14 июля 1941 г.

(...) Оба Ваши письма получил со всеми приложениями. "Казаки волнуются", - это так понятно, но вот зачем они бегают к Вам и мешают Вам работать и жить?  

Ведь дело так просто и ясно. Германия, а не кто-нибудь другой ведет страшную кровопролитную войну с большевизмом и большевиками. Она призвала почти все народы Европы к этой войне, но она умышленно, и вполне понятно почему, не призвала к этой войне русских "белых": во- первых, такое призвание усилило бы и укрепило бы большевистскую пропаганду в Красной Армии, - мол с немцами идут "помещики и капиталисты" отнимать от вас земли и все имущество, а немцы, наоборот, наделяют крестьян землею, во-вторых, все другие народы - финны, датчане, испанцы, румыны, словаки и пр. выставляют вполне готовые части, сорганизованные, одетые и более или менее обученные, тогда как "белых" русских пришлось бы одевать от фуражки до подметок на сапогах, и обучать, на что у немцев нет ни охоты, ни средств... Таким образом миф о том, что создаются какие-то отрады, какая-то "белая армия", как ни сладок он нашей эмиграции, является всего лишь сладким бредом...

Какая будет Россия после окончания войны с большевиками - единая или разделенная на частя - знают только два человека - Хитлер и Геринг и они никому этого не скажут.

Можно только из некоторых поступков и слов фюрера и из сознания, что этот гениальный человек, подобного которому еще не было в мировой история, никогда не ошибался, догадываться, что Германия не собирается создавать слабое лоскутное государство, которое сейчас же станет объектом купли-продажи у Англии и Америки. Во всяком случае, планов и решения его... ни на йоту изменить не можем.

(-)

В канцелярии фюрера теперь получается очень много всяческих резолюций беженцев, на них никогда никакого ответа не бывает, повторяю: Германия, но не русские беженцы, не "украинцы", не казаки ведут кровопролитную и нам нужно терпеливо ждать, чем она кончится и лишь тогда мы увидим, будем ли мы призваны немцами или тем новым правительством, которое образуется в России и заключит мир с немцами и, если будем призваны, то на какую работу. (...)