Пятнадцать минут седьмого. Утро. Первое января. Первая ночь Нового года прошла. Аня села на диван, взяв свою любимую книгу, М. Булгаков «Мастер и Маргарита».
Часть первая.
…так кто ж ты, наконец?
- Я – часть той силы, что вечно
хочет зла и совершает благо…
Гете, Фауст
Глава 1.
Никогда не разговаривайте с неизвестными.
Только и успела прочитать она. Зазвонил телефон.
Аня бездумно взяла трубку, даже не задумываясь, кто это.
- С Новым годом тебя ещё раз! Как настроение? – принялась щебетать Света, Анина лучшая подруга.
- Нормально.
- Скучаешь?
- Конечно! Первый Новый год без родителей! – была рада её звонку Аня.
- Ты сама этого захотела! Тебя, ведь, никто не заставлял ехать в Германию! – Света совсем не одобряла этого Аниного опрометчивого поступка.
- Я ближе к своей мечте.
- Но, ты же не думаешь, что будешь идти по улице, а он наткнётся на тебя, вы познакомитесь и всё тому подобное…
- Мне ничего этого не нужно! – оборвала подругу Аня, - Я этого даже и не хочу. Я не хочу рушить свою мечту!
- А, представь, у тебя, действительно, есть возможность познакомиться с ним, ты согласишься, продолжишь…
- Нет, - опять оборвала её Аня, - Я не хочу рушить то, что так долго строила. Я не хочу узнавать его. Для меня он навсегда останется романтичным ангелом. Далёким и идеальным.
- Ты опять за старое! Всё! Слушать мочи нет! Мне тоже нравится эта группа, а Билл действительно красивый, но фанатеть не надо!
- Хорошо, не буду.
- Обещаешь?
- Обещаю.
- Ну, всё, я со спокойным сердцем могу с тобой попрощаться. Я ещё позвоню, - пообещала Света.
- Я буду ждать. Пока.
- Пока.
Аня закрыла крышку мобильного телефона.
« Какая же, всё-таки, Света замечательная!» - пронеслось у неё в голове.
Этот Новый год Аня действительно встречала одна. Отметить у телевизора, по традиции, с шампанским, она уселась на диван с ноутбуком, недавним приобретением, и стала читать новости, Фан-фики (рассказы фанатов) и в сотый раз перечитывала биографию Билла Каулитца из мега-популярной группы Tokio Hotel.
Она могла часами любоваться на фотографии Билли.
Самой удивительной вещью в Ане была её любовь к Биллу. Она была не фанатской.
**
Аня нейтрально относилась к песням, клипам, в общем, творчеству Tokio Hotel, хотя, заслышав знакомую песню и любимый голос, сердце невольно согревалось, будто, радуясь за него, что он такой успешный.
Зато Билла, Аня, любила всего, со всеми достоинствами и недостатками.
Она, скорей всего, и не любила самого Билла, а любила образ, который создала в своём воображении.
Образ, романтичного ангела. Аня жила мечтой. Реальность ей казалось сном.
Со стороны, всем казалось, что Аня просто тихая фанатка. Но только Аня знала, что Билл лишь только образец, обложка, а любит она неизвестного человека. Может, Билл Каулитц на самом деле такой, а может, и нет, но она любила не его, она любила мечту.
В 10 часов Аня стала собираться, она хотела пройтись по магазинам. Купить себе самой подарков, порадовать себя в Новом году.
Аня шла по шумной главной улице Берлина, шла навстречу цветным витринам, мимо пролетали дорогие лимузины.
Она шла никого, не замечая, пока к реальности её не вернул какой-то знакомый голос:
- Девушка, не подскажете, который час? – пытался допытаться незнакомец на немецком. Это был высокий брюнет с длинными волосами и с красивыми карими глазами.
Аня сразу узнала его, да это был именно Билл. Она столько раз представляла их встречу, что совсем не удивилась, а достала мобильник и дружелюбно, на немецком ответила «18.33»
- Спасибо, - буркнул парень и пошёл дальше.
И тут до Ани дошло, 18.33.
- Где я столько шлялась? – заорала на всю улицу она.
Аня поспешила в гостиницу, где остановилась, и сразу легла спать. Ей хотелось, чтобы ей приснился Билл, именно её Билл, чуткий, нежный, ласковый. О сегодняшней встрече с мечтой она даже не вспоминала. Она хотела быть только фанаткой.
Утром Аня проснулась довольно поздно, около 12.
Делать было нечего, и Аня вновь решила прогуляться.
Она вышла из номера и подошла к лифту, зайдя в него, Аня увидела того самого брюнета, Билла.
Тот от нечего делать спросил её, сколько времени.
Аня ответила, что не знает.
- А вчера знала! – сказал ей Билл.
- Это было вчера, - отрезала Аня, - Мне просто лень доставать телефон.
- Мне тоже лень, вот я и спросил, - Билл лениво пошевелился, - А меня, кстати, Билл зовут!
- Будто я не знаю! – воскликнула Аня на русском.
- Что, прости, ты русская? – удивился Билл.
- Да. Меня Аня.
- Откуда же ты так хорошо знаешь немецкий? – спросил Билл.
- У племянника диск учебный завалялся, ну не пропадать же вещи! – пояснила Аня.
- А я всегда мечтал выучить русский, но Густав отказывается, говорит, меня учить, что портить. Я знаю только «Как дела?», - сказал Билл, - Кстати, как дела?
- Нормально.
- А как ты в Берлине оказалась?
- Отдохнуть приехала, себя побаловать.
- Понятно. А мы, как всегда на концерт.
- Ясно.
Двери лифта открылись. Аня устремилась к выходу, но Билл её окликнул:
- Ты куда сейчас?
- Прогуляться.
- Можно с тобой?
- Как хочешь.
- Очень хочу!
Билл присоединился к Ане.
Лично Ане было всё равно. Она разговаривала, как с обычным парнем. А от одной прогулки её мечте ничего не сделается.
Они гуляли целый день, возвратись в отель хорошими друзьями.
Аня пригласила Билла в свой номер посмотреть, чего это они там понапокупали. Билл согласился.
Войдя в номер, Билл ахнул:
- Хорошо живёшь! И скока ты здесь?
- Месяц.
Удивляться было чему. На журнальном столике, помимо бесчисленного кол-ва журналов, находилось несколько бутылок шампанского, красного вина и бренди. Также везде в беспорядочном кол-ве валялись жутко дорогие вещи. На весь номер орала музыка. Аня пару секунд пыталась понять, откуда она, пока не выясняла, что забыла выключить ноутбук, лежащий на кровати. Аня подскочила к нему, но Билл оказался проворнее.
- Ну, и смотри, всё равно ничего не поймёшь! – надула губки Аня.
Билл сел на кровать и взял ноутбук, затем выключил неизвестную ему песню (Мистер Кредо – Чудная долина) и залез в папочку MUSIC. (Ох уж эта привычка Ани названия английские всему давать). В основном, там были неизвестные русские, точнее русским то известные, а вот Биллу нет, исполнители. Но вот он увидел папочку с, до боли знакомым названием Tokio Hotel. Он залез туда. Там оказались все их песни, клип и пара фоток.
- А зачем тебе папка Tokio Hotel? – спросил он у Ани.
- Просто так, музыка прикольная, - соврала Аня. Она была спокойна, потому что папка, где не всё было так мало была скрыта, да ещё и называлась «Ничё интересного», да была защищена паролем. Уж в этой папке было абсолютно всё о нём. Даже её собственные рассказы.
«Слава богу, не фанатка!» - с облегчением подумал Билл.
- И, правда, ничего не понятно, - согласился он.
Всё-таки, Аня была не сумасшедшей фанаткой, хотя, тут скорее сказывается то, что она русская. На рабочем столе стояла следующая картинка. Там была изображена зимняя сказочная улица с милыми домами и башенками, а вдалеке виднелся закат.
- Мило, - сказал Билл, увидев это.
У Ани зазвонил телефон, это была мелодия не Токио Хотел, а зачем её ставить, когда ни одна песня не нравилась Ане. Звонила Света.
Что-то, буркнув Биллу, Аня вылетела из номера и хотела уже открыть крышку, как на неё наткнулся не кто иной, а Том Каулитц.
- Мама, уже глюки пошли! – сказала Аня на немецком, скорее по привычке.
- Я не глюк. Била Каулитца не видела? – спросил её Том.
Телефон разрывался.
Аня молча указала на свою дверь и взяла трубку.
Через несколько минут Аня зашла в номер.
У неё на кровати сидели оба Каулитца и непринуждённо болтали.
**
- Э-э, простите, - не поняла Аня.
- А это мой брат Том! – представил Билл близнеца, а Том, в свою очередь помахал ручкой и смазливо улыбнулся.
- Да я уже поняла, - ляпнула Аня.
- Каким же образом? – удивились братья.
- Вам не говорили, что вы немного, как сказать, похожи? – с иронией спросила Аня.
Том включился в игру:
- Правда, смотри, Билл, правда, мы с тобой немного похожи, но только совсем чуть-чуть! Кстати, как тебя зовут-то, солнышко?
Такого Аня от Тома не ожидала, но ответила:
- Аннет!
- У какая! Милая, пацанчик есть? – в наглую спросил Том, а Билл молча уставился на Аню.
Вообще, такового у неё не наблюдалось, но как-то становиться шлюхой Тома она не собиралась, поэтому соврала:
- Да, вродь имеется!
Том скис, да и Билл как-то тоже, правда, Билл не поверил однозначно:
- Ваще, это мона исправить. Но, покачто, я пойду. До вечера. Детка! – послал Том напоследок воздушный поцелуй и вышел из номера.
Билл подошёл к Ане и спросил:
- У тебя правда есть парень?
- А ты сомневаешься? – улыбнулась она.
- Намного. Так что?
- Нету, - сказала правду Аня.
- А Тому, что сказала? – прищурился Билл.
- Ну, милый, спать с твоим братом, никакого желания нет. Ясненько? Тока ему не говори. Океюшки?
Билл наклонился совсем близко к Ане:
- Конечно, не скажу, - губы Билла практически касались Аниных, - Только если поцелуешь.
- Каулитц! У меня нет парня, но это легко исправить!
- В смысле?
- Ты сомневаешься, что я его себе быстро найду? И получиться, что я и не врала Тому, - отстранилась Аня.
- Хорошо, я не сомневаюсь, я не скажу Тому, - наконец согласился Билл.
- Умничка!
Дверь открылась, и вошёл Том, зачем непонятно.
**
- Э-э, - протянул он, - Я, видимо, не вовремя.
- Абсолютно вовремя, - отскочила Аня от Билла, а по-русски добавила, - Убрались бы вы оба из моего номера!
- Ты не могла бы по-немецки разговаривать? – попросили её хором братья.
- Чисто теоретически – да, а чисто практически – нет! – Анюта уже начинала заводиться.
- А теперь тоже самое, но нормальным немецким языком, без этой русской логики! – попросил Том.
- Русская логика ничем не отличается от немецкой! – обиделась за Россию-матушку Аня.
- Ну, ладно, ладно! – сдался Том.
- Стойте! А какой у вас номер? – вдруг зачем-то спросила Аня.
- 482, - хором ответили братья.
- А у меня типа 483? – не сразу врубилась девушка.
- Ну, да, типа. А! Я вот чё зашёл, тебя там Девид убить собирался, я, правда, ему не сказал, где ты, но, может, лучше поторопишься, иначе потом он разорвёт тебя на много маленьких Билликов, а из меня сварит компот и…
- Хватит, хватит, я уже иду! – Билл чмокнул Аню в щёку и помчался искать Девида.
- С каких пор он такой бешенный? – спросил Том, которого тот чуть не сбил.
- Тебе лучше знать! – ответила Аня.
- Ну, да, - Том прошёл мимо Ани и сел к ней на кровать.
Девушка смотрела на него непонимающим взглядом.
Том несколько минут сидел и смотрел Ане в глаза, а потом сказал:
- Ты знаешь, что я тебя хочу, - он не спросил, а именно сказал утвердительным тоном.
- Знаю.
- И…
- Зато, я тебя не хочу, иди Том, мы поговорили, - Аня хотела поскорее спровадить этого бабника.
- Разве? Мне казалось, мы только начали, - Том подошёл ней, обнял и поцеловал. Аня попыталась вывернуться, но у неё не получилось.
Всё бы было ничего, но в номер заходит Билл, успокоивший Девида.
**Немая сцена**
Билл разворачивается и уходит.
**
- Так ты этого с моим братом? – Том уставился на Аню.
Она молчала.
- Прости, пожалуйста, я не знал, - рассыпался в извинениях Том.
- Том, уходи, пожалуйста.
- Хочешь, я поговорю с Биллом? – спросил Том уже на выходе.
- Не надо, этого не нужно. Он мне никто. Пока, Том.
- Как хочешь, - пожал плечами парень.
В душе ему было очень стыдно, так у них с братом состоял договор, не трогать девушек друг друга.
«Но, ведь, она сама сказала, что он ей никто!» - успокаивал себя Том, но с Билом он решился поговорить.
*
Аня села на кровать. Она не понимала, почему Билл так разнервничался.
Поведение Тома её абсолютно не удивило, примерно этого она от него и ожидала, но вот Билл её сильно смущал.
Вообще, он подходил под Анину мечту, но что-то было другое.
«Ладно, пошлю его на…небо за звёздочкой, - подумала Аня, и добавила про себя, - Конечно, всё хуже может кончиться!»
«А он, вообще-то, ничего, что-то знакомое, а что?» – размышляла Аня, - «Чего это со мной? Почему я не кидаюсь ему на шею?»
*
А в это время Билл сидел у себя в номере и гадал, почему он ушёл.
«Очнись, Билл, разве, ты к ней чё то можешь чувствовать? Ну и пусть спит с твоим братом! Она тебе только друг, сама дала понять сегодня. Сегодня? А, ведь, сегодня только вы познакомились! Она тебе никто, а вот брата лучше поберечь, да лучших времён. Брат есть брат. Почему? Мне она безразлична, безразлична, безразлична!» - Билл не заметил, как последние слова выкрикнул вслух.
В номер без стука вошёл Том:
- Ты меня хочешь убить? – он сел рядом с Биллом и шёпотом это сказал.
- Да, то есть, нет, я запутался! – из глаз Билла потекли слёзы, он уже не мог их сдерживать, - Я запутался, Томми, она же мне никто, да?
Он с надеждой посмотрел на брата. Тот лишь в ответ покачал головой и обнял Билла.
Они сидели так до глухой ночи, пока Билл не сказал, поднявшись:
- Пойду-ка я к ней, надо разобраться!
- Уверен?
- Уверен.
*
Билл постучал в Анин номер. Никто не ответил, он вошёл.
Она сидела на кровати и смотрела в одну точку, в пустоту.
- Я, пожалуй, пойду, - сказал он и открыл дверь.
- Останься, - еле слышно сказала Аня.
Билл подошёл к ней и сел рядом.
Они сидели так, спина к спине, всю ночь, думая, друг о друге. На рассвете, Билл молча встал и ушёл.
А Аня продолжала сидеть и… плакать. Да, да, именно, плакать. За эту ночь Аня почувствовал своего, родного Билла. Он молчал, но ей ничего больше не надо было.
Аня посмотрела в окно, рассветало. Она не знала, что это последний рассвет в её жизни.
**
- Ну, поговорил? – набросился на Билла Том, когда тот вошёл в их номер.
- Можно и так сказать, - ухмыльнулся Билл, но на щеках его всё равно блестели слёзы.
- А чего так долго? – не понял Том, - Или там одним разговором не обошлось, признавайся!
- Мы молчали, и мне было хорошо.
- Ладно, братик, я тебя не понимаю. Я пошёл лучше к Густаву с Георгом, они там вроде как смотрят фильм.
- Иди, иди, - разрешил Билл.
Том ушёл.
Теперь Билл реально задумался, и чего эта Аня запала ему в сердце.
Прошёл день. Настала ночь.
Билла разбудила какая-то возня в соседнем, 483 номере. До него сразу доехало, чей это номер.
Встав с кровати, он пошёл на шум.
Дверь оказалась незапертой.
Картина, которая открылась перед Биллом, напоминала бразильскую мелодраму.
Пьяные в зюзю Аня с Томом сидели перед телевизором и страстно целовались.
Всё-таки, у Билла очень мягкий, так сказать, характер. Он не стал устраивать сцен, в принципе, она ему никто, а просто ушёл из номера, потом и из отеля.

Аню разбудил телевизор, новости: «Билла Каулитца насмерть сбила машина, следствие рассматривает версию самоубийства….».
Не долго думая, она пошла в ванную и покончила жизнь самоубийством, вскрыла вены.
А за стеной, тоже в ванне, тоже молча умирал Том, лишившийся брата.

- А-а-а! – закричала Аня, когда проснулась. Всё это оказалось страшным сном. На часах 10. На календаре – 1 января.

Она шла по улице, когда знакомый голос спросил, сколько время, Аня ответила.
Через несколько минут, Аня услышала, как кто-то кричал её имя.
Она обернулась, так и есть, Билл. Он подбежал к ней:
- Я знаю, что тебя зовут Аня, ты мне снилась сегодня, - выпалил он.
- Что? Ты прав, я Аня, а ты во сне, случайно, под машину не попадал? – вопросом на вопрос ответила девушка.
- Попадал, тебе тоже это снилось, и живёшь ты в 483 номере. Да?
- А ты в 482, - согласилась Аня.
Они гуляли по пустынной аллее в одном из Берлинских парков. Странно, но вокруг не было ни души.
Они присели на лавку, и в то время, когда Билл доказывал Ане, что Бога нет, в аллее показался первый человек.
Росту был он не маленького и не громадного, а просто высокого. Он был в дорогом сером костюме, в заграничных, в цвет костюма, туфлях. Серый берет, он лихо заломил на ухо, под мышкой нёс трость с чёрным набалдашником в виде головы пуделя. По виду – лет сорока с лишним. Рот какой-то кривой. Выбрит гладко. Брюнет. Правый глаз чёрный, левый почему-то зелёный. Брови чёрные, но одна выше другой. Словом – иностранец.
Пройдя мимо скамьи, на которой помещались ребята, иностранец покосился на них, остановился и вдруг уселся на соседней скамейке, в двух шагах от влюблённых.
«Немец» - подумал Билл.
«Англичанин, - подумала Аня, - ишь, и не жарко ему в перчатках».
А иностранец окинул взглядом высокие дома, квадратом окаймлявшие пруд, причём заметно стало, что видит это место он впервые, и что оно его заинтересовало.
- Ты, Аня, - говорил Билл, - очень хорошо и сатирически доказала, например, рождение Иисуса, сына божия!
А сам подумал – «Чего это я несу?»
Билл прервал свою речь, потому что иностранец вдруг поднялся и направился к ним.
Те поглядели на него удивлённо.
- Извините меня, пожалуйста, - заговорил подошедший с иностранным акцентом, по русски, но, не коверкая слов, - что я, не будучи знаком, позволяю себе,…но предмет вашей учёной беседы настолько интересен, что…
Тут он вежливо снял берет, и друзьям ничего не оставалось, как приподняться и раскланяться.
«Нет, скорее француз…» - подумал Билл.
«Поляк?..» - подумала Аня.
- Разрешите мне присесть? – вежливо попросил иностранец, и парочка как-то невольно раздвинулась; иностранец ловко уселся между ними и тотчас вступил в разговор.
- Если я не ослышался, вы изволили говорить, что Иисуса не было на свете? – спросил иностранец у Билла на немецком.
- Нет, вы не ослышались, - учтиво ответил Билл, - именно это я и говорил.
- Ах, как интересно! – воскликнул иностранец.
- А вы не соглашались с вашим собеседником? – осведомился неизвестный, повернувшись вправо к Ане.
- Не соглашалась! – подтвердила та.
- Изумительно! – воскликнул непрошенный собеседник, - Но, позвольте вас спросить, как же быть с доказательствами бытия божия, коих, как известно, существует ровно пять?
- Увы! – с сожалением ответил Билл, - ни одно из этих доказательств ничего не стоит.
- Допустим, но вот какой вопрос меня беспокоит: ежели бога нет, то, спрашивается, кто же управляет жизнью человеческой и всем вообще распорядком на земле?
- Сам человек и управляет, - поспешила сердито ответить Аня на этот, признаться, не очень ясный вопрос.
- Виноват, - мягко отозвался неизвестный, - Представьте себе, если, допустим, человеку приснилась встреча с другим человеком, и, в конце концов, она обернулась для всех трагедией, а потом этот человек, которому всё приснилось, встречает этого другого, из сна, на улице, ну, и всё повторяется, что это по вашему, он сам собой управил так?
Билл с Аней переглянулись:
- А что это значит? – несмело спросил Билл.
- Ну, скорей всего, значит, что сон был на самом деле, а просто людям дан второй шанс, но есть вариант, что этот сон, так сказать, предостерегал от ошибок, - ответил незнакомец, - Ну, извините, мне уже пора, только, умоляю вас на прощанье, поверьте хоть в то, что дьявол существует! О большем я уж вас и не прошу.
- Хорошо, хорошо, - фальшиво-ласково проговорил Билл, - Всего доброго.
Незнакомец развернулся и пошёл вниз по аллее, пока Аня не нагнала его:
- Скажите, так кто же вы, наконец? – запыхавшись, спросила она.
- Я – часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо… - ответил он и, не оборачиваясь, ушёл. Аня смотрела ему вслед, пока он не скрылся за поворотом.
«Где-то я уже это слышала» - подумала Аня.
Билл давно стоял рядом с ней, а, заметив растерянность на её лице, спросил:
- Всё в порядке?
- Да, всё нормально, пойдём.
*
Этим вечером, Том, по ошибке, зашёл в номер 483, вместо своего.
Около двери лежала девушка, Том проверил пульс и понял, что она мертва. Тогда, он пошёл уже в свой номер.
- Билл! Ты где? – спросил он, но ответом была тишина.
Парень прошёл в комнату.
На полу валялся мёртвый Билл, а на тумбочке лежала записка, написанная явно не почерком Билла, а другим, каллиграфическим:
«Не вини никого, что их нет, они сами этого захотели»
*
Через несколько дней, Том сидел на той самой скамейке, где Бил с Аней разговаривали с неизвестным иностранцем.
Том был погружён в свои мысли. Вдруг, к нему подошёл незнакомый человек, это был именно тот, кто убеждал его брата и Аню, что дьявол существует:
- Разрешите мне присесть? – спросил он у Тома.
- Конечно.
- Вы видели записку? – сразу спросил незнакомец.
- Да, вы что-то знаете о смерти моего брата и той девушки? – с жаром воскликнул Том.
- Немного, они действительно сами того захотели.
- Они сейчас на небесах, да? – спросил Том, начавший верить в Бога.
- Нет. Они не заслужили света, они заслужили покоя.
*
Том вернулся в отель, и пошёл в номер той девушки, в 483.
На диване он увидел книгу. Он не умел читать по русски, но как-то перевёл название первой главы. «Никогда не разговаривайте с неизвестными».