[277x236] Вот с такими «художествами» столкнулся лейтенант Василий Котовский, приступая к новому делу. Большая, ранее полная голосов и цвета комната, именуемая Рекламно-Художественное Бюро «Малярис», последние дни выглядела печальной и не к месту просторной. На столах вдоль стен чернели экранами компьютеры. В баночках, где от солнечной акварели отмывались кисти, вода совсем высохла и растрескавшаяся тёмная корка на днищах напоминала миниатюрную пустыню. Стеллажи с эскизами и другими папками выглядели неуместно пухлыми – при взгляде на них сразу думалось, что половина запечатлённых на бумаге мыслей уже никогда и никому не пригодится. Хотя честно признаться, «Малярису» несказанно повезло – ведь его в равноправной мере тоже могли обвинить в плагиате.
-Кстати, сможете ли вы прямо сейчас доказать, что именно ваша мысль родилась раньше чем у неизвестных пока конкурентов? – лейтенант Василий Котовский посмотрел на молодых людей, ждавших от него спасения. – Чем вы сможете меня убедить?
-Да без проблем, - встрепенулся Федя. – Вот, к примеру, те же «Грачики». - Художник спокойно разложил перед лейтенантом эскизы фантиков, завизированные при первоначальном просмотре руководством кондитерской Фабрики. – Печать. Подпись директора и бухгалтера. Сентябрь прошлого года. С этой даты, мы, можно сказать, начали работать на них. Нам ещё повезло, что эти «Грачики» выпорхнули из чужой клетки раньше, чем запущено производство.
-Но выпуск новой продукции это не только обёртка. Это же, насколько я понимаю, новый сорт, новый рецепт. Ведь это не рождается моментально.
-Почему? Допустим такой вариант. Вернее его можно назвать даже везением. На предприятии случайно опрокинули баночки, вернее разработали новую рецептуру и ещё не определились ни с названием, ни с упаковкой, ни даже с целесообразностью её выпуска. И вот, о чудо, появляется волшебник в виде представителя некоего дизайнерского бюро с папкой набросков. А не желаете ли посмотреть? Ну и механизм производства запущен.
-То есть вы хотите сказать, что и вы тоже так же рискуете?
-Нашему «Малярису» пять лет, - тоном нескрываемой гордости произнёс Федя. – Поэтому на нас работает если не имя, то стаж. Но доля риска сохраняется всегда.
-До поры до времени, - пробурчал хранивший до сих пор молчание Тин-Тин.
Лейтенант оглянулся на хриплый голос. Осунувшийся бородатый парень мало походил на заведующего компьютерным обеспечением специалиста. Скорее он напоминал несчастного «Грачика».
-Хорошо, - подытожил лейтенант и осёкся. Ведь ничего хорошего пока не было. – Возможно, ваши эскизы подглядел кто-либо из приходящих заказчиков?
-Клиенты дальше вон того стола не ходят, - Вячеславыч кивком показал на оборудованное в углу у входа в комнату своё директорское место.
-Ну а если допустить наличие хорошего зрения? Типа в чужом глазу и соринку разгляжу?
-Мы учли такое обстоятельство, - уверенно прояснил Вячеславыч.- С места, где сидит клиент, экраны компьютеров не видны. То, что работают – заметно, а что именно – нет. Мы советовались со специалистами по этому поводу.
-Давно?
-Когда только организовывались и обитали по другому адресу, - пояснил Вячеславыч, догадавшись, куда клонит лейтенант.
Обратив внимание, насколько просто и одновременно аргументировано отвечают на его вопросы, лейтенант пришёл к выводу, что вполне возможно, именно это Рекламно-Художественное Бюро со смешным названием, заслуживает к себе искреннего отношения. Пять лет продержаться в популярном бизнесе – занятие в нынешнее время непростое.
-А дома? Дома вы наверняка делитесь своими творческими удачами или планами? В порыве эйфории нарисовали на бумажке эскизик, а гордые за вас родственники «поделились» в свою очередь со своими сослуживцами. Мол, мой брат-сват такую обёртку замутил! Информацию услышали внимательные уши и пошло-поехало.
-Оригинальность идеи предмет зыбкий, - снова вступил в разговор Федя.- Но повторяю, не до оттенков цвета. А эти неведомые конкуренты, похищением идеи на стадии завершения её разработки, экономят основное время. Подготовленное производство как газующий автомобиль рвётся вперёд, ожидая только последнюю каплю – внешний вид, вернее упаковку.
-Мы сейчас говорим о конфетах. – Не упускал линию мысли лейтенант, заодно вникая в тонкости впервые изведываемой сферы мошенничества. – Но и вы, и наверняка другие пострадавшие, но хранящие молчание художники, не специализируются на одном виде продукции. Это может быть и лёгкая промышленность, и фармацевтика. Получается, что занимающаяся плагиатом организация имеет весьма развитую сеть собственных агентов-добытчиков и агентов-продвиженцев добытой идеи дальше? Нашли, например, «Грачика» и начинают быстренько придумывать, куда его пристроить?
-Совершенно верно, - подтвердил Вячеславыч. – Если некуда приспособить готовый рисунок, его начинают чистить и тот же «Грачик», директор поморщился, будто от зубной боли, тот же «Грачик» из конфеты превращается в мыло, нашивку на одежду или рисунок на упаковку с совершенно непредсказуемым поначалу продуктом. В последнем случае доказать плагиат уже невозможно. Мы, художники, идеи черпаем из одного источника, - Вячеславыч указал взглядом в невидимые за потолком небеса.
-Ну да, - подтвердил лейтенант, понимая, что только начинающееся дело одной своей ногой потихоньку направляется в тупик. Но даже состояние тупика требуется доказать. – А где Леночка? – поинтересовался лейтенант.
-У неё мальчик заболел, - почему-то замявшись, пояснил Вячеславыч. – Она до обеда отпросилась. Уже скоро придёт. И заподозрив в простом на вид любопытстве наводящую на тёмные раздумья мысль, поспешил уточнить. Раньше ведь этого не было.
-Чего не было?
-Случаев плагиата. Причём откровенного плагиата.
-Но надо признать, что продукция пользуется спросом. И обёртка и содержимое. - «Похвалил» лейтенант, вспомнив, что конфета ему понравилась.
-Хм, - крякнул Тин-Тин и снова закурил.
-А на упаковке указывается место так сказать её рождения?
-Нет. Иногда, если позволяет композиция, свой адрес указывает типография. Но не более того.
-Нечестно получается.
-Почти. Поэтому храним рукописный архив. Не факт, что и его нельзя подделать, но с другой стороны можно проследить удачное решение с самого зародыша. Ведь знаете, как порой бывает? Из случайной линии, из силуэта смятой бумажки рождается шедевр.
Лейтенант вспомнил недавнюю выставку в ЦДХ. Там из собранного невесть где хвороста и откровенного металлолома были сооружены «инсталляции», увидь которые на улице и без поясняющих табличек, простой человек прошёл бы мимо, а дворник вызвал бы мусоровоз. Но нет. Побрызгали для достоверности какими-то пенками, типа снег и, пожалуйста, половину главного зала отхватили.
-А кто у вас в соседях?
-Никого, - не задумываясь, ответил Вячеславыч. – Вернее не так. Наше бюро занимает торец здания, и соответственно с трёх сторон никаких соседей нет. С этой стороны, директор кивнул на стену с часами. - Ателье дамского платья. Но они не мешают. Да и разве можно заподозрить швей-мотористок в интересе к нашим художествам?
-В вашем случае всех можно и нужно заподозрить, - назидательно обыграл словесный переплёт лейтенант. – Где находится вход в ателье?
-У нас отдельные лестничные пролёты. И у булочной, что под нами, соответственно своя дверь.
-То есть вздумай швея заглянуть к бравым художникам…
-Она бы не прошла дальше Веры Петровны.
-А клиенты?
-С нами связываются по телефону. Мы оговариваем первоначальные условия заказа. Если всё устраивает, то договариваемся о встрече и выписываем нечто виде пропуска. А посетитель ещё и предупредит о своём приходе, позвонив по телефону у булочной.
-Да, - улыбнулся лейтенант, записывая в тетрадь новые данные. - В Министерство Обороны проще попасть.
-Это на первый взгляд пугающая сложность. Так все делают.
-Возможно, - согласился лейтенант и попросил разрешения «покопаться».
Что он хотел найти? Он и сам, скорее всего, не знал, в этом случае ограничившись дилетантской фантазией любителя кинодетективов. Но это не могло быть прослушивающим устройством. В данной ситуации сгодился бы и язык глухонемых, но обязательно с хорошим зрением и отменной памятью.
-В последнее время никаких модернизаций не проводили? Электриков не приглашали? Телефонисты инициативу не проявляли?
-Нет, - снова уверенно подтвердил Вячеславыч. – Четыре года назад, перед тем как сюда въехать, произвели ремонт помещения и с тех пор ничего не меняли.
-А неприятности начались с прошлой осени?
-Да. С сентября. Вы полагаете, кто-то ждал пока встанем на ноги и загордимся от собственной талантливости?
-Кто его знает, - неопределённо произнёс лейтенант, заглядывая за очередной компьютер. – И кто его знает, чего он моргает…. Кстати, ребята, подскажите, с чего вдруг монитор может помаргивать?
-Причин много, - встрепенулся Тин-Тин. – Износ аппаратуры. Неплотное соединение.
-Износ вне подозрений – компу и года нет. Провода тоже проверил – вроде ничего не отошло. А среди работы вдруг начинается нервный тик.
-Если позволяет ваш устав, я могу приехать, посмотреть.- Интерес соскучившегося по работе Тин-Тина легко объяснялся. Ведь не долог час, бюро пойдёт ко дну.
А после ремонта несносные конкуренты над моими мыслями надорвут животики. – Это лейтенант конечно вслух не произнёс. Но подумал.

Продолжение следует.
На фото:"Кошки Климта". Автор Е.Березина.