эта духота из комнаты, в которой мы спали, проникла и в наши отношения (с)

и в субботу была на вечеринке. встретила людей, которых очень давно не видела - из тех, кто первыми взяли привычку тусоваться восемь дней в неделю. в те времена в одну ночь могли открыться несколько клубов и пипл шлялся не ради тусовки, а для фана. так удивлялись друг другу! нет, не то чтобы *жив курилка* - тогда казалось, что некоторые *испаряются*, поскольку уезжают в дальние края. ни фига. оказывается, что некоторые уже вернулись или просто стали большими - обзавелись семьями, портфелями и животами.

я его не узнала - от прежнего осталось в два раза меньше тела и волос. очень похудел и клыки модные нарастил - прям совсем мальчик. хорошо улыбается и заливисто смеётся. как раньше. абсолютно безсознательно вздохнул с облегчением, когда узнал, что я пришла одна. нет, не потому, что *а давай начнем сначала* - просто он тоже один, и мы были единственной парой без пар. и спасибо, что про личную жизнь был всего один вопрос.
- ты не в монастырь собралась?
- нет. я кагор не очень люблю.

сцепились языками. он очень интересный рассказчик и его жизнь действительно полна настоящих событий. без всяких там соплей вспоминали людей, события и в общую личку не лезли - обошлись без пошлостей.

вечеринка закончилась и мы продолжили: поехали туда, где частенько завтракали после танцев-матанцев. у него отличная память - ледяной чай, текила-бум, поридж. только я уже подросла - бутылка воды без газа, водка и какой-нибудь еды, а не сладкой овсянки.

он непьющий, а неожиданности начались после моей дозы водки. *почему ты тогда мне так сказала?*.
а я взяла и рассказала всю правду. нет, это не про *лучше поздно, чем никогда*. просто так случилось.

летом мне удавалось заснуть при наглухо заколоченных окнах и под одним толстенным одеялом, но как только пришла осень - всё изменилось. ты, как уроженец города дождей, а не снега, очень боялся холодов, сквозняков и открытых форточек - в нашей спальне стояла фиговина, которая нагревала воздух до одурения и, вдобавок, ты кинул еще одно толстенное одеяло поверх прежнего. каждый раз, когда мне удавалось приснуть в этой духоте только благодаря тому, что тихонечко скидывыла эти ужасные одеяла, ты, просыпась, каждый раз снова в них запаковывал. и каждый раз, просыпаясь от навалившейся тяжести и духоты, очень, очень злилась. ты засыпал крепко и по-настоящему через секунду, а я лежала и злилась, злилась, злилась...до слез... дальше - больше: я под разными предлогами оставалась у себя всё чаще, потихонечку мои вещи перекочевали обратно. очень боялась у тебя оставаться - пришлось бы засыпать вместе. а в условиях невыносимой духоты я не вожусь, поскольку не выживаю.

- а почему ты ничего мне не сказала?  могли бы спать под разными одеялами. или в разных комнатах.

- я тебе говорила. только ты настаивал на том, что если я не могу уснуть с тобой под одним одеялом то это значит, что у меня есть кто-то другой.

- так говорил??????!!!! да ты что?!!!

такая хреновина - одно одеяло. и, как следствие, другая судьба.

зы. этот же день, но полдень. прочла и обнаружила явный перекос. не знаю, зачем я это делаю, и тем не менее... а про *моя мама любит меня больше, чем твоя мама любит тебя*, про то как заставлял жрать то, что я терпеть не могу - арахисовое масло, бананы, брюссельскую капусту, овощные смеси с кучей моркови, настаивая на том, что питание должно быть здоровым, а кайф от питания есть распущенность и, когда стошнило прямо в тарелку с овощным супом, где моркови плавало больше, чем у меня волос на голове, ты стучал по столу, холодильнику, мебели и орал, что я делаю это тебе на зло - я забыла, но извекла хороший урок - беги, детка, если любят себя, потом еще раз себя...