Момент сопряжения богатства и бедности на основе трудового процесса достигается в благотворении. Благотворительная деятельность - непременная принадлежность христианской праведности (прежде всего - для мiрских людей127), она  - одна из тех пяти добродетелей, которыми созидается благочестие128 .

Эта деятельность, несомненно, полезна для тех, кто наделен Богом материальными благами. "Богатии должны суть благодарити Бога за дары Его" (Петр Дамаскин, I - ДС 2, 135), поскольку "вещественным богатством приобретают невещественное, милостыни законами (Илия Екдик. Цветособрание, 28 - ДС 2, 643), и, таким образом, "и в нынешнем и в будущем веце спасаются промыслом Божием, милостыни ради: яко без нищих не имут спасения души, но ниже искушений богатства избежати могут" 129.

И если они не могут достигнуть "упражднения и покоя души", продав имение, раздав полученное нищим и почив от стяжания своего "во умнем уповании", то могут, по крайней мере, осуществлять подвиг "легчайший"130 - благотворить имением, то есть делами131 (вплоть до некоторого утеснения самих себя132), и, таким образом, улучить возможность спасения, потому что "кроме же миловати по возможности своей" не может богатый "жив быти, или спастися: зане аще не хощет ущедрити естества своего, како Бога молит ущедрити его" (Петр Дамаскин, I - ДС 2, 45; Паисий Святогорец. Т. 2 С. 165).

Милосердная деятельность полезна и неимущим - поскольку "щедролюбие избыточествующих восполняет оскудевающих потребу" (Нил постник, Слово постническое - ДС 2, 752).

"Если, по сказанному в Соломоновой притче, милуяй нища взаим дает Богови (Притч. 19, 17), то дающий взаймы, имея благопризнательного Воздаятеля долгов, пусть отдает всё, что имеет, чтобы во много крат умноженным найти всё там, ничего такого не оставив суетности, что привело бы к раскаянию, как оставленное худо. Ибо всё, отданное не на благотворение, действительно бывает напрасно и безполезно. (Нил Синаит. К Агафию, 4, 17 С. 35).

В то же время милосердие и благотворительность - не в полной власти человека: "и то самое, еже мощи содеяти благо, Божий есть дар" (Феодор Едесский. Слово - ДС 2, 632). "Всякое благо от Господа смотрительне приходит: и носящие оныя суть служители благ" (Марк Подвижник. О законе, 158 - ДС 1, 56) - так следует воспринимать факт милостыни обеим сторонам, физически в нём участвующим.

Более того: Господь признал "самой великой и тяжкой неправдой - не употреблять сил своих на благотворение нуждающимся ... по мере сил, соображаясь с потребностями каждого" и "закон природы поставляя на второе место после добродетели"133, или, что, может быть точнее, постигая "законную правду, яже есть к тождеродному милостивно сострадание" (Никита Стифат. Первая сотница, 13 - ДС 2, 363).

[...]

Важное значение для этого имеют те исходные посылки, основываясь на которых аскетическая мысль осмысливает добродетель благотворительности:

Прежде всего, благотворительность как добродетель может быть только следствием иных добродетелей - "не милующий себя не может быть милостивым к другому (Макарий Египетский, 3, 2, 6), а милующим себя, то есть живущим по-христиански, мы можем считать только человека, стремящегося освободиться от греха и улучить спасение, что уже само по себе (как мысль изреченная или неизреченная, но наличествующая) является добродетелью: "немилостивии ... премудрость Божию познати не возмогоша"137, так что милостивый, если рассуждать от противного, должен обладать знанием этой премудрости, и теперь его задача - построить свою жизнь в соответствии с ней; сама же милостыня, как Дар Божий, означает важный шаг

- благотворение должно быть активной потребностью души, так что "человек, имеющий любовь, не довольствуется лишь тем, чтобы давать тому, кто попросит у него милостыни, но и сам ищет людей, находящихся в нужде, чтобы поддержать их"; добро, которое делается "не из-под палки", а ощущается как естественная необходимость, воспитывает душу, раскрывая её и приводя в умиление, и открывает райские двери (Паисий Святогорец. Т. 2 С. 160; ср.: Там же. С. 158-19; Т. 4 С. 175; Лавсаик. С. 260);

- благотворение обнимает всех - своих и чужих, близких и иноплеменников, - но прежде всего тех, кто не имеет возможности воздать за него138; но это не значит, что оно должно осуществляться без разума, "понеже всякая вещь требует время и рассуждения", - благотворение должно быть справедливым, ибо "слеп милостивый, если он несправедлив: возделывает поле, с которого не может собрать жатвы"; кроме того, оно должно быть благовременным и соответствовать реальной потребности и духовной пользе не только берущего, но и дающего139

- благотворение уподобляется жертве Христовой за человечество и потому не имеет границ, если для него есть возможность: "стом давый милостыню, могий же и другим дати, напоити же и напитати многих молящих его, и вопиющих отславый, яко ни напитав Христа, судимь будет от Него"; "сего ради коегождо брата своего и ближняго яко Бога своего ... вся да истощавает имения к служению его, якоже Христос и Бог наш истощил есть кровь Свою за спасение наше"140; крайний предел, "совершенная милостыня" - отдать за ближнего свою жизнь (Петр Дамаскин, I - ДС 2, 45), а единственная мера милостыни - самоотвержение каждого141;

- источником благотворения для истинного благотворителя (не такого, какие встречаются в мiре142) должен быть собственный труд143: "если сеешь в нищих, то сей своё, ибо чужое и плевелы превосходят горечью", потому что "Бог узаконяет праведнику подавать милостыню от праведных трудов (Притч. 3, 9)" (Нил Синаит. Мысли, С. 374). Но, даже если плоды своего труда столь малы, что не позволяют благотворить вещественно, сама мысль о благотворении является спасительной144. В то же время, если источником милостыни является нечто, происхождением своим обязанное страсти сребролюбия, то страть эта оскверняет и саму милостыню145;

- благотворение должно рассматриваться не как выявление вовне духовной пользы от материального благосостояния, но прежде всего как честь146, служение, средство сохранения духовных даров147 и инструмент духовного воспитания того, кто имеет возможность благотворения.148. Цель милостыни - не сделать "добытое собственным трудом средством ко спасению для другого", а извлечь самому пользу из своей собственности, чтобы не стать "виновником для себя мучений за любостяжательность, а для других виною благих воздаяний за благотворительность" (Нил Синаит. К Агафию, 6, 2. С. 41). Поэтому милостыня должна восприниматься некоторым образом отстраненно, - по крайней мере, субъективно не считаться заслугой или чем-то высоким; это - как бы дань Тому, кто является Виной всякого богатства149 .

142 "Совершаемое без труда есть правда людей мiрских, которые творят милостыню из внешнего, сами же в себе ничего не приобретают" (Исаак Сир. Слово 74. С. 371)

143 "Щедрость дающего блаженнее, нежели скудость принимающего, особенно та щедрость. которая подает не из денег сбереженных по неверию или безнадежности (на промысел Божий), и не из сокровищ, скрытых по скупости, но проходит от плода собственного труда и благочестного пота", когда подающий "своим трудом не только удовлетворяет свои потребности, но с благочестивой заботливостью спешит приготовить ещё, что подать бы нуждающемуся (это относится особенно к монахам)"; таковой "почитает Бога от своих праведных трудов, приносит Ему жертву от плодов своей правды" (Иоанн Кассман. К Кастору, 10, 19, со ссылкой на Деян. 20, 35)

144 "Начинай работать и по силе помогай обездоленным, делясь с ними последним куском хлеба ... Но даже человеку нечего дать нищему и у него болит от этого сердце, то он дает ему милостыню высшего порядка. Он дает ему милостыню кровью своего сердца" (Паисий Святогорец. Т. 3. С. 84-85). Ср.: "несть нуждно имети вещь ... ко еже миловати, сие паче великая немощь есть, но да и отнюд не имеяй чим миловати, благоутробие ко всем имать, егоже стяжав, может помощи требующим, безпристрастен убо быв к вещам житейстким, к человеком имый сострадание. ... Немощному лучше бо есть удаление от всех, и нестяжание много лучше есть милостыни" (Петр Дамаскин, I - ДС 2, 45)

- благотворение не должно быть обусловленным или лицеприятным - прежде всего потому, что побудительный мотив его прямо противоположен мотивам из сферы юриспруденции150, а так же и потому, что не дело человека - судить о праведности или неправедности того, кто является объектом его милостыни; его же дело - оказать милость, суд же принадлежит Богу151. И уж ни в коем случае благотворение не должно происходить на страстный помысел славалюбия - такая милостыня окажется прямым свидетельством против ее совершителя на Страшном суде152; "как поступаешь с ближним своим, так и поступят с тобой Бог. Если возлюбишь ты ближнего своего, придет к тебе Бог и возлюбит тебя. ... И если отвернешься от ближнего своего, и Господь отвернется от тебя и не примет тебя в Царствие" (Макарий Египетский, 5, 2, 4);

- благотворение не должно быть оскорбительным для получающего милостыню: нужно уметь дать так, чтобы в человеке принимающем ни в чем не был помрачен образ Божий, потому что высшая задача милостыни - не столько поддержать телесные потребности благодетельствуемого, сколько укрепить его дух и свое смирение153.

150 "Милосердие противоположно правосудию. Правосудие есть уравнивание точной меры: потому что каждому дает, чего он достоин, и при воздаянии не допускает склонения на одну сторону или лицеприятия. А милосердие есть печаль, возбуждаемая благодатию, и ко всем сострадательно преклоняется" (Исаак Сир. Слово 80. С. 41-42)

Милостыня, в конечном итоге, являет собой имение нетленное, "сокровище живое", единственное стяжание, на которое человек может надеяться и которое не обманет его в его надеждах, то стяжание, которое взято будет с собой при исходе души от тела и может быть дерзновенно предъявлено Судье, став основанием для получения соответствующей деяниям "мзды"154.

В то же время дела благотворительности имеют свой предел, связанный не столько с потенциалом дающих, сколько с благом берущих: "если человек без конца получает помощь, то, в конечном итоге, он остается безпомощным", поэтому "чтобы человеку ... пошла на пользу чья-то помощь, он и сам должен себе помочь"155. Кроме того, если милостыня служит благодетельствуемому поводом для лицеприятия, она не полезна ни ему, ни его благодетелю.156.

Игумен Филлип (Симонов)

Церковь - Общество - Хозяйство (стр. 235-240)