Пушкин – for ever!!!
Вспомнился вечер после защиты диплома Д. в РУДН – тосты и просто беседа преподавателей журфака – вот это родниковая речь, вот это кладезь мудрости, благородства! Как глоток кислорода задыхающемуся!
И такое же ощущение от беседы с о. Олегом, и с ныне покойным о.Николаем.
Давно, когда возвращались из Сорова, не хотелось расплескивать то, что почувствовала в тех святых местах. Приняла обет молчания на время дороги – тогда это было сутки. И это показалось спасением. Для души.
Начался пост. Ихочется максимально очиститься. «У каждого есть возможность стать святым, не каждый этой возможностью пользуется».
Преображение, доброта, чистота.
Хочу в этот пост избавиться от гневливости, раздражительности, зависти, нетерпимости, несдерженности.
Поголодать бы дней 40, помогло бы, пожалуй. И постараюсь больше молчать. Благо это – самое легкое для меня, мало того, нравится мне это.
Сейчас молодым труднее, чем раньше, когда были определены приоритеты в отношении жизненных ценностей, когда был кодекс строителя коммунизма, где каким-то образом прописывались правила поведения. Было понятие того, что плохо, что хорошо, и главное, эти прописные ценности не противоречили собственной совести.
Сейчас молодежи приходится самой брести в темноте к истине. И родные чаще всего здесь не в помощь – сами блуждают в потемках. Какая тяжелая ноша на хрупких детских плечах! – Это у вопросу о дневниках – хорошо, что хоть какая-то отдушина есть. И грустно, да нет, пожалуй, даже трагично, что чаще всего рядом нет человека, с кем можно поделиться своими мыслями, болями, проблемами. Кто может если не помочь, то хотя бы просто выслушать. В этом, может, и кроется необходимость этих дневников.
Хочется горячего хлеба, такого, как на экскурсии на хлебокомбинате в Будапеште, в 1-м классе. И такого, как в Бресте, после парашютных прыжков, когда покупали горячий хлеб прямо на проходной хлебзавода, а потом его ели всей своей веселой компанией, запивая холодным молоком их пакетов. И смеялись, как сумасшедшие!!! Где там моя Надюша Алексеевич из Алексеевки? И Танька Болотова?
Господи, как я скучаю по Бресту, по тем временам! С прыжками, соревнованиями, геодезической практикой, весной, Мухавцом, с пшеничным морем под окнами общаги, которое меняло цвет от голубовато-зеленого до золотого. И над которым летали чайки – Муховец (наша река) рядом. И как однажды 9 аистов на сумасшедшей высоте парили над этим полем. Какое-то нереально завораживающее действо! А как пахло это поле! Пшеничные колосья с их пшенично-восковой спелостью – теребили их в ладонях, сдували шелуху – и в рот! И голубое-голубое небо над головой! И солнце!!!