Знаете, а ведь мы так много не_замечаем, не_хотим_замечать, замечаем_но_в_страхе_закрываем_на_это_глаза. А ведь во всём этом, в этих таких неприметных на первый взгляд вещах кроется вся наша и без того ничтожная жизнь. Хотя бы те подснежники на кладбище, их ведь было так много на пути...

И этот мир, мир ведь не ограничивается четырьмя стенами и книгой, мир - он далеко за гранью понимания, далеко за линией горизонта, безгранично далеко от нас в другом конце Вселенной...мир не должен обрываться с выключением айсикью. а у меня он, чёрт возьми, обрывается.  

Я до сих пор не понимаю, как так молго случиться, как всё могло зайти так далеко и так слишком серъёзно, так долго и мучительно, так не_свойственно для меня, так сладостно невыносимо страшно, так неописуемо всем моим словарным запасом. Я не понимаю. Мне страшно. Страшно, когда эта тоска начинает тянуть за руки-ноги в разные углы комнаты и тошнотворным комком останавливатся в районе между восьмой и одинадцатой парой  рёбер. Страшно, а вдруг, вруг я никогда-никогда в жизни не смогу сказать то, что внутри, то, что так нужно и так хочется сказать? И что если вдруг всё, чем я живу и что имеет для меня жизненно необходимую потребность разом рухнет как карточный домик нечаянно тронутый холодными влажными пальцами? Мне просто тоскно и до невозможности страшно. Страшно до беспричинных слёз по утрам и заваривания кофе для успокоения.

страшно, так страшно, весь мой мир превратился в цветочек...это не я, нет, это кто-то другой. так страшно.