Его иногда звали Иисус. И он, словно Мессия, давал надежду на жизнь одним, других обрекая на верную смерть. Каждый день, перед сном, Иисус выкалывал себе глаза, пытаясь поверить в свою слепоту, но подлые люди дарили новые, и чтобы никого не обижать, он смотрел. Смотрел на них, на себя, на весь этот никчёмный мир, который он так стремился спасти, и который так нещадно ломал закатами его спину, прогибая под себя безумие его больной головы.
Конечно, как у любого Иисуса у него был свой крест. И хоть он никогда его и не видел по-настоящему, лишь иногда замечая мельком в зеркале, он знал, что крест всегда с ним и это почему то приводило его в неописуемый восторг. Он мог часами высматривать его в призрачном мире отражений, пытаясь представить первую реальную встречу с ним. Но как бы он ни старался, крест так и не явил себя его взору. Лишь только тень в маленьком зеркале ванной комнаты.