Руси в IX — XVI веках все перечисленные им, кроме славян, многообразные племена и народы? Или если выражаться более понятно: какова роль в формировании (этногенезе) русского народа (великороссов) всех перечисленных Москвиным-Тархановым неславянских племён и народов?

Начнём со скандинавов. Возможно, какие-то отдельные шведы и датчане каким-то образом оседали на Руси! Но сколько их было? Десятки, может сотни — ясно, что очень немного. А кто такие «фризоны»? Надо полагать, что это обозначает не перевод понятия «свободные зоны», а непонятное толкование названия очень небольшого народа, населяющего острова вдоль побережья Северного моря у берегов Голландии и Германии. Сейчас фризов насчитывается где-то около 400 тыс.человек. Сколько и как их в своё время могло занести на Русь — несложно представить. Нисколько или может одного, двух, трёх! «Фризоны» — это, конечно, очень важный компонент этногенеза русского народа.

Теперь по поводу финно-угорских и балтских («литовцы» по Москвину-Тарханову) племён и народов. На самом деле до прихода славян на территорию будущей Северо-Восточной Руси здесь проживали малочисленные финно-угорские и балтские племена. Многократно превосходящие по численности славяне в течение IX–XIV веков полностью ассимилировали такие племена, как меря, весь, мурома и голядь. Мордва, как отдельный народ сохранилась, а вот что такое «вепсины» — остаётся только догадываться. Наверно, это всё-таки вепсы. Это очень малочисленный народ, сейчас их насчитывается всего несколько тысяч человек и проживают они в Южной Карелии и сопредельных районах Ленинградской и Вологодской областей. Также понятно, какой могучий вклад внесли «вепсины» в процесс формирования русского народа. Что касается ятвягов, то они всегда жили на территории юго-западной Литвы и никогда по Руси не бродили.

Относительно перечисленных Москвиным-Тархановым тюркских племён (хазар, печенегов, торков, берендеев и половцев) можно сказать одно: эти кочевые племена обитали в разное время — одни вытесняя других, в период VIII—XII веков на обширной территории от устья Дуная до устья Волги и могли занять какое-то незначительное место в этногенезе украинцев (малороссов), но практически не соприкасались с Северо-Восточной Русью.

Что касается аланов, готов и сарматов, то они обитали там же, на территории Северного Причерноморья, а также Северного Кавказа значительно раньше, ещё до появления славян в Приднепровье, а уж с северо-восточными русичами вообще никак не могли соприкасаться. Какое количество греков, евреев и арабов было в лесах Северо-Восточной Руси в IX–XVI веках, мы тоже можем хорошо себе представить. Затем Москвин-Тарханов долго перечисляет, какую «пёструю этническую картину» представляли из себя «правящие классы Московской Руси», как много было среди русской аристократии людей иностранного происхождения. При этом, конечно, он обходит вопрос, а сколько процентов от общего населения составляла эта аристократия в стране, где 85-90% были крестьяне. Ясно сколько составляли: мизерный процент.

Для чего, спрашивается, Москвин-Тарханов пытается доказать, что русский народ бог весть какой компот, настолько намешан-перемешан, «что говорить о русском единстве на основе общего происхождения нашего «синтетического» народа невозможно»? Для того и доказывает, чтобы убедить нас в том, что никакого единства у русских быть не может ни по крови (один происходит от «фризонов», другой — от «вепсинов», третий — от «берендеев» и т. д.), ни по почве (разбрелись по всему земному шару), ни по вере (не все же русские обязательно православные).

Единственным основанием «русскости» является самоидентификация. «Попросту говоря, если ты имеешь начатки русской культуры и считаешь себя русским, ты и являешься русским»,— убеждает нас Москвин-Тарханов. Таким образом, имеет какой-нибудь азербайджанец или грузин «начатки русской культуры» и считает себя русским — значит он и есть русский. А вот Ваня из под Рязани без таких «начатков» — уже стало быть и нерусский. Кто и как будет определять наличие таких «начатков», думается, сам господь не знает, а не только всезнающий Михаил Иванович.

И все эти длинные списки различных «вепсинов», «фризонов», «берендеев» и т. д. призваны убедить, что «миф об этническом единстве русских» — «это мечта националистической оппозиции». На самом деле всё как раз наоборот. Мифом является вышеперечисленный длинный список племён и народов, якобы участвовавших в формировании русского этноса. В 60-х годах чешские учёные провели сравнительный антропологический анализ восточно и западнославянских народов. Оказалось, что показатели русских, украинцев и белорусов на 80-90% совпадают. Незначительно меньше совпадают и наши языки. А теперь давайте проведём такой эксперимент. Вам представляют незнакомого человека и вы не знаете его фамилию. Вы не знаете: Петров он или Петренко, Лукашин или Лукашенко. Можете ли заранее сказать, кто он: русский, белорус, украинец? Да никогда! Столь незначительны наши внешние различия потому, что в каждом из наших трёх народов 80-90% составляет славянская кровь. Здесь и ответ на вопрос, сколько приходится на всех остальных «вепсинов», «фризонов» и «берендеев». Так что есть единство этническое, языковое и культурное не только русских (великороссов), но и триединого русского народа великороссов, малороссов и белорусов.

Однако ничего удивительного в словоблудии Москвина-Тарханова нет. И цель этого «запудривания» мозгов тоже очевидна. Он выполняет социальный заказ власти крупного капитала и коррумпированной бюрократии, которой верно служит и которая боится даже проблесков национального сознания русского народа, а тем более его консолидации и самоорганизации. И это понятно, ведь русские — этнически униженное и социально подавленное большинство. И протест этого социально подавленного и этнически униженного большинства может принять формы социально-классовой и национально-освободительной борьбы, что представляет реальную угрозу существующей социально-экономической и политической системе — крайне несправедливой и вопиюще русофобской. Систему, которую в политической палитре наиболее последовательно, опираясь на мощнейший административный ресурс, представляет партия «Единая Россия».

Поэтому Москвин-Тарханов загодя и навешивает своим потенциальным оппонентам ярлык националистов и экстремистов, «которые в ходе дискуссии будут апеллировать к самым тёмным, дремучим инстинктам человеческих масс, к толпе, к «черни». Так делал Гитлер, так делали Муссолини, Ленин и Мао».

Короче, наклеил оппонентам ярлык «экстремизма», обозвал народные массы «чернью», поставил на одну доску Ленина с Гитлером — и спи спокойно, дорогой товарищ, извините, господин — аристократ Москвин-Тарханов.

Никакая «чернь» ему теперь не страшна. И нечего «Единой России» играть с какими-то «русскими проектами». Её базовая идеология: пещерный антикоммунизм, махровая русофобия и воинствующий космополитизм должны оставаться незыблемыми, что Михаил Иванович Москвин-Тарханов ещё раз очень наглядно продемонстрировал в своей статье.

Александр Мильцов

МГО КПРФ

http://www.homeru.com/news/content/view/5026/175/