Зеленые-синие-красные вспышки неоновых огней, ярко_ярко горят над пропастью, вишу, вишу над этой пропастью и так хочется уже упасть, наконец-то упасть и растворится там внизу, в каменных могилах с окнами, дверями, парадными, похоронить себя в глубоком_глубоком омуте без слез и отчаяний, попасть одной ногой, капелькой волос и краешком ногтя в этот самый так называемый рай, рядом, там, тот который за тоненькой стеночкой из стекловаты и пластика. Не пробивная, сволочь.

А я пока что побьюсь об него головой, до крови расшибая лоб, и когда-то вывалюсь по другую сторону, увидев последнее – солнечный свет, украшенный кровавыми капельками со лба, и фиолетовые листья на деревьях, а потом меня положат в гроб и закопают глубоко-глубоко под землю, где не будет тебя, его и их. Где меня никто не достанет и не будет трогать, там так тихо и спокойно, и я буду слушать, как шуршат могильные черви, раздирая на суставы-капельки-осколочки все, чем я когда-то была и хотела бы быть. А на мою могилу никто не придет и не принесет даже завалящей розочки, ну или хотя бы гвоздички, да, черт побери, никто просто не придет проведать, и я к этому отнесусь пофигистично – мне уже будет все равно.
А пока я стою замотанная в стеклянные капельки и бусинки, ниточки, смешанные из алкоголя_никотина и чужих ярких эмоций и сновидений, а ты распутывай это, а я пока постою, буду просто смотреть_ловить твои пальцы и взгляды. Медленно_медленно, плавно_плавно снимаешь шар за шаром раскаленный поток воздуха, ты все ближе и ближе, стекла все меньше и меньше, остатки здравого смысла все дальше и дальше, просто побудем собой, да? А потом вместе упадем с в черно-белый, кофейно_сигаретный поток эмоций.

Меньше_меньше_меньше, дождливый вечер, диван, лампочка мигающая, тарелочка с изюмом и пару рюмочек коньяка – что может быть проще? Просто однажды переступив грань цинизма, уже нельзя вернутся назад в эпоху сопливого, розово-конфетного детства, нельзя снова поверить в вечность и в любовь до гроба, а можно только в осколочные остатки гранаты на дне души, там, так глубоко, куда не заглядывают звезды и никто ни по кому не скучает.

А по мне и не надо скучать, я утону сегодня в кусочках дыма и не поверю в рай, потому что его нет, а разбивать лбом стену? Имеет ли это смысл?

Высоко-высоко, крыша самоубийц, много_много там внизу, распростертых тел, много_много здесь, переплетенных между собой, с перерезанными глотками, синие от отравы, с вытекающей из вен кровью, с переломанными позвоночниками и разбитыми в лепешку, такие разные и непохожие, такие одинаковые и идентичные до замораживания алой жидкости в организме (то ли томатный сок то ли соленая кровь), будто с одного завода выпущенные, и я тут буду лежать с перерезанными венами, а где смысл? В чем смысл? Я не хочу быть из инкубатора, не хочу!

А ты пока что продолжай снимать с меня капельки-бусинки и потоки ниток, они как сладкая вата. Снимаешь медленно и со вкусом, медленно-медленно.

А потом медленно_медленно уложишь в постель. И уйдешь в окно, оставив раскрытым, чтобы выстуживать легкие и черепную коробочку, такую маленькую и пустую.

Дождешься, пока превращусь в скелет, а потом вырежешь из него кости для игры, и покрасишь в свой любимый фиолетово-черный.

А мне уже не больно…