Можно предположить, что “часом Х” в отношениях между Россией, Китаем и США станет 2008 г., когда в России и США пройдут очередные президентские выборы, а в Китае — Олимпийские игры.
Для Китая Олимпийские игры в Пекине станут поводом для того, чтобы открыто заявить о себе как о второй сверхдержаве. Китай обеспечит высочайший уровень организации Игр и скорее всего добьется победы своей команды над командами США и России по количеству олимпийских медалей (в т.ч. золотых). Игры будут носить откровенно политический характер (по примеру Олимпиады в Берлине 1936 г.).
В случае успешного для Китая проведения Игр (что практически гарантировано), Пекин, по-видимому, предъявит Тайбэю ультиматум с требованием объединения по принципу “одна страна - две системы”. Если ультиматум будет принят (скорее всего, так и случится), объединенный Китай действительно станет второй сверхдержавой, способной на равных бороться с США как в экономической, так и в военной сфере. Тогда следующий ультиматум получит уже Россия — с требованием создания тесного военно-политического союза под руководством Китая против США и возвращения “спорных” территорий. Таким образом Россия, в которой у власти будет новый президент (еще только вступающий в должность) окажется перед сложнейшим историческим выбором.
Если Тайвань откажется от объединения на условиях Китая, Пекин применит силу. По-видимому, это произойдет в конце 2008 - начале 2009 г., когда в США будет иметь место переходный период между двумя президентами (если, конечно, Буш не проиграет уже в 2004 г.). Принять решение о начале боевых действий против Китая для Вашингтона будет, пожалуй, труднее, чем в ХХ веке вступать в обе мировые войны. Даже при наличии технологического превосходства и в условиях массового развертывания боевых систем пятого и шестого поколений война с Китаем может обернуться для Америки серьезными потерями без малейших гарантий успеха. Тем более, еще неизвестно, в каком состоянии будут находиться и США, и Россия в результате битвы с “международным терроризмом” и будут ли они к тому времени союзниками. Если состояние будет удовлетворительным, а союз сохранится или укрепится, то Пекин на конфронтацию не пойдет. Он очень прагматичен, несмотря на амбициозность.
О том, собирается ли Китай реализовывать подобный сценарий, можно будет судить по некоторым косвеным признакам. Например, усилится ли поток китайских мигрантов в Россию. Ультиматум ведь удобнее предъявлять, если есть благовидный предлог, например — “защита соотечественников”. Кроме того, можно понаблюдать за тем, насколько активно будет Пекин использовать свое лобби в Москве не только в прикладных, в основном экономических целях, как это делается сейчас, но и во внутри- и внешнеполитических. Не попытается ли наш “стратегический партнер” привести к власти в Москве в 2008 г. “своего” президента из числа “государственников”, страдающих иррациональной ненавистью к США?