ЛЕСЬ ПОДЕРВЯНСКИЙ И МАРИЯ ГАНЖЕНКО

Лесь
Как-то друзья затащили меня на день рождения, сам не помню, к кому. Я не очень хотел туда идти, но в конце концов все-таки приперся. Какой-то жлобский дом на Нивках, с охраной, бассейном и кучей 35-летних разведенок. Все они, кроме одной, были блондинками. Блондинки-разведенки пили, закусывали и рассказывали занудные истории, а брюнетка косилась большим черным глазом и смеялась так, что было слышно на соседней улице. Мне было грустно: девушка, которую я любил, уехала куда-то к черту на рога. Тут же было полное занудство, и я стал клеиться к брюнетке, просто чтобы не жевать сопли. Мы даже танцевали танго. У нас получилось. Я заинтересовался и сделал какой-то сомнительный комплимент. Что-то вроде того, что редко попадается такая красивая и гладкая спина, без прыщей. Потом было еще много всякого интересного: совместное снимание штанов с упившегося хозяина, сепаратное пьянство на кухне с выяснением жизненных позиций, путешествие домой в тесном микроавтобусе. Я позвонил ей на следующий день. На свидание я шел с подарком. Это был живой кусючий рак — я поймал его в луже, у себя во дворе.
Мария
Это был случайный день рождения случайного знакомого. Мне смертельно не хотелось туда идти, и, уже стоя в обнимку с приобретенным подарком (тяжеленным горшком, в котором бодро колосился кошмарного размера растительный ублюдок), я еще колебалась. Действительность праздника превзошла худшие ожидания — малосимпатичная гламурноватая публика, каблуки проваливаются в дерн по самые пятки и уже подогретый именинник, нехорошо оживившийся при моем появлении. Он повел меня «в народ», время от времени поглаживая по тем местам, которые оказывались наименее защищенными. Решив, что исчезну при первой же удобной возможности, я тихо пристроилась к единственной знакомой мне барышне, окруженной компанией подружек. Несмотря на то что я была младше их лет на семь, мне удалось мимикрировать, и я уже практически слилась с окружающим пейзажем, когда во двор влетел гигантский надувной мяч, а за ним — компания новых гостей. Одного из новоприбывших зачем-то втиснули ко мне со словами: «Это Бодя». Я посмотрела на него: ничего особенного, «кремезний чоловічок середнього зросту». «Только Боди мне не хватало для полного счастья!» — подумала я и оказалась права: он тут же засунул руку ко мне в лифчик. «Это становится однообразным. Надо линять отсюда, и побыстрее», — не успев подумать это, я оказалась выдернутой в опасную пляску на краю бассейна. Чуть позже, конечно, выяснилось, что Бодя — это вовсе не Бодя, а Подя и матюкаться в его присутствии все равно, что разговаривать с Пушкиным цитатами из «Евгения Онегина». Мы сидели на кухне с его друзьями. Пьяный именинник, обвинив Леся в том, что он украл у него невесту, печально уснул поперек дивана. На следующий день Лесь ждал меня на углу Бессарабки. Шел дождь. Увидев его, я обалдела: передо мной стоял высоченный (метр девяносто), стройный, красивый чувак и держал в руках красную розу и зеленого рака. Рак был живой, шевелил усами и символизировал знак Зодиака, под которым я родилась.
[332x228]

:-)))))