в кортасаровской [62. модели для сборки] имена мужчин и женщин смешиваются с названиями улиц (ну только послушай: телль, селия, или как тебе это понравится - калак, тили кеттл или ещё вот - мистер уитлоу - стоило бы почитать тебе вслух, чтобы произносить это почаще), суетливые сборы или гастрономические запои дают по крайней мере на эти месяцы что-то вроде удобного счастья, ощущения разумной человеческой повседневности, когда начинаешь протягивать всем без разбору свои обветренные самаритянские ладошки. удивительно вдруг остаться в такой степени тишины: смотреть по кругу [марию антуанетту], лёжа вниз головой на краю дивана, зацепившись пятками за спинку, клеить миниатюрную коллажированную кухоньку на вырванные из "молескина" широкие страницы ради.. ну не знаю, снов, похожих на бесконечные виш-листы, в которых я обнимаю С., плачу и она прощает меня, и мне даже не нужно объяснять на словах. ça me coûte tres cher, мон шер, tres cher.