[236x254] Утром первые трясогузки бегали по запорошённому снежком двору и, судя по оживлению, удачно находили таких же опрометчиво доверившихся недавнему теплу букашек. Каштаны дрожали обледенелыми ветками, а их нежные листочки трепыхались на ветру, будто вывешенные для просушки, да позабытые нерадивой хозяйкой, тряпочки. Холодно.
Х Х Х
По радио объявили о смерти М. Танича. Жаль. Уходят лучшие люди.
Мне кажется нынешние молодые «звёзды» с трудом отметят собственное пятидесятилетие. А о дальнейших их юбилеях уже никто и не напомнит. Нет, со «звёздами» всё будет в порядке, и мы тоже будем здравствовать, просто уйдёт традиция и обновится культура. Да и сомнительно, чтобы «звёзды» играли ту же роль и откладывались памятью своих деяний в людских душах, как недавно ушедшие А. Толубеев, Н. Румянцева и вот сегодня – М. Танич. Неужели станет классикой, прости Господи, следующее: «Губки - бантиком, попка – крантиком, грудки – гоп-ца-ца»? На днях мы чуть ли не ночевали у приёмника, пытаясь узнать подробности показавшегося глупостью текста, пока я не прочитала разгромную статейку в газете. Ну и что? Поют себе и поют….
Помнится, лет восемь назад, купили мы с Тётушкой книжицу стихов Танича и я с немалым удивлением узнала, скольких многих хороших песен он является автором. И слушать его мне всегда нравилось. А «под крылом самолёта о чём-то поёт бескрайнее море тайги» я распевала на радость дедушке, лет так в пять, летом качаясь в деревне на качелях.
Обвинить во всём високосный год, не имеет смысла. Просто время подошло вот, и уходят люди.