Мне всегда нравился библейский образ купины неопалимой. Терновник полыхал божественным огнем и не сгорал, оставался живым и зеленым. Все это имеет прямое отношение к нашей душе и к нашей жизни. Помнится, в юные годы одолевали меня грандиозные замыслы. Мысли теснились в голове, готовые разорвать череп, чувства кипели в сердце, обжигая его, образы являлись перед глазами как живые. Я забывал про сон, еду, друзей; день и ночь стучал по клавишам машинки, словно одержимый, пока усталость не брала свое и разочарование не остужало душу. Силенок и умения было мало, так что вместо стройного здания с белыми колонами, получались безнадежные развалины. Тогда впадал я в уныние, разуверивался в своих способностях. Что-то похожее случалось и в любви. Фантазии было не занимать, я влюблялся сразу и "на века", с полоборота бросался на штурм "крепости", требуя от женщины всего и сразу. Любовь вспыхивала ярко и тут же угасала, оставляя после себя горький дым оставленности и разочарования.
Вера дала мне мудрость. Всему, что происходит в жизни человека, должен быть свой срок и свой накал. Чувство или мысль должны зародиться и расти как травинка, как колос. Они должны пройти сквозь холод и дождь, закалиться в бедах и неудачах, должны гореть размеренно, будто лампада перед иконой. Если фителек выдвинут мало, то огонь гаснет быстро, а если сильно - то много чадит и сгорает моментально. Точно такой же должна быть и вера: если она с надрывом, с чрезмерной ревностью, то быстро остывает, остается только привычка, не более того. И еще нужно всегда помнить: божественный огонь любви, мысли, веры, вдохновения всегда приходит свыше. Если это сделал я, своими слабыми силами, то это всего лишь глина, имеющая некую форму. Только Дух делает из этой глины живое, вечное, великое. Мы лишь свидетели этого таинства, как Моисей при купине неопалимой. Только охваченные этим дивным огнем, мы можем гореть, не сгорая и не обжигаясь. Дай Бог всем этого светлого огня - и в творчестве, и в жизни...