Чтобы стереть из памяти сынов Израилевых мечты о земле обетованной, фараон заставлял их работать так, чтобы не оставалось у них сил и времени обратить лицо свое к небу. Мы загоняем себя в такое состояние добровольно, и нет Моисея, который бы вывел нас из такого плена. Работа, земная суета, борьба за хлеб насущный... В последнее время я часто вспоминаю фразу: "сгорит земля и все дела на ней". Подспудно мы все это чувствуем, поскольку век человеческий короток, но при этом упрямо и ожесточенно строим свою вавилонскую башню, забывая о "едином на потребу", о том, что не горит и не ржавеет, о том, что возвышает ум и преобразует сердце - о духе любви божественной. Даже если мы набрались решимости, перешли житейское море яко по суху, потопили колесницы фараона мысленного, мы и тогда ропщем, вспоминая котлы со свининой, которые суть страсти животные, услаждающие нашу плоть. Мы, наверное, забыли или не знаем вкус манны небесной или горьких вод Мерры, которые стали слаще меда. Наши сердца глухи к гармонии небесных сфер и к легкому дуновению духа. Нам бы что-нибудь погрубее, чтобы кипела кровь и сердце колотилось бешенно. И неважно, что сосуд наш внутренний останется пуст и мертв. Мы заполним его работой на благо фараона, станем обжигать кирпичи день и ночь, не смея даже взглянуть на небо. А то вдруг оно уязвит нас неземной красотой. Без него спокойнее и яснее...