Во-первых, это не имеет никакого отношения к Дании. Во-вторых, - никакого отношения к кино. Просто в славные советские времена нужно было обязательно снимать фильмы к каким-то определенным датам: к первому мая, к годовщине революции или юбилею генсека, - это и называли "датское кино". За это хорошо платили и многие мои друзья не пренебрегали таким заработком. Мне кажется, наши честные отцы многое переняли от советского времени. Они также любят напрячь нас, иконописцев, чтобы мы успели закончить икону или роспись к определенному празднику - к Рождеству или Пасхе. Их понять можно, но нам от этого не легче. Вместо того, чтобы внимать страшным и высоким событиям Страстной седмицы, мы ползаем по лесам по уши в краске, судорожно заканчиваем "Страшный суд". Здесь уже не думаешь о чем-то божественном, а просто смотришь, чтобы на руках изображенных людей было нужное количество пальцев, а ноги большими пальцами были внутрь, а не наружу.
Примерно такое же состояние было, когда я служил уставщиком и певчим. Там все мысли о том какую стихиру петь и каким гласом. А все главное остается где-то за кадром. Теперь я уже давно в хоре не пою, чем очень доволен, но молитвы все равно нет. Вот сижу, вожу кисточкой и думаю: когда же, наконец, кончится эта маета, когда припаду, многогрешный, к бессмертному Царю? И так помышляю - никогда... Так устроен человек: душа его вывернута наизнанку, все цепляется за что-то внешнее, даже в молитве. Тот, кто войдет в "клеть свою" и ум заключит в духе, тот победит падшее естество свое и весь этот погибающий мир...