Когда я встречаю красивую девушку и прошу её: «Будь так добра, пойди со мной», а она молча проходит мимо, вот что она этим говорит:
«Ты не герцог с умопомрачительным именем, не широкоплечий американец с фигурой индейца, уравновешенно спокойными глазами и кожей, помассированной стремительными реками и воздухом прибрежных лугов, ты не совершал путешествий ни к тем великим морям, которые я не знаю, где и находятся, ни по ним. Так скажи на милость, с какой стати мне, красивой девушке, идти с тобой?»
«Но ты забываешь, что и ты не сидишь в роскошном автомобиле, закладывающем длинные виражи по улицам, и я что-то не вижу твоей свиты запрессованных в костюмы господ, шествующих за тобой ровным полукругом с благословениями на устах; твои груди хорошо упакованы в корсаж, но огузок и ляжки отыгрываются за это, презирая всякую умеренность; на тебе плиссированное платье из тафты, над такими решительно все мы смеялись ещё прошлой осенью, и тем не менее ты – в этой опасной для жизни оболочке – временами даже усмехаешься».
«Да, мы оба правы, и, чтобы не осознать это с полной неопровержимостью, каждому из нас лучше пойти своей дорогой к себе домой, не правда ли?»

Ф. Кафка, 1920г.